Владычица магии - Эддингс Дэвид - Страница 97

– Я вовсе не собираюсь кончать с собой, – вознегодовал Бэйрек.

– Разве?

– Конечно, нет, – пробормотал он, только сейчас заметив легкую улыбку в уголках губ тети Пол и пристыженно опуская голову.

– Ты, здоровый дурень, – вздохнула она и, схватив Бэйрека обеими руками за бороду, притянула поближе и звучно чмокнула в серые от пепла щеки.

Грелдик подозрительно фыркнул, а Мендореллен, шагнув вперед, заключил Бэйрека в крепкие объятия.

– Счастлив за тебя, друг мой! Сердце мое поет от радости!

– Принесите-ка бочонок! – велел Грелдик матросам, изо всех сил хлопая великана по спине. – Отпразднуем радостную весть и выпьем за наследника графства Трелхеймского!

– Ну, сейчас начнется веселье, – потихоньку шепнула Гариону тетя Пол. – Пойдем со мной.

И, осторожно ступая, направилась на нос.

– Неужели она никогда не станет прежней? – спросил Гарион, когда они вновь остались наедине.

– Кто?

– Королева, – пояснил Гарион. – Навсегда останется змеей?

– Со временем ей самой не захочется быть человеком, – ответила тетя Пол. – Облик, который мы принимаем, постепенно начинает действовать на наши мысли, а когда пройдет много лет, королева будет все больше превращаться в змею и все менее оставаться женщиной.

Гарион вздрогнул:

– Может, было бы милосерднее убить ее?

– Я обещала богу Иссе оставить ей жизнь.

– Это и в самом деле был бог?

– Его дух, – ответила она, не отрывая взгляда от сизой дымки. – Солмиссра вселила в изваяние дух Иссы, и статуя на время стала богом. Все это очень сложно.

Тетя Пол говорила рассеянно, будто какая-то неотвязная мысль терзала ее.

– Ну где же он?!! – раздраженно воскликнула она наконец.

– Кто?

– Отец. Давно уже должен был вернуться!

Они молча стояли, глядя на мутную воду. Наконец она отвернулась от поручня, брезгливо отряхнула плащ. Пепел поднялся в воздух серыми облачками.

– Я иду вниз, – поморщившись, объявила тетя. – Здесь слишком грязно.

– Мне казалось, ты хочешь поговорить со мной.

– По-моему, ты еще не готов выслушать... Я подожду.

Она уже хотела было уйти, но остановилась.

– Кстати, вот что, Гарион.

– Да, тетя?

– На твоем месте я не притронулась бы к элю, который пьют эти матросы! После той гадости, которую тебя заставили выпить во дворце, дело, возможно, кончится плохо. Можешь даже заболеть.

– Ну... хорошо, – согласился он с легким сожалением.

– Ты, конечно, волен поступать как хочешь, но, думаю, лучше тебе знать об этом.

С этими словами она подошла к люку и начала спускаться по ступенькам.

Смятение охватило Гариона. Столько событий произошло всего за день, что перед глазами, как в калейдоскопе, непрерывно пробегали то и дело меняющиеся картины.

– Спокойно! – послышался знакомый сухой голос.

– Что?!

– Я пытаюсь кое-что услышать. Будь внимателен!

– Что именно?

– Вон там. Слышишь?

Откуда-то издалека донесся очень слабый, почти неуловимый топот.

– Что там?

Голос не ответил, но амулет на шее начал пульсировать в такт отдаленному стуку.

Сзади послышались легкие шаги.

– Гарион?

Юноша успел повернуться и тут же очутился в объятиях Се'Недры.

– Я так беспокоилась за тебя! Где ты был?

– Какие-то люди пробрались на корабль и схватили меня, – объяснил он, пытаясь освободиться. – Потом отвели во дворец.

– Какой ужас! Ты видел королеву?

Гарион кивнул, с дрожью ужаса вспомнив раздувающую капюшон кобру, лежащую на диване и любующуюся собой в зеркале.

– Что случилось? – ахнула девушка.

– Очень многое. И не всегда приятное.

Каким-то внутренним слухом юноша вновь уловил странный стук.

– Они что, пытали тебя? – с расширенными от страха глазами спросила Се'Недра.

– Нет, ничего подобного.

– Тогда расскажи обо всем, – потребовала она.

Гарион понимал, что Се'Недра не оставит его в покое, пока не услышит всю правду.

Пока он рассказывал, приглушенный стук, казалось, становился все громче, а правая ладонь начала зудеть. Он машинально почесал ее.

– Какой кошмар! – воскликнула Се'Недра, выслушав до конца. – Неужели тебе не было страшно?

– Не очень, – отозвался Гарион, все еще почесываясь. – Они все время заставляли меня пить какую-то дрянь, и голова была как в тумане. Совсем ничего не чувствовал.

– Ты и в самом деле убил Мааса? Вот так? – удивленно спросила Се'Недра, прищелкнув пальцами.

– Ну не совсем, – попытался объяснить Гарион. – Было и кое-что другое.

– Так и знала, что ты чародей! – торжествующе заключила девушка. – Еще в тот день, около пруда, помнишь?

– Не желаю я быть волшебником, – запротестовал Гарион. – И не просил об этом.

– Я тоже не по собственному выбору родилась принцессой.

– Это не одно и то же. Быть королем или принцессой – значит, родиться ими и управлять государством. Но если ты чародей, должен пользоваться своим могуществом.

– Не вижу особой разницы, – упрямо настаивала Се'Недра.

– В моей власти совершить чудо, и эти чудеса приводят к ужасным последствиям.

– И что? – раздражающе-спокойно осведомилась она. – Я тоже умею совершать ужасные вещи... то есть умела, еще в Тол Хонете. Одно мое слово – и слугу могли выпороть или даже казнить, я этого не делала, но все же могла, правда ведь? Могущество есть могущество, Гарион, и результаты всегда одинаковы. Не обязательно причинять вред людям, если не хочешь этого.

– Это случается иногда. И не по моей воле.

Стук превратился в грохот, тупой болью отдающийся в висках.

– Тогда тебе придется научиться управлять собственной силой.

– Ты говоришь совсем как тетя Пол.

– Она пытается помочь тебе, – кивнула принцесса, – и хочет, чтобы ты понял: это все равно придется сделать, раньше или позже. Сколько еще людей тебе придется сжечь прежде, чем прислушаешься к голосу разума?

– Ты могла бы не упоминать об этом, – пробормотал Гарион, глубоко задетый ее словами.

– Правильно, – согласилась Се'Недра, – могла бы. Повезло тебе, что не я твоя тетя! Я бы так долго твои глупости терпеть не стала!

– Ничего ты не понимаешь, – угрюмо пробормотал Гарион.