Дети Линзы-3: Дети Линзы - Смит Эдвард Элмер - Страница 19

Девушка отпрянула в ужасе.

— Ты сказал мне, чтобы я вернулась, когда обнаружу, что не знаю всего. Только в гиперпространственной трубе я поняла, что не знаю ничего. Ментор, есть ли какой-нибудь смысл продолжать возиться со мной? — спросила она с горечью.

— Конечно, — заверил он Кэт. — Твое развитие шло вполне удовлетворительно, и нынешнее состояние ума необходимо и достаточно.

— Ну, я буду рас…. — Кэтрин оборвала слово и нахмурилась. — Но тогда какие знания ты дал мне раньше, когда я думала, что больше мне ничего не надо?

— Силу разума, — ответил Ментор. — Одну лишь силу разума и способность проникновения и контроля. Глубину, скорость и все прочие факторы, с которыми ты уже знакома.

— Но что осталось? Я знаю, что многое, но не представляю, что именно.

— Кругозор, — ответил Ментор серьезно. — Каждое из качеств необходимо расширить, чтобы охватить всю сферу разума. Ни слова, ни мысли не могут передать точно, что я хочу сказать, — здесь необходим широкий двухсторонний обмен. Это не может быть воплощено, дочь моя, в границах твоего нынешнего юношеского разума; поэтому полностью войди в меня.

Кэтрин так и сделала. Меньше чем через минуту контакта она без сознания упала на пол.

Эрайзианин, невозмутимый и не изменившийся, смотрел на нее неподвижным взглядом до тех пор, пока она не начала шевелиться.

— Это… Ментор, это было… — она быстро моргала и трясла головой, приходя в сознание. — Это был шок.

— Да, — согласился он, — и более сильный, чем ты думаешь. Из всех представителей вашей Цивилизации он не может убить на месте только тебя и твоего брата. Теперь ты знаешь, что означает слово «Кругозор», и готова к последнему испытанию, в ходе которого я заведу твой ум так далеко по дороге знаний, как только сам способен зайти.

— Но значит… ты имеешь в виду… Но мой ум не может быть сильнее твоего, Ментор!

— Но тем не менее так, дочь моя. Пока ты восстанавливаешь свою силу после того, что было только началом твоего обучения, я объясню некоторые неясные моменты. Тебе, конечно, уже давно известно, что вы, пятеро детей, отличаетесь от других. Вы всегда знали многое, чему вас никто не учил, и способны думать во всех возможных диапазонах мышления. Ваши чувства восприятия, зрение, слух, осязание так великолепно слились воедино, что при желании вы можете ощущать любое возможное проявление колебаний в любой возможной плоскости или объеме. Кроме того, вы физически отличаетесь от своих товарищей и никогда не ощущали ни малейших симптомов физического нездоровья — даже головной боли или расшатавшегося зуба. Вам фактически не нужен сон. Прививки и вакцины вас не «берут». Ни один патогенный организм, как бы заразен он ни был, ни один сильный яд…

— Подожди, Ментор! — Кэтрин побледнела. — Я не могу понять — ты хочешь сказать, что мы вообще не люди?

— Прежде чем говорить об этом, я хочу объяснить тебе ситуацию. Наши эрайзианские визуализации предсказывали расцвет и гибель галактических цивилизаций задолго до их возникновения, например Атлантиды. Я лично занимался Атлантидой, но не мог предотвратить ее гибели, — сейчас в мыслях Ментора действительно звучали горечь и сожаление.

— Не то, чтобы я надеялся спасти ее, — продолжал он. — В течение многих временных циклов было известно, что конечная победа над врагом потребует развития расы, во всех отношениях превосходящей нашу.

В каждой из четырех наиболее сильных рас в Первой галактике, как вы ее называете, были избраны родовые линии и разработаны программы развития, чтобы по возможности ликвидировать их слабости и сконцентрировать всю силу, Зная генетику, ты можешь понять сложность задачи. Ваши отец и мать были предпоследними продуктами очень долгой серии спариваний. Их воспроизводящие клетки были такими, что при слиянии практически каждый ген, ответственный за слабые признаки, отторгался. С другой стороны, вы несете гены всех сильных признаков, когда-либо известных любому представителю вашей расы. И хотя внешне вы похожи на людей, по всем важным параметрам вы даже в меньшей степени люди, чем я сам.

— А насколько ты человек? — вспыхнула Кэтрин, и опять ее самый проницательный зонд отразился от экрана эрайзианина.

— Позже, дочь моя, не сейчас. Знание придет в конце твоего обучения, а не в начале.

— Я боялась этого, — Кэт уставилась на эрайзианина широко раскрытыми беспомощными глазами, полными слез. — Ты — чудовище, и я… или я буду еще хуже. Чудовище… и я проживу миллион лет… одна… зачем? Зачем, Ментор, вы так поступили со мной?

— Успокойся, дочь моя. Я понимаю, какой для тебя сильный удар, но все пройдет. Ты ничего не потеряла и многое приобрела.

— Приобрела? Как же! — мысль девушки была наполнена горечью и презрением. — Я потеряю своих родителей и еще долго буду девчонкой после того, как они умрут. Я потеряла надежду когда-нибудь жить по-настоящему. Я хочу любви, мужа, детей, но никогда не смогу их иметь. Да и вообще никогда не встречала мужчину, который бы мне понравился, а теперь уж никогда не смогу никого полюбить. Я не хочу жить миллион лет, Ментор — тем более одна! — ее мысль была настоящим воплем отчаяния.

— Хватит. Пора кончать с глупыми детскими капризами. — Однако в мысли Ментора не слышалось упрека. — Твоя реакция вполне естественна, но выводы полностью ошибочны. Одна-единственная ясная мысль покажет тебе, что сейчас у тебя нет ни психической, ни интеллектуальной, ни эмоциональной, ни физической необходимости в муже.

— Ты прав… — произнесла Кэтрин с удивлением. — Но другие девушки в моем возрасте…

— Именно, — сухо подтвердил Ментор. — Думая о себе, как о взрослом представителе вида Homo Sapiens, ты судишь по неверным меркам. В сущности ты подросток, а не взрослая. В должное время ты встретишь мужчину, и вы полюбите друг друга с таким пылом и глубиной, которые ты сейчас не можешь даже смутно представить.

— Но остались еще мои родители, — Кэтрин почти успокоилась. — Конечно, я рано или поздно постарею… но, знаешь, я действительно люблю их, и у матери просто будет разбито сердце, когда все ее дочери окажутся, как она опасается, старыми девами.

— Об этом тебе нечего волноваться. Кимболл и Кларисса знают, не имея понятия, как они узнали, что ваш жизненный цикл гораздо длиннее, чем у них. Оба они знают, что никогда не увидят своих внуков. Можешь быть уверена, дочь моя, что, прежде чем твои родители перейдут из данного цикла существования в следующий, они будут знать, что с их родом все в полном порядке; хотя для Цивилизации в целом он внешне закончится на вас пятерых.

— Закончится на нас? Что ты имеешь в виду?

— У тебя есть предназначение, природу которого твой разум еще не в силах постичь — все станет известно в свое время. Сейчас достаточно сказать, что в следующие сорок или пятьдесят лет в твоей жизни едва ли хотя бы один час будет принадлежать тебе. Однако время поджимает. Ты полностью восстановила силы, и мы должны продолжить последний период твоего обучения, в конце которого ты будешь в состоянии вынести самый тесный контакт с моим разумом так же легко, как раньше выдерживала контакт со своими сестрами.

При дальнейшем обучении Кэтрин выдержала одно за другим непосильные испытания, в конце концов получив разум, сила и кругозор которого необъяснимы для разума ниже третьего уровня, подобно тому, как общую теорию относительности невозможно объяснить шимпанзе.

— Да, все было вынужденно и неестественно, — серьезно сказал эрайзианин, когда они расставались. — Ты на миллионы лет обогнала свое время. Ты прекрасно понимаешь, что больше я не могу дать тебе никаких формальных инструкций. Но я всегда буду рядом или приду на вызов и помогу в напряженные моменты. Однако будущее развитие находится в твоих собственных руках.

Кэтрин вздрогнула.

— Я понимаю, и боюсь… особенно приближающегося конфликта, на который ты намекаешь. Я бы хотела узнать от тебя о нем хоть что-нибудь, чтобы успеть подготовиться!

— Дочь моя, я не могу, — впервые в присутствии Кэтрин Ментор потерял уверенность. — Очевидно, мы пока не опаздываем, но, поскольку у эддориан сила разума едва ли меньше нашей, существует множество деталей, которые мы не можем установить с уверенностью, а неверный совет причинит тебе невозместимый вред. Могу сказать только, что в дальнейшем ты узнаешь, что существует планета Плур — сейчас это название тебе ни о чем не говорит. Теперь иди, дочь Кэтрин, и приступай к работе.