Любовная лихорадка - Максвелл Кэти - Страница 66

Завидев незнакомца огромного роста, мальчишки бросились врассыпную. Тэсс поспешила навстречу мужу.

– Они гнались за этим несчастным котом, – сказала она, переводя дух. – Ты спас ему жизнь.

Хозяин и его постояльцы показались на пороге, не желая пропустить представления.

Бренн осмотрел животное. Ничего особенного. Кот пытался вырваться и отчаянно шипел. Он был таким тощим, что можно было пересчитать его ребра, а на голове у него виднелись следы былых баталий в виде царапин и проплешин. К тому же одно ухо у него оказалось разорванным. Тэсс не могла смотреть на него без жалости.

Хозяин постоялого двора сделал шаг навстречу Бренну и Тэсс:

– Позвольте мне забрать его, милорд. Это кот викария. Одни неприятности от него.

– Кот викария! – в негодовании воскликнула Тэсс. – Почему же он не может позаботиться о животном?

Она протянула руку к коту до того, как его успел забрать хозяин постоялого двора.

Кот сразу понял, где искать спасения. Он вцепился в лиф платья Тэсс и уставился на собравшихся своими круглыми желто-зелеными глазами.

– Уже почти год, как викарий умер, – сказал хозяин.

– Но почему же никто не заботится о бедном животном? Посмотрите на него! Он же голодный!

Животное испустило протяжный вопль, однако никто и бровью не повел: от этих людей не стоило ждать сочувствия.

– У всех и своих котов хватает, – сказал хозяин. – Кроме того, те мальчишки... – он пожал плечами, – они сыновья диссентеров.[1] У нас тут их много, а кто же возьмет кота, который принадлежал английскому священнику?

Ей показалось, что она ослышалась.

– Вы хотите сказать, что кота не приняли в деревне только потому, что он принадлежал священнику-англичанину?

– Да, миледи, – без колебаний ответил хозяин. – Диссентеры очень упрямы. У них свои убеждения.

– Тогда кота заберу я, – выпалила она. – Я дам ему и еду, и кров!

– Тэсс, – попытался возразить Бренн.

– Я собираюсь оставить кота, – твердо сказала она. Бренн перевел взгляд с несчастного животного на Тэсс.

– Хорошо. Если моя жена хочет кота, пусть она заберет этого кота. Хозяин, позаботьтесь о том, чтобы он отправился с нами в корзине. И нам нужна еда для него.

– Этот кот родился под счастливой звездой, – заметил хозяин.

Пока он выполнял поручения Бренна, Тэсс гладила кота и шептала ему слова утешения:

– Я так боялась, что эти мальчишки убьют тебя, малыш.

– А я думала, что эти мальчишки убьют вас, – театрально заламывая руки, произнесла Вела.

– Что ж, со мной все в порядке, а за смелость я получила прекрасного кота, – ответила Тэсс.

Бренн протянул руку, но вместо того чтобы погладить животное, как ожидала Тэсс, он прикоснулся своей рукой в перчатке к ее щеке:

– Ты вела себя очень храбро. Очень глупо, но очень храбро. Храбро. Никто еще не делал Тэсс такого комплимента. Она готова была снова влюбиться в своего мужа.

Спустя минуту появился хозяин, в руках он держал корзину, закрытую крышкой, и кое-какие припасы для кота.

Бренн помог Тэсс сесть в карету. Он постучал по боковой стенке, и они отправились в путь.

– Посмотри, – сказал он Тэсс.

Она наклонилась через его колено к окну: хозяин и его постояльцы все еще стояли на пороге и смотрели на отъезжавшую карету. Они хранили гробовое молчание.

– Думаешь, они напишут в нашу честь поэму? – язвительно заметила Тэсс.

Бренн рассмеялся, да так громко, что испугал несчастного кота.

Он тут же успокоил его, почесав за ухом.

– Как ты хочешь назвать его? Тэсс задумалась на мгновение:

– Майлзом.

– Почему?

– Мне нравится это имя.

Майлз начал громко урчать, очевидно, только теперь осознав, что он спасен, но когда он взглянул на Бренна, то недовольно мяукнул.

– Тихо, – сказала Тэсс, – если бы не он, мальчишки расправились бы с тобой.

К ее восторгу, Майлз перестал мяукать, хотя время от времени и поглядывал настороженно в сторону Бренна.

Тэсс начала кормить своего питомца. Она покрошила мясо, но Бренн предупредил ее, чтобы она не сильно закармливала изголодавшегося кота, иначе его стошнит.

Она положила свернувшегося клубком Майлза на дно корзины, и он быстро уснул после всех пережитых волнений.

– Какой чудесный кот, – сказала Тэсс. – Я не думала, что мне придется встретиться с человеком, который может травить несчастное животное только потому, что кто-то исповедует другую религию. Я думала, что эти проблемы остались в далеком прошлом.

– Пока у людей будут различные мнения насчет религии, война будет продолжаться.

– Но я считала, что в Англии только одна церковь.

– Тэсс, в Англии религий, как листьев на дереве. Возможно, в свете, где ты вращалась, все и исповедовали одну веру, но в деревне все по-другому. Разве у тебя нет друзей-католиков?

– Нет. Я встречала всего одну женщину-католичку. Еще я видела евреев, но не общалась с ними.

– Ты вела очень замкнутую жизнь.

Его критика немного задела ее. Она скрестила руки на груди и спросила первое, что ей пришло в голову:

– Эрвин-Кип похож на эту деревню?

– Мой дядя был ярым приверженцем англиканской церкви. Но это не значит, что надо закрыть глаза на других. Мир полон добрых людей, которые исповедуют разные верования.

– Ты можешь оправдать тех мальчишек, которые чуть не загнали бедного Майлза на тот свет?

– Нет, и я не об этом говорил.

– Я ненавижу такое вероисповедание. Я думаю, что парламент должен принять закон, запрещающий эту религию.

Бренн взял ее за руку:

– Такой закон был принят много лет назад. И что же? Страна пережила гражданскую войну. Тэсс, нельзя ненавидеть религию. Это нетерпимость. И люди, которые ее проявляют, заслуживают порицания.

– Ты хочешь сказать, что эти мальчишки проявили нетерпимость?

– Ну конечно. Нетерпимость встречается сплошь и рядом. В Лондоне особенно часто. И не только в отношении религии. Вспомни, как в свете игнорируют тех, кто нарушил какие-то правила. Это же полный абсурд. Посмотри на таких, как Деланд Годвин. Если кто-то не вписывался в ваш круг, он тут же начинал критиковать этого человека в своей газетенке. И для чего? Лишь для того, чтобы надуться от гордости за себя?