Дети Линзы-2: Линзмены второго уровня - Смит Эдвард Элмер - Страница 51

Глава 22

ПРЕОБРАЗОВАНИЯ НА ФРАЛЛЕ

До сих пор Великая Фралльская революция — так ее стали называть сравнительно недавно — протекала в привычном для босконцев русле. На революцию не обращал внимания никто, за исключением высокопоставленных чиновников и офицеров, и каждый из них всей душой желал бы свергнуть тирана Ганнеля и занять его место. Тем не менее и чиновники, и офицеры не рисковали организовать заговор против диктатора, так как знали, что в этом случае их ждет неминуемая гибель.

Кроме того, чиновники и офицеры нуждались в твердой руке, которая бы подчинила их своей воле и не давала возможности перессориться. Лишь при таком условии они могли сохранить равновесие государственного аппарата и, пользуясь своим высоким положением, угнетать остальную часть общества.

Киннисон научился управлять приближенными с той же легкостью, с какой заставил их поверить в свое босконское происхождение. Однако он понимал, что при малейшем подозрении о его связи с Галактическим Патрулем разрозненные фраллийские иерархи объединятся против него. Ради устранения вражеского агента между ними сразу установилось бы временное согласие.

Если бы фраллийские иерархи объединились, то представляли бы немалую силу. Эти люди отличались жестокостью и коварством. Они великие мастера интриг, и с ними нельзя шутить. Заподозрив измену, иерархи залили бы кровью всю Босконию, ничто не уцелело бы. Вот почему перед высадкой на планету тиран Ганнель созвал совещание советников, с которыми вскоре связался из командного пункта флагманского корабля.

— Я недолго отсутствовал и, конечно, доверяю каждому из вас, — проговорил он, глядя на экран видеокоммуникатора, — но все-таки хочу заранее обсудить некоторые вопросы. Случайно никто из вас не пытался подстроить мне какую-нибудь ловушку или организовать против меня заговор?

Все дружно заверили Ганнеля в том, что ни у кого из них даже не возникало подобных мыслей.

— Хорошо. Значит, никто из вас не заметил, что я изменил все шифры на замках генераторов, которые могли бы сделать планету Фралл безынерционной? Очень хорошо. Дело в том, что я привез с собой негсферы, предназначенные для уничтожения планетарной массы. Они здесь, в космосе. Пожалуйста, посмотрите на них внимательно. Думаю, вам не нужно напоминать о том, что во Второй галактике найдется немало планет, с которых я смогу управлять Босконией не хуже, чем с Фралла. Разумеется, я далек от мысли уничтожить свою родную планету, однако не могу не предупредить, что не остановлюсь ни перед чем, если вопрос будет стоять о моей жизни или о потере власти.

Никто не усомнился в серьезности намерений Ганнеля. На его месте они поступили бы точно так же. И если они могли убедиться в том, что генераторы Бергенхольма действительно выведены из строя, то это свидетельствовало лишь о том, что тиран основательно подготовился к возможному неповиновению.

Киннисон вправду был прирожденным правителем, что все восприняли с должным смирением. Преклонение слабого перед более сильным занимало не последнее место в их чувствах. Он снова победил. Теперь им оставалось только ждать ждать и надеяться, что когда-нибудь тиран допустит ошибку, которой они не замедлят воспользоваться. Так они думали, не подозревая о том, что Киннисон читал их мысли и знал об их желании как можно скорее свергнуть его.

— Благодарю вас за преданность, джентльмены, — обратился к участникам совещания тиран. Они понимали, что он не верил ни одному их слову. — За вашу лояльность я позволю вам и вашим телохранителям встречать меня, когда прибуду на Фралл. Однако вы должны позаботиться о том, чтобы среди вас не было лишних людей. Вы все встанете в первых рядах, а за вами выстроятся мои личные телохранители и королевская гвардия. Позади всех пусть соберутся простые горожане — честь должна воздаваться по заслугам.

— И последнее предупреждение, — продолжил Ганнель. — Вы можете иметь при себе парадные кортики и сабли. Однако не забудьте, что я не желаю видеть у вас или у вашей охраны никакого огнестрельного оружия — каждый, у кого оно окажется, будет сражен энергетическим лучом еще до того, как я ступлю на планету. Вооружены будут только люди, которые прибудут вместе со мной.

Босконские генералы понимали, что ситуация безвыходная, и не могли не отдать должное хватке тирана. Офицерам оставалось подчиниться ему и организовать торжественную встречу.

Флагманский корабль совершил посадку в космический док, выстроенный неподалеку от дворца. Его орудия и мощные излучатели, наведенные на Церемониальную Площадь, сразу сделали линзменов хозяевами положения. Открылся воздушный шлюз, и из него выкатился бронированный лимузин, в котором сидели Киннисон и его телохранители. В небо взмыли вертолеты. Через несколько секунд они неподвижно висели над местом, где собрались босконцы, участвовавшие в параде.

Затем из флагмана строй за строем вышли солдаты. Одна из колонн направилась вслед за лимузином тирана, а все остальные заняли места у порталов площади. Народ, пришедший полюбоваться на грандиозное представление, не придал значения этим маневрам — кто они, чтобы размышлять над поступками Великого Ганнеля? — однако советники фраллийского тирана стали озабоченно переглядываться.

Парадный кортеж Киннисона остановился возле выстроенных на плацу босконских гвардейцев. Ответив взмахом руки на их нескончаемые приветствия, тиран пригласил всех двенадцать советников занять почетные места в своем лимузине, в котором было как раз двенадцать свободных сидений, и поехать с ним во дворец. Им пришлось оставить телохранителей. Офицеры ясно поняли, что вовсе не почести предназначались им во дворце — все приготовления скорее напоминали смертный приговор. Но что они могли поделать? Они посмотрели на свою безоружную охрану, затем на вооруженную излучателями свиту Ганнеля и наконец на вертолеты, из открытых люков которых торчали дула излучателей.

Офицерам пришлось принять приглашение. Подъезжая к дворцу, они ждали, что тиран прикажет арестовать их перед главным входом, где стояла колонна солдат, прибывших на флагманском корабле. Однако Ганнель произнес первое слово не раньше, чем они оказались в кабинете. Он закатал рукав защитного скафандра, и на его запястье засверкала всеми цветами радуги Линза.

— Да, я — линзмен, — сообщил он поразившимся, но не дрогнувшим босконцам. — И знаю обо всем, что вы замышляли в мое отсутствие, несмотря на все, что я говорил вам. Если бы я был Ганнелем, то немедленно приказал бы вас расстрелять за измену. Но я не Ганнель. Я — один из линзменов, коллективные действия которых вы приписывали линзмену Икс-А-Икс. Во дворец вместе со мной прибыли и другие линзмены. Снаружи стоят линзмены и проверенные ветераны Галактического Патруля. Флот, окруживший планету, — Великая Армада Патруля. Все босконские корабли погибли, не достигнув Кловии. Другими словами, Бос ком и я навсегда лишилась своей власти. Отныне всеми мирами будет управлять Цивилизация. Как ее представитель, я должен спросить вас, самых сильных людей вашей мрачной культуры, — поможете ли вы нам править, как того требуют принципы Цивилизации, или предпочитаете умереть?

Фраллийцы были готовы принять смерть. Один из них высказался за всех:

— В одном нам повезло, линзмен. Ведь, как я понял, ты не собираешься нас пытать?

— Что ж, — улыбнулся Киннисон, — ничего иного я и не ожидал. И я доволен вашим ответом. С такой твердой основой нам нужно всего лишь исправить ваши ошибочные представления о…

— Неужели ты думаешь, что вашим терапевтам удастся приспособить нас к условиям Цивилизации? — ехидно спросил тот же босконец.

— Не думаю — знаю, Ланион, — заверил его Киннисон. — Эй, парни, возьмите их и заприте в той комнате, о которой я говорил вам.

И босконцев увели в одну из комнат дворца, где уже находились Ворсел и Тригонси. Через некоторое время туда же пришел и Киннисон.

— Не знаю, смогу ли уговорить тебя не оперировать мой разум, — внезапно охрипшим голосом произнес Ланион, — но попробую. Я видел ужасные шрамы, которые остаются после таких операций, и они мне не понравились. Не думаю, что найдутся какие-либо лекарственные препараты, которые впоследствии избавят меня от желания покончить с собой. Лучше убей меня сразу, линзмен, — ты сэкономишь время и силы.