Сияющая Цитадель - Эддингс Дэвид - Страница 115

– Судя по всему, они так или иначе попытаются это сделать. Это всего лишь догадка, но мне сдается, что они задумали какой-то серьезный удар, и едва нанесут его, сразу попытаются удрать. – Он взглянул на Элану. – Полагаю, ваше величество, нам бы стоило усилить меры безопасности. Все эти приготовления намекают на что-то серьезное, и нельзя допустить, чтобы нас застали врасплох.

– Я должна поговорить с Сарабианом, – решила Элана. – Это посольство было нам полезно, покуда Ксанетия могла подслушивать мысли. Теперь, когда она отправилась со Спархоком и рыцарями, посольство только помеха для нас. Полагаю, настало время послать туда атанов.

– Это же посольство, ваше величество, – возразила Мелидира. – Мы не можем просто ворваться туда и взять всех под стражу. Это нецивилизованно.

– В самом деле?

– У нас нет выбора, мастер Клаф, – мрачно сказал Сорджи. – Когда судно в открытом море настигает такой туман, все, что остается, – спустить якорь и надеяться, что не налетишь на какой-нибудь остров. Вы не сможете обогнуть риф на плотах, а я разорву о камни днища половины своих судов, если попытаюсь проскользнуть в проход между рифом и льдами. Нам придется ждать, пока туман рассеется – или хотя бы поредеет.

– И долго придется ждать? – спросил Спархок.

– Понятия не имею.

– Воздух холоднее, чем вода, Спархок, – пояснил Халэд, – потому и образуется туман. Он рассеется не раньше, чем согреется воздух. Так или иначе мы не сможем тронуться в путь до завтрашнего утра. Нам еще нужно как-то укрепить плоты, прежде чем мы погрузим на них людей и лошадей. Если мы используем их в таком виде, нам придется вести их по колено в воде.

– Так почему бы тебе сейчас этим не заняться, Халэд? – предложил Вэнион. – Мы со Спархоком побеседуем с Сефренией и Афраэлью. Похоже, нам не обойтись без божественного вмешательства. Пошли, Спархок?

Они спустились на берег, к костру, который развел для женщин Келтэн.

– Ну как? – спросила Сефрения. Она сидела на бревне, держа на коленях младшую сестру.

– Туман создает нам немалые трудности, – ответил Вэнион. – Мы не сможем обогнуть риф, пока он не рассеется, а времени у нас маловато. Нам хотелось бы добраться до Тзады прежде, чем тролли двинутся в путь. У кого есть предложения?

– У меня, – сказала Афраэль, – но прежде мне нужно поговорить с Беллиомом. Надо соблюдать правила приличия, вы же понимаете.

– Нет, – сказал Спархок, – не понимаем, ну да какое это имеет значение? Что до меня, я верю тебе на слово.

– О, спасибо тебе, Спархок! – отозвалась она с притворным простодушием. – Думаю, нам с Беллиомом нужно обсудить это с глазу на глаз. Открой шкатулку и отдай ее мне.

– Как скажешь.

Он вынул шкатулку и прикоснулся кольцом к ее крышке.

– Откройся! – велел он. Затем передал шкатулку Богине-Дитя.

Она соскользнула с колен Сефрении и, отойдя немного от остальных, остановилась, глядя на окутанное туманом море. Насколько мог судить Спархок, она не обращалась к Беллиому вслух.

Вернулась она минут через десять.

– Все в порядке, – небрежно сообщила она, возвращая шкатулку Спархоку. – Когда вы хотите отплыть?

– Завтра утром? – спросил Спархок у Вэниона. Тот кивнул:

– Халэд успеет укрепить плоты, а мы погрузим рыцарей и коней на суда Сорджи избудем готовы к отплытию.

– Отлично, – сказала Афраэль. – Стало быть, завтра. А сейчас почему бы тебе не отыскать Улафа и не спросить у него, чья очередь готовить? Я что-то проголодалась.

Ветер был умеренный и не разогнал туман полностью, но по крайней мере они видели, куда плывут, а обрывки тумана должны были прикрыть их от нежелательных зрителей, когда они обогнут риф.

Халэд решил, что наибыстрейший способ укрепить плоты – попросту сделать их двойными, уложив один плот поверх другого, чтобы прибавить им плавучести. Само собой, это прибавило плотам еще и неповоротливости. Они оказались тяжелыми, и править ими было нелегко, что весьма замедляло продвижение.

Ялик, пролагавший дорогу неуклюжей флотилии, далеко обогнал ее и словно растворился в остатках тумана. Халэд и Берит даже не стали спрашивать разрешения – попросту объявили, что отправляются на разведку.

Примерно через час ялик вернулся.

– Мы проверили проход, – сообщил Халэд. – Кипящая вода буквально прорезала лед, так что мы без труда сможем провести плоты мимо оконечности рифа.

– Мы видели суда капитана Сорджи, – сказал Берит. – Судя по всему, он не решился довериться парусам. Ветер слишком неустойчивый… – Он замялся и добавил:

– Конечно, необязательно передавать Афраэли то, что я сказал. Как бы то ни было, Сорджи посадил рыцарей на весла. Они доберутся до берега к северу от пирса немного раньше нас.

– А деревья, что торчат из воды, не будут нам помехой? – спросил Келтэн.

– Нет, сэр Келтэн, если будем держаться вплотную к стене, – ответил Халэд. – Камнепады, которые вызвало землетрясение, переломали все деревья в ста ярдах от стены. Те, что торчат дальше ста ярдов, послужат нам дополнительным укрытием. Если прибавить к ним то, что осталось от тумана, – не думаю, чтобы на берегу заметили наше приближение.

– Стало быть, пока все идет гладко, – ворчливо заметил Улаф, с силой налегая на двадцатифутовый шест, – если, конечно, не считать вот этого.

– Можно добраться и вплавь, – предложил Тиниен.

– Нет, спасибо, Тиниен, – быстро ответил Улаф. – Я совсем не против поработать шестом.

Когда они добрались до оконечности рифа, флотилия разделилась. Королева Бетуана и Энгесса со своими атанами двинулись дальше вдоль опушки полузатонувшего леса, направляясь к пирсу, глубоко вдававшемуся в море, а Спархок и его друзья вместе с пелоями и теми рыцарями, для которых не нашлось места на судах Сорджи, поплыли вдоль стены, следуя за яликом Халэда и Берита, который прокладывал им путь. Поскольку даже сотни кораблей и множества плотов не хватило, чтобы уместить все их силы, пришлось оставить на берегу изрядную часть армии, а также Сефрению, Телэна, Флейту и Ксанетию.

– Мелеет, – где-то через полчаса сообщил Улаф. – Похоже, мы приближаемся к берегу.

– И все больше деревьев торчит из воды, – добавил Келтэн. – Определенно я буду счастлив поскорее избавиться от этого плота. Он, конечно, славный, но толкать его по воде двадцатифутовым шестом – все равно, что пытаться перевернуть дом.

Из тумана бесшумно, точно призрак, вынырнул ялик.

– Вы бы говорили потише, мои лорды, – хриплым шепотом посоветовал Халэд. – Мы уже близко. – Он протянул руку, чтобы пришвартовать ялик. – Впрочем, нам повезло. Вдоль берега раньше тянулась дорога – по крайней мере, мне кажется, что это была именно дорога. Что бы это там ни было, между деревьями остался довольно широкий проход, а деревья между нами и берегом прикроют нас от глаз рабочих.

– И, вероятно, помешают нам высадиться на берег, – вставил Тиниен.

– Нет, сэр Тиниен, – ответил Берит. – Примерно в миле от того места, где сейчас стоит стена, был раньше луг, и именно там начинается пирс. Нам нужно только проплыть по бывшей дороге, и она выведет нас прямо на голову рабочим.

– Вы их слышали? – спросил Келтэн.

– О да, – ответил Халэд, – как если бы они были в десяти футах от нас, – да и вы через пару минут услышите их топоры.

Халэд и Берит перебрались на плот.

– Вам удалось разобрать, кто они такие? Опять эдомские крестьяне, как было на южном пирсе?

– Нет, мой лорд, эти люди – астелийцы. Мы не видели берега, но я полагаю, что командуют там воины Айячина.

– Ну, тогда наляжем, – сказал Келтэн, с усилием подымая тяжелый шест.

– В переносном смысле, конечно, – быстро добавил он.

– Мы готовы? – спросил Спархок, озирая протянувшиеся с двух сторон линии плотов.

– К чему нам быть готовыми, Спархок? – спросил Келтэн. – Бьюсь об заклад, что астелийцы окажутся даже пугливее своих эдомских собратьев. Улаф мог бы загнать их всех в леса, если б просто поднялся в тумане и хорошенько дунул в свой рог.