Потаенный Город - Эддингс Дэвид - Страница 54

– План неплохой, – признал Бевьер, – но ведь… э-э… Коль даже не сумеет позвать на помощь, если вдруг попадет в беду.

– Мне и не понадобится помощь, потому что я не намерен совершать ничего из ряда вон выходящего. Я все равно поеду, Шеллаг, так что не трать понапрасну слов, пытаясь отговорить меня.

Пробираясь по захламленному лагерю, к ним подошел Сенга.

– Повозка нагружена, Коль! – окликнул он Келтэна. – Ты как, готов? Келтэн поднялся.

– Хоть сейчас, Сенга! – откликнулся он, сдернул с вертела полусырого цыпленка и направился к своему новому приятелю. – Мне уже обрыдло торчать здесь и считать деревья.

Дорога до Натайоса заняла у них около трех часов, потому что подгонять вола бессмысленно. Хорошо накатанная колея извивалась в зарослях джунглей, следуя пути наименьшего сопротивления.

– Вот и город, – сказал Сенга, когда повозка, подпрыгивая на камнях, прогромыхала через брод в узкой речушке. Он указал через усеянную пнями вырубку на развалины древнего города, изрядно сглаженные временем. – Когда въедем в Натайос, держись поближе ко мне, Коль. Там есть пара мест, к которым лучше не приближаться. К одному дому у самых ворот запрещается подходить всем без исключения.

– Вот как? – отозвался Келтэн, прищуренными глазами разглядывая поросшие мхом развалины. – Что же там такое внутри, если над ним так трясутся?

– Понятия не имею, да я и не настолько любопытен, чтобы рисковать здоровьем, задавая вопросы.

– Может быть, у них там сокровищница, – задумчиво продолжал Келтэн. – Если эта армия так велика, как ты говорил, добычи у них должно быть целые горы.

Сенга пожал плечами.

– Оно, может, и так, да только я не собираюсь драться со всеми тамошними стражниками, чтобы выяснить это. Мы здесь для того, чтобы торговать пивом, Коль. Так или иначе мы заполучим большую часть их добычи, и этот способ куда безопаснее.

– Так ведь он честный, – ухмыляясь, возразил Келтэн. – Для таких, как мы, честный труд – самая что ни на есть безнравственность.

Сенга расхохотался и хлестнул вола по крестцу длинным гибким прутом. Повозка, скрипя, запрыгала по ухабам к полуобрушенным стенам города.

– Эгей, Сенга! – приветственно окликнул один из неряшливых стражей, торчавших у ворот. – Где это тебя носило? С тех пор как ты уехал, у меня в глотке сухо, словно она набита песком!

– Вы совсем заездили моего пивовара! – отвечал Сенга. – Он не поспевает за вашими потребностями. Надо же дать пиву чуток созреть, прежде чем вы его выхлестаете! Незрелое пиво черт-те что вытворяет с людскими кишками.

– Ты ведь не поднял опять цену, а, Сенга?

– Нет. Цена та же, что и в прошлый раз.

– Спорим, вдесятеро больше, чем ты сам уплатил за пиво?

– Ну, это ты загнул. Где бы мне расположиться?

– Да там же, что и в прошлый раз. Я сообщу ребятам, и они скоро начнут строиться в очередь.

– Только на сей раз мне, Мондра, понадобится охрана, – сказал Сенга. – Я не хочу, чтобы, как на прошлой неделе, началось бесчинство, когда последний бочонок показал дно.

– Я об этом сам позабочусь. Оставь мне немного хлебнуть.

Запряженная волом повозка прогрохотала через ворота и выехала на широкую улицу, где большая часть мха была ободрана с булыжной мостовой. Видно было с первого взгляда, что за последние несколько лет здесь, в Натайосе, потрудились немало. Квадратные тесаные камни из обвалившихся стен сложили вновь – без особого, впрочем, мастерства – и старательно подперли длинными бревнами; снесенные крыши заменили новыми, грубо сплетенными из ветвей и сучьев, – на этих крышах охотно гнездились хриплоголосые тропические птицы – и тут и там почерневшие груды полуобгорелых стволов и кустарника указывали места, где не слишком старательные работники пытались избавиться от зарослей, вырубленных на улицах и в домах. Местные обитатели лениво слонялись по улицам. Здесь были эленийцы из Астела, Эдома и Даконии, арджунцы и кинезганцы – грубо одетый и вечно небритый сброд, который, судя по всему, никогда и не слышал, что такое дисциплина.

– Какую цену ты берешь за пиво? – спросил Келтэн, похлопывая ладонью по ближайшему бочонку.

– Грош за четверть пинты, – отвечал Сенга.

– Это же неслыханно!

– Не хотят – пусть не покупают, – пожал плечами Сенга. – Бери деньги прежде, чем нальешь, – и никому не давай на слово.

– Сенга, ты избавил меня от нравственных угрызений! – рассмеялся Келтэн. – С такой ценой твой труд честным никак не назовешь.

– Вон тот дом, о котором я тебе говорил.

Келтэн, стараясь сохранить небрежный вид, повернулся и поглядел на полуобрушившийся, но еще крепкий с виду дом.

– Да уж, – сказал он, – посмотри на эти решетки: они точно хотят, чтобы никто туда носа не совал.

– Не совсем так, Коль. Решетки нужны для того, чтобы помешать людям выйти, а не войти.

Келтэн что-то проворчал, по-прежнему не сводя с дома напряженного взгляда. В зарешеченные окна были неумело вставлены куски мутного дешевого стекла. Плотные занавеси мешали рассмотреть, что скрывается внутри. У двери и на всех углах дома была расставлена стража. Келтэну захотелось взвыть от бесплодного отчаяния. Милая девушка, ставшая смыслом всей его жизни, была, возможно, ярдах в двадцати от него, но с тем же успехом она могла быть и на другой стороне Луны; и даже если она сейчас смотрела на него из-за мутного стекла, она ни за что на свете не сумела бы распознать его измененное лицо.

Сенга уплатил пивом стражникам на городской площади, а затем он и его друг принялись за работу. Мятежные солдаты Скарпы много шумели, задирали друг друга и хохотали, но в общем были в хорошем расположении духа. Они выстроились в очередь, сохраняя строгий порядок, и по двое подходили к заднему борту повозки, где Сенга и Келтэн наполняли их емкости янтарным пивом. То и дело возникали споры о вместимости тех или иных кружек, кувшинов и бадеек, однако последнее слово всегда оставалось за Сенгой, и того, кто спорил слишком ретиво, отправляли в конец очереди, поразмышлять часок над своим поведением, медленно продвигаясь к заветной повозке.

Уже после того как показалось дно последнего бочонка и опоздавших спровадили прочь, Келтэн увидел, как через площадь к повозке, пошатываясь, бредет знакомая фигура. Крегер выглядел не лучшим образом. Его обритая голова была мертвенно-бледной, как рыбье брюхо, потрепанная физиономия носила отчетливые следы многолетнего пьянства. Одежда, явно дорогая, была помята и покрыта пятнами. То и дело Крегер судорожно передергивался, и дрожь волнами пробегала по его телу.

– Думаю, вина ты не привез? – с затаенной, тем не менее, надеждой осведомился он у Сенги.

– На вино мало спроса, – отозвался Сенга, затягивая веревкой задние дверцы повозки. – Эти ребята предпочитают пиво.

– А ты не знаешь, где можно достать вино?

– Я могу поспрашивать в округе. Какое ты предпочитаешь?

– Арсианское красное, если только тебе удастся его найти.

Сенга присвистнул.

– Это тебе недешево обойдется, приятель. Я бы мог отыскать для тебя какие-нибудь местные вина, но вот арсианское – оно, знаешь ли, здорово облегчит твой кошелек.

Крегер пьяно ухмыльнулся ему.

– Ничего, – невнятно проговорил он. – Я сейчас, что называется, покуда при деньгах. Местные вина – это пойло для свиней. Я хочу настоящего вина.

– Тогда тебе придется подождать, – с сомнением в голосе заметил Сенга. – Я знаю в Дэле кой-кого, кто мог бы достать для тебя арсианское красное, но до Дэлы, знаешь ли, путь долгий.

– Когда ты снова появишься?

– Через несколько дней. Пивоварня, где я покупаю эти помои, работает день и ночь, а все равно не успевает.

– Тогда привези мне пару бочонков местного пойла – чтобы я мог продержаться, покуда ты не отыщешь арсианское красное.

– Можешь рассчитывать на меня, – заверил Сенга и одарил Крегера твердым взглядом. – Однако часть денежек – вперед. Мне, знаешь ли, придется купить вино, прежде чем я тебе его продам. Дела мои идут недурно, но я еще не настолько разбогател.