Макроскоп - Пирс Энтони - Страница 86

Устаревшее платье? Иво усмехнулся. Ведь он думал в терминах конца двадцатого века. Он мало обращал внимания на моду, которую, как и во все века, диктовали предприимчивые иностранцы, но все же несовременные вещи несколько отталкивающе действовали на него. Он подумал, что был бы вполне удовлетворен ее костюмом, ели бы жил в ее время. В конце концов, платье прикрывало все те же извечные атрибуты секса.

Он прошел мимо них, мимо могучего виргинского дуба, который всего мгновение назад был гниющим пнем и вышел на подтопленную лужайку, на которой росли трехфутовые побеги спорыша с красными цветами, усеянные белыми цветами ростки иван-чая, виднелись ярко-желтые чашечки лютиков. На краю озера возвышалась стена щучьей травы, высотой в ярд, с лоснящимися остроконечными листьями, размером с растопыренную ладонь, голубые цветы только начали распускаться на верхушках, на воде лежали большие зеленые диски водяных лилий – они еще не цвели.

Это или поздняя весна, или раннее лето, – подумал Иво. Наверное, июнь. Слишком поздно для первой щучьей травы, но рано для золотарника. Он оставил парочку продолжать их беззвучный диалог и углубился в болота. Вот аллигатор гонится за рыбой, все такой же грациозный пловец. Выйдя к городу, он прошел мимо кроликов и дятлов, выискивающих в поле жуков – удивительно, насколько природа близко подходила к цивилизации в те времена. Он пересек город, нашел креозотовый завод, ящичную фабрику, примитивный консервный цех, корабельные верфи, в конце концов отыскал газету и прочел на ней дату: 5 июня 1930 года.

Они прыгнули на сорок световых лет от Земли.

И эти влюбленные – им перевалило уже за шестьдесят, эта мысль поразила и опечалила Иво.

Еще один прыжок, другая позиция: картина изменилась. Ландшафт был еще болотистым, но от могучих дубов не осталось и следа. Вместо них Иво видел рассвет в роще белых кедров, в среднем высотой восемьдесят футов, они росли так густо, что ни один луч солнца не достигал земли.

Иво остановился и задумался. Кедры предпочитали болота с пресной водой, а болота Глинна были соленые. Как же это получилось?

Либо координаты изменились, либо произошли серьезные изменения ландшафта. Компьютер отвечал за точность координат, определяя их по магнитным и гравитационным полям планеты: метод косвенный и очень сложный, но надежный. Он сверил исходные данные с показаниями приборов – все в точности совпало, следовательно...

Как далеко они прыгнули?

– Дрейф материков? – поинтересовалась Афра, ее голос, казалось, исходил из кедровой рощи. Нетрудно было представить ее там, притаившуюся за деревом.

– Дрейф? – как обычно с глупым видом переспросил Иво.

– Движение континентов в течение геологических отрезков времени. Если я правильно понимаю выражение на вашем лице, ландшафт изменился. Сейчас вы вполне можете находиться в миле или около того от предыдущей точки наблюдения, и это не ошибка скопа. Сместились сами континенты, или процесс горообразования...

– По-видимому, это пресноводное болото. Я, наверное, сдвинут в глубь материка, хотя координаты остались прежними. Но сколько времени...

– Ну... несколько миллионов лет.

Он снял окуляры и уставился на нее, как он и подозревал, Афра улыбалась.

– Вы же знаете, такой прыжок возможен, – раздраженно сказал он.

– Разумеется, но это не тот случай. Судя по расположению созвездий, мы все еще находимся в нашей галактике, Млечном пути – так что до Земли не более семидесяти тысяч световых лет, но насколько я могу судить, это расстояние не превосходит и десяти тысяч. Кроме того, возможны изменения русел рек и береговой линии. Нескольких тысяч лет вполне достаточно для значительного изменения флоры и фауны ваших болот.

Иво с недовольным видом одел окуляры и помчался к Брансвику. Хотя, как он подозревал, Афра уже определила их местоположение астрономическими методами. Хотя в момент захвата объекта временные и пространственные координаты определялись автоматически, только исследования в наблюдаемой точке позволяли избежать большой погрешности. На макроскоп удалось установить устройство, идея которого была позаимствована из галактических передач, позволявшее просматривать большие сектора пространства, что значительно облегчало поиск малых объектов на больших расстояниях.

На месте Брансвика росли кустарники.

– В любом случае, 1771 год еще не наступил.

Он услышал шелест одежды – она наклонилась к нему. Как бы он хотел, чтобы это происходило почаще, не только во время работы. Ее сердце все еще принадлежало мертвецу, хотя живому не возбранялось желать ее. Она сказала тихо:

– Насколько я понимаю, существует некий квант времени, шаг, который не может быть уменьшен. По-видимому его величина – сорок лет, точнее, сорок пять, – вы не можете прыгнуть с конца одной петли в середину соседней или в другое место вашей же петли. По-видимому, большие петли пространства-времени состоят из меньших петель, те, в свою очередь, из маленьких петелек – и мы не знаем точно, сколько уровней в этой структуре. Даже небольшая ошибка в определении направления прыжка может привести к тому, что мы будем перескакивать на старший уровень, а то и дальше. Если мы предположим, что расстояние при переходе на следующий уровень изменяется по квадратичному закону, и первый уровень составляет сорок лет, то второй, это уже две с половиной тысячи лет, а третий – шесть с четвертью миллионов лет. Так что не волнуйтесь понапрасну, пока мы не выясним толком, на каком же уровне находимся.

– Шесть с четвертью миллионов, – задумчиво повторил Иво, поняв теперь, почему она не хотела, чтобы еще кто-нибудь, кроме него, услышал ее слова. Так мы можем оказаться в другой галактике!

– Не обязательно. Скорее в межгалактическом пространстве. Но, как я уже сказала, судя по расположению созвездий, мы определенно еще не покинули галактику, да и Землю вы нашли там, где и ожидали. Значит, это второй уровень. По крайней мере, я так думаю.

– Две с половиной тысячи, – эта мысль ужасала, да и Афра не была уверена в столь «оптимистичных» выводах. Существовала ненулевая (хотя и малая) вероятность, что всего лишь землеподобная планета, занимающая такое же место в другой галактике, что и Земля занимает в Млечном Пути. По-видимому, все галактики создавалась по одному и тому же плану. Цефеиды, сверхновые, планеты – все раскладывалось по заранее определенным ячейкам...