Потаенный Город - Эддингс Дэвид - Страница 65

– Не сомневаюсь. Он, должно быть, даже не сознает, что говорит.

– Именно, именно. Он совершенно не в себе. Забудьте вы об этой дурацкой песенке. – Валаш сдернул с пояса кошелек и выудил оттуда несколько монет. – Вот, возьмите. И приходите, когда он заснет.

Два вора поклонились и бесшумно ушли.

– Как он забеспокоился, а? – сказал Телэн, когда они спускались по лестнице.

– А, так ты заметил? Он настолько забылся, что решил расщедриться.

Они спустились с лестницы.

– Куда теперь? – спросил Телэн.

– Пока что никуда. Никому об этом не говори, ладно?

– О чем?

Но Стрейджен уже произносил звучные стирикские слова, плетя в воздухе пальцами сложные узоры.

Телэн во все глаза смотрел, как Стрейджен повернул руки ладонями вверх и тряхнул ими, словно выпуская невидимого голубя. В глазах его появилось отстраненное выражение, и губы беззвучно зашевелились. Наконец он улыбнулся.

– Я ее удивил, – сказал он. – Пойдем.

– Что это значит? – спросил Телэн.

– Я сообщил то, что мы узнали, Афраэли, – пожал плечами Стрейджен.

– Ты? Когда это ты успел выучиться стирикской магии?

– Это не так уж трудно, Телэн, – ухмыльнулся Стрейджен. – Я частенько видел, как это делает Спархок, а я, в конце концов, владею стирикским. Самое сложное – жесты, но Афраэль мне уже дала несколько наставлений. В следующий раз я справлюсь лучше.

– Откуда ты знал, что у тебя получится?

– Я и не знал. Я просто решил, что пора попытаться. Афраэль мной очень довольна.

– А ты понимаешь, что только что отдал себя ей на службу со всеми потрохами? Я достаточно хорошо знаю Афраэль. Теперь ты ее раб, Стрейджен. Она заполучила тебя.

– Ну что ж, – пожал плечами Стрейджен, – бывает и хуже. Афраэль и сама воровка, так что, думаю, мы поладим. – Он расправил плечи. – Ну что, идем?

ГЛАВА 18

– Ты в этом точно уверена? – нетерпеливо спросил Спархок.

– Келтэн уверен, – отвечала Богиня-Дитя. – Он проходил мимо дома, и Алиэн запела. Уж он-то узнал бы ее голос, верно?

Спархок кивнул:

– Ее пение подняло бы его и из могилы. Как скоро ты сможешь доставить меня в Натайос?

– Вначале доставим остальных в Диргис. Я хочу посвятить Ксанетию и Сефрению в последние события.

– Мне они и так известны. Афраэль, я должен попасть в Натайос.

– Всему свое время, Спархок. До Диргиса не так уж и далеко, и у остальных могут возникнуть кое-какие полезные идеи.

– Афраэль… – начал он.

– Сделаем по-моему, Спархок, – твердо ответила она. – Это не займет много времени, зато ты успеешь взять себя в руки. Остальные ждут нас в комнате с картой во всю стену. Пойдем к ним, и все вместе отправимся в Диргис.

Перед тем как им выехать в путь, произошел еще один короткий спор.

– Мне не нужен конь, – упрямо повторила Бетуана, затягивая ремешок сапога. Афраэль вздохнула.

– Пожалуйста, Бетуана, – сказала она, – сделаем по-моему.

– Я могу бежать быстрее коня. Зачем он мне сдался?

– Затем, что ты знаешь расстояние до Диргиса, а конь – нет. Мне так будет легче. Ну пожалуйста, Бетуана, ради меня! – Богиня-Дитя умильно взглянула на воинственную королеву атанов.

Бетуана рассмеялась и наконец сдалась.

Они вместе вышли в заснеженный двор казармы, сели на коней и выехали на улицы Сарны. Низкие тяжелые тучи, затянувшие небо, скрыли от глаз окружавшие Сарну горы, и над городом обильно сыпал снег. Путники покинули город через восточные ворота и медленно, увязая в снегу, двинулись вверх по крутому склону к вершине ущелья. Спархок, Итайн и Вэнион ехали впереди, прокладывая дорогу в снегу для королевы атанов – она ехала, кутаясь в теплый плащ, и на руках у нее уютно устроилась Богиня-Дитя. В личности маленького божества была странная двойственность, которая тревожила и дразнила Спархока. Он знал, что Афраэль настолько мудра, что он этого и постичь не в силах, и однако во многих отношениях она оставалась ребенком. Затем он вспомнил наготу истинного облика Богини – и навсегда отчаялся когда-либо понять Афраэль.

– Неужели мы не можем двигаться побыстрее? – нетерпеливо спросил Вэнион.

Нетерпение сжигало друга Спархока с тех пор, как он услышал о ране Сефрении, и Спархок порой боялся, что ему придется смирять Вэниона силой.

– Быстрее или медленнее, Вэнион, – это не играет никакой роли, – сказал он. – Мы можем бежать или ползти, но все равно прибудем на место в один и тот же срок.

– Как ты можешь быть так спокоен?!

– Со временем ко всему привыкаешь, – сумрачно усмехнулся Спархок.

Прошла самое меньшее четверть часа, когда они перевалили через вершину знакомого длинного холма и с высоты его взглянули на город Диргис, купающийся в ярком солнце.

– Невероятно! – воскликнул Итайн. Затем он обернулся, чтобы взглянуть на тропку, которой они только что подымались на холм, – и глаза его расширились.

– Итайн, я ведь просила этого не делать, – напомнила Афраэль.

– Там еще идет снег, – выдавил он, – но… – и уставился во все глаза на залитое солнцем снежное поле.

– И почему это люди всегда останавливаются именно на этом месте? – раздраженно осведомилась девочка. – Поезжай дальше, Итайн. Как только ты минуешь эту границу, она перестанет тебя волновать.

Итайн собрался с силами, решительно устремил взгляд вперед и выехал под потоки солнечного света.

– Спархок, ты хоть понимаешь, в чем тут суть? – напряженным голосом спросил он.

– Отчасти. Тебе и вправду хочется услышать, что происходит с тобой, когда ты переступаешь через место, в котором только что ушли в небытие две сотни миль?

Итайн содрогнулся.

Они спустились с холма и въехали в город.

– Далеко еще? – нетерпеливо спросил Вэнион.

– Уже близко, – заверил его Спархок. – Город совсем невелик.

Они проехали по узким улочкам, с которых снег сгребли в сугробы к самым стенам домов. Добравшись до знакомого трактира, они въехали во двор и спешились.

– Теперь все в порядке, Бетуана, – заверяла Афраэль королеву атанов. – Я держу его погруженным в глубокий сон, и все что нужно понемногу срастается и затягивается.

– Кто присматривает за ним? Быть может, мне следует отправиться туда.

– Нет, Бетуана, – строго сказала Афраэль, – у меня нет дозволения взять тебя на остров – пока, во всяком случае.

– Но ведь он там один!

– Ну разумеется, не один. Я сейчас рядом с ним.

– Но… – Бетуана запнулась и во все глаза уставилась на девочку.

– Постарайся не думать об этом. – Богиня-Дитя задумчиво поджала губы. – Знаешь, в Энгессе-атане легко обмануться – может быть потому, что он так немногословен. Я и не подозревала, какой он замечательный, покуда не заглянула в его сознание,

– Я всегда это знала, – сказала Бетуана. – Долго еще придется ему пробыть вдали от меня… то есть от нас?

Афраэль сделала вид, что не заметила оговорки королевы.

– Неделю-две. Я хочу, чтобы рана наверняка зажила. Ну, войдем внутрь, покуда Вэниона не хватил удар.

Во главе со Спархоком они вошли в нижний зал, где трактирщик был так поглощен вытиранием стола, что, казалось, ничего больше не замечал. Они поднялись по лестнице, и Спархок с изумлением увидел, что у дверей комнаты Сефрении стоит на страже Миртаи.

– Что ты делаешь здесь! – спросил он. – Я думал, ты в Материоне.

– Меня одолжили, – отвечала она, – словно старый плащ.

– Ты ведь знаешь, Миртаи, что это не так, – отозвалась Афраэль. – Данае в замке ничто не грозит, а мне нужна была надежная охрана для Сефрении. Войдемте.

Сефрения сидела в постели, и над ней заботливо склонилась Ксанетия. Комната утопала в солнечном свете.

Вэнион направился прямо к любимой и, опустив шись на колени у ее кровати, нежно заключил ее в объятья.

– Я никогда больше не отпущу тебя от себя, – невнятно пробормотал он.

Сефрения взяла его лицо в ладони и поцеловала его.

– Осторожнее, не повреди себе.

– Помолчи, Вэнион, – отвечала она и, обхватив его голову, с силой прижала ее к своей груди.