Сапфирная роза - Эддингс Дэвид - Страница 74

— Где она ее взяла?

— Она заказала ее, когда ты уехал из Симмура, и привезла сюда с собой — так рыбаки всегда носят леску с крючком в каком-нибудь из своих карманов. Думаю, твоя подруга хотела быть во всеоружии, если подвернется какая оказия. Ты знаешь, она хочет, чтобы я нес эту штуку на бархатной подушечке на сегодняшней церемонии. И как только вас обвенчают, она тут же водрузит тебе ее на голову.

— Какая глупость… — фыркнул Спархок, спуская ноги с кровати.

— Может и так, но пойми, что женщины смотрят на мир совсем не так, как мы. И, представь себе, это делает жизнь гораздо интересней. Так что сначала? Будешь завтракать или мыться?

Этим утром они собрались в замке, поскольку в Базилике все еще царила суета, Долмант переиначивал все на свой лад, и духовенство расползалось, как муравьи из разрушенного муравейника. Огромный патриарх Бергстен, все еще в кольчуге и рогатом шлеме, поставил свой боевой топор в угол.

— Где Эмбан? — спросил его король Воргун. — И Ортзел?

— Они заняты с Долмантом, — ответил Бергстен. — Сарати решил основательно заняться наведением порядка в Базилике. Эмбан составляет список всех неблагонадежных церковников, и вскоре во многих монастырях прибудет обитателей.

— А Макова? — спросил Тиниен.

— Он отправился одним из первых.

— А кто теперь председательствует вместо него? — поинтересовался король Дрегос.

— Как кто? Эмбан, конечно. А Ортзел теперь новый глава духовной семинарии. Возможно, это подходит ему больше всего.

— А ты? — спросил его Воргун.

— Сарати дал мне довольно оригинальное назначение, — ответил Бергстен. — Мы еще не придумали, как это назвать. — Он сурово посмотрел на магистров.

— Между Воинствующими Орденами существует с давних пор одно разногласие, — сказал он им. — Сарати потребовал, чтобы я положил этому конец. — Его густые брови угрожающе сошлись на переносице. — Я думаю мы понимаем друг друга.

Магистры нервно переглянулись.

— Ну, — продолжил Бергстен. — Вы что-нибудь уже решили?

— Мы все еще спорим об этом, ваша светлость, — ответил Вэнион. Лицо Вэниона было почему-то серым этим утром, и он выглядел несколько больным и усталым. Спархок иной раз забывал, что Вэнион был намного старше, чем казался. — Спархок все еще носится с этой самоубийственной идеей, а мы не можем предложить ничего другого более убедительного. Завтра утром мы собираемся отправить рыцарей Храма в Лэморканд, чтобы занять там некоторые из крепостей, а остальная армия выступит за ними, как только соберется.

Бергстен кивнул.

— А ты, Спархок, что именно собираешься делать?

— Я думаю, пойду, убью Азеша, Мартэла Отта и Энниаса и вернусь домой, ваша светлость.

— Очень смешно, — сухо произнес Бергстен. — Мне необходимо будет доложить об этом Сарати, так что, будь добр, расскажи все в подробностях.

— Да, ваша светлость. Мне кажется, что все согласились с тем, что у нас нет особого шанса догнать Мартэла до того, как он со своими спутниками доберется в Земох. У него три дня форы — считая сегодняшний день. Мартэл не слишком бережет лошадей, и, думаю, у него весьма небезосновательное желание держаться от нас подальше.

— Ты собираешься последовать за ним или отправиться к границе Земоха?

Спархок откинулся на спинку кресла.

— Это наше слабое место, ваша светлость, — сказал он. — Конечно, мне бы очень хотелось поймать Мартэла, но я не собираюсь дать волю своим чувствам и позволить отвлечь меня с моего пути. Моя главная цель — добраться до города Земоха до того, как в центральном Лэморканде развернутся основные боевые действия. Крегер сказал, что Мартэл собирается идти на север, а потом повернуть к Земоху через Пелосию. Я хочу проделать примерно то же самое, так что я последую за ним — но лишь до определенного момента. Я не собираюсь тратить время на погоню за Мартэлом по всей северной Пелосии. Если он решит там пошататься, я просто отправлюсь прямо в Земох. Я достаточно много играл в игры Мартэла с тех пор, как вернулся из Рендора. Думаю, с меня хватит.

— А как быть со всеми этими земохцами в восточной Пелосии?

— Тут-то и появлюсь я, ваша светлость, — с важным видом проговорил Кринг. — Среди скал есть проход внутрь страны. Земохцам, похоже, ничего о нем неизвестно. Но мои всадники и я пользовались им многие годы. Каждый раз как в пограничье кончались уши… — Тут Кринг резко оборвал свою речь и с опаской взглянул на короля Сороса. Король Пелосии однако был погружен в молитвы и, казалось, не слышал его неосторожного признания.

— Вот, вроде бы и все, ваша светлость, — заключил он. — Никто точно не знает, что происходит сейчас в Земохе, поэтому прибыв туда, будем действовать по обстановке.

— Сколько вас? — спросил Бергстен.

— Как обычно, пять рыцарей, Кьюрик, Берит и Сефрения.

— А я? — запротестовал Телэн.

— Ты отправишься обратно в Симмур, — строго сказала ему Сефрения. — Элана присмотрит за тобой, и ты будешь оставаться во дворце, пока мы не вернемся.

— Это нечестно! — воскликнул мальчик.

— В жизни всякое случается, Телэн. Спархок и твой отец уже имеют некоторые планы относительно тебя, и вовсе не хотят, чтобы тебя убили до того, как им удастся их осуществить.

— Могу ли я испросить прибежища у Церкви, ваша светлость? — быстро спросил Телэн у Бергстена.

— Не думаю, — ответил закованный в доспехи патриарх.

— Вы не представляете, как разочаровали меня, ваша светлость, — надулся Телэн. — Видимо, все же я не пополню ряды церковных служителей…

— Благослови Господи! — пробормотал Бергстен.

— Аминь, — вздохнул Абриэль.

— Можно мне выйти? — обиженно попросил Телэн.

— Нет, — это был Берит, который сидел у двери, скрестив руки на груди и вытянув вперед ногу, закрывая собой проход.

Телэн сел на свое место, видимо немало уязвленный.

Далее беседа шла о том, как лучше развернуть войска в крепостях и замках центрального Лэморканда. Все это уже не относилось ни к Спархоку, ни к его друзьям, так что внимание будущего мужа эленийской королевы отвлеклось от разговоров. Мысли чехардой беспорядочно проносились в его голове, и он просто сидел, раскрыв глаза и уставившись в пол.

Встреча закончилась около полудня, и все стали один за другим покидать комнату, собираясь заняться необходимыми приготовлениями перед их отъездом из Чиреллоса.

— Друг Спархок, — сказал Кринг, когда они вышли из кабинета сэра Нэшана, — не могли бы мы перекинуться парой слов.

— Конечно, доми.

— Это, знаешь ли, по личному делу.

Спархок кивнул и повел покрытого шрамами вождя пелоев в маленькую часовню неподалеку.

— Что случилось, Кринг? — спросил Спархок.

— Я человек простой, друг Спархок, — начал Кринг. — Так что я сразу перейду к делу. Я совершенно очарован этой прекрасной высокой женщиной, что охраняет королеву Элении.

— Я так и думал, пожалуй.

— Как ты думаешь, у меня есть хоть один шанс?

Кринг умоляюще взглянул на рыцаря.

— Не знаю, что и сказать, мой друг, — уклончиво ответил ему Спархок. — Я слишком плохо знаю Миртаи.

— Ее так зовут?! Я этого не знал. Миртаи… — задумчиво протянул Кринг. — Красиво звучит, правда? Да, в ней все прекрасно. Но, скажи мне, она замужем?

— Не думаю.

— Великолепно. Всегда хлопотно ухаживать за женщиной, если сначала приходится убить ее мужа. Странно, конечно, но такое начало обычно не приводит ни к чему хорошему.

— Думаю, тебе стоит знать, что она не эленийка, Кринг. Она из Тамульской империи, а обычаи и религия этой страны значительно отличаются от наших. Твои намерения благородны?

— Конечно! Я слишком хорошо отношусь к ней, чтобы оскорбить.

— И это хорошо. Если бы ты решил действовать по-другому, она просто бы убила тебя.

— Убила? — в изумлении моргнул Кринг.

— Она — воин, Кринг, и не похожа ни на одну женщину, с которыми ты сталкивался раньше.

— Женщины не бывают воинами.

— Эленийки — нет. Но я же сказал, Миртаи — атан тамул. Они по-другому смотрят на мир. По моим подсчетам, она убила уже десять человек.