Потаенный Город - Эддингс Дэвид - Страница 74

Сарабиан рассмеялся.

– Не слишком ли это грубо – так говорить о придворных?

– А разве это не так? Среди них нет ни одного настоящего мужчины. Они и нужны-то во дворце лишь затем, чтобы помогать нам в наших интригах. Ты ведь знаешь, что мы все время интригуем друг против друга?

Сарабиан пожал плечами.

– Надо же вам всем как-то занять свободное время.

– А другого времени у нас и не бывает, муж мой. Все наше время – свободное, Сарабиан, в этом-то и наша беда. Как бы то ни было, эти незнакомцы не принадлежат ни к одному из дворов.

– Ты уверена?

Элисун одарила его плутовской усмешкой.

– Можешь мне поверить. Я имела дело со всеми придворными. Они всего лишь безвредные мотыльки, а эти – настоящие осы.

Сарабиан весело взглянул на нее.

– Неужели ты и вправду перебрала всех придворных в Женском дворце?

– Более или менее. – Она вновь пожала плечами – нарочно, подумал Сарабиан. – На самом деле это было довольно скучно. Придворные не отличаются пылкостью, но зато я получала возможность следить за всем, что происходит во дворце.

– Так это было не только ради…

– Так, самую малость, но надо же мне было как-то защищаться. Наша политика тоньше мужской, но зато и более жестока.

– И эти незнакомцы – тамульцы?

– Одни – да, другие – нет.

– Давно это продолжается?

– С тех пор, как мы вернулись в Женский дворец. Я не видела ни одной из этих ос, когда мы жили здесь, в эленийском замке.

– Стало быть, последние пару недель? Элисун кивнула.

– Я решила, что тебе следует об этом знать. Возможно, это то же самое, что происходит у нас из года в год, но я так не думаю. Наша – женская – политика придерживается обходных путей, а то, что происходит сейчас в Женском дворце, – мужская политика.

– Ты могла бы присматривать за всеми этими делами – для меня? Я был бы тебе признателен.

– Разумеется, муж мой. Я-то тебе верна.

– В самом деле?

– Не разделяй всеобщего заблуждения, Сарабиан. Верность не стоит смешивать с тем, другим делом. Оно не значит ничего, а верность – все.

– В тебе сокрыто куда больше, Элисун, чем может показаться на первый взгляд.

– Вот как? Я никогда и не пыталась что-то скрыть. – Элисун сделала глубокий вдох. Сарабиан вновь рассмеялся.

– У тебя есть планы на вечер?

– Ничего такого, чего бы я не могла отложить. Что у тебя на уме?

– Я подумал, что мы могли бы поговорить.

– Поговорить?

– Кроме всего прочего.

– Мне нужно вначале отправить одно послание. Потом мы будем говорить столько, сколько захочешь, – в перерывах между «всем прочим».

Минуло два дня, как они покинули Тиану, и сейчас огибали западную оконечность озера по дороге, ведущей в Арджуну. На ночь они остановились на берегу озера, недалеко от дороги, и Халэд подстрелил из арбалета оленя.

– Охота в дороге сберегает время и деньги, – пояснил он Бериту, освежевывая добычу.

– Ты весьма ловко управляешься с арбалетом, – заметил Берит.

– Привычка, – пожал плечами Халэд и вдруг резко вскинул голову. – Кто-то едет сюда, – сказал он; указывая на дорогу острием окровавленного ножа.

– Арджунцы, – определил Берит, прищуренными глазами разглядывая подъезжавших всадников.

– Не все, – возразил Халэд. – Тот, что скачет впереди, – элениец, судя по одежде, из Эдома.

Халэд вытер окровавленные руки о траву, потянулся к арбалету и взвел его.

– На всякий случай, – пояснил он. – В конце концов, они ведь уже знают, кто мы такие.

Берит мрачно кивнул и частично выдвинул меч из ножен.

Всадники осадили коней ярдах в пятидесяти от них.

– Сэр Спархок? – по-эленийски окликнул эдомец.

– Возможно, – отозвался Берит. – Чем могу служить, приятель?

– У меня для тебя письмо.

– Весьма тронут. Принеси его.

– Подойди один, – прибавил Халэд. – Тебе не понадобятся телохранители.

– Я слышал о том, что вы сделали с предыдущим посланцем.

– Отлично, – сказал Халэд, – мы так и рассчитывали, что об этом станет известно. Парень был не очень-то вежлив, но я уверен, что ты куда лучше воспитан. Подойди сюда. Ничего дурного с тобой не случится – покуда будешь помнить о хороших манерах. Эдомец, однако, колебался.

– Дружок, – язвительно сказал Халэд, – ты так или иначе в пределах досягаемости моего арбалета, так что лучше делай, как я тебе говорю. Подойди один. Мы уладим наше дельце, а потом ты и твои арджунские друзья можете отправляться куда вам заблагорассудится. В противном случае вас ждут неприятности.

Эдомец торопливо посовещался со своими телохранителями и осторожно выехал вперед, держа над головой сложенный кусок пергамента.

– Я безоружен, – объявил он.

– А вот это неблагоразумно, приятель, – сказал Берит. – Времена нынче беспокойные. Дай-ка мне письмо.

Посланец медленно опустил руку и протянул Бериту пергамент.

– Планы изменились, сэр Спархок, – вежливо проговорил он.

– Поразительно. – Берит распечатал письмо и бережно вынул знакомый локон. – Всего-то в третий раз? Похоже, вам недостает собранности. – Он поглядел на пергамент. – Весьма удобно. На сей раз кто-то даже озаботился нарисовать карту.

– Поселок малоизвестен, – пояснил эдомец. – Это крохотное селение, да и его бы не было, если бы не работорговля.

– Хороший из тебя посланец, друг мой, – заметил Халэд. – Может быть, возьмешься передать мое послание Крегеру?

– Постараюсь, молодой господин.

– Отлично. Передай ему, что я иду за ним. Пусть почаще оглядывается уже сейчас, потому что очень скоро, как бы ни обернулись дела, он увидит за своей спиной меня.

Эдомец с трудом сглотнул.

– Я все передам, молодой господин.

– Буду счастлив.

Посланец осторожно отвел коня назад на несколько ярдов и, развернувшись, поскакал к своим арджунским спутникам.

– Куда теперь? – спросил Халэд.

– Вигайо – где-то в Кинезге.

– Да, городом это не назовешь.

– Ты бывал там?

– Очень недолго. Беллиом занес нас туда по ошибке, когда Спархок учился применять его.

– Далеко это отсюда?

– Около сотни лиг. Впрочем, именно в том направлении нам и нужно ехать. Афраэль сказала, что Заласта везет королеву в Киргу, и Вигайо куда ближе к тем местам, чем Арджун. Сообщи Афраэли, что с рассветом мы отправляемся в путь, а потом поможешь мне разделать оленя. До Вигайо десять дней пути, и нам лучше запастись мясом.

– Скарпа был там, – сказала Ксанетия. – Воспоминания его о Потаенном Граде весьма свежи, однако память о дороге туда неточна и бессвязна. Я сумела увидеть лишь отрывочные картины сего путешествия. Безумие лишило его мысли связности, и разум его бесцельно бродит меж реальностью и иллюзией.

– Плохо наше дело, – протянул Кааладор. – Старина Крегер не знает дороги, потому что был мертвецки пьян, когда Заласта говорил о том, как добраться до Кирги, а Скарпа чересчур чокнутый, чтобы помнить, как он туда попал. – Глаза его сузились. – А что Кизата? – спросил он.

Ксанетия содрогнулась.

– Не безумие и не хмельной туман преграждают мне путь в мысли Кизаты из Эсоса, – отвечала она с отвращением. – Глубоко погрузился он во тьму, что есть Азеш, и творения преисподнего мира настолько овладели им, что разум его более нельзя назвать человеческим. Прежде заклинания его в какой-то мере сдерживали сих чудовищных демонов, однако позднее призвал он Клааля и тем самым освободил всех прочих. Молю тебя, не вынуждай меня более погружаться в сей бурлящий хаос. Истинно, Кизате ведома дорога в Киргу, однако же мы во здравом уме не могли бы следовать сим путем, ибо ведет он через царство пламени, тьмы и невыразимого ужаса.

– Стало быть, здесь нам искать больше нечего, верно?

Все разом обернулись на звук знакомого голоса. Богиня-Дитя со свирелью в руках примостилась на подоконнике.

– А это разумно, Божественная? – спросил Бевьер. – Разве наши враги не могут учуять тебя?