Первый Линзмен-1: Трипланетие (Союз трех планет) - Смит Эдвард Элмер - Страница 38

Подойдя к напоминавшему иллюминатор экрану (он был круглым и вмонтированным прямо в стену), Конвэй наугад придавил одну из клавиш внизу. Круглое оконце осветилось, потом на нем вспыхнуло изображение Нерадо, расположившегося в странной позе возле не менее странного пульта. Сверкнул голубой огонек — видимо, сигнал вызова, — и невианин, протянув щупальце, передвинул несколько рычажков.

Понимая, что теперь его видят, Конвэй приблизил лицо к экрану и начал яростно жевать и причмокивать губами, одновременно тыкая пальцем в рот. Пантомима оказалась достаточно красноречивой — гибкое щупальце Нерадо опять скользнуло к пульту, и за спиной Конвея чуть слышно взвизгнула Клио. Он резко обернулся: участок напольного покрытия отошел в сторону, и из отверстия появилось нечто, напоминающее стол с тремя низкими, покрытыми подушками скамьями. Ослепив молодых людей сиянием серебра и хрусталя, он величественно застыл посреди комнаты, словно ожидая их восторгов.

Впрочем, восторгов не последовало. Сервировка действительно была великолепной: шестиугольные прозрачные бокалы на длинных ножках поражали странными узорами, исполненными в морском стиле; шестиугольные мисочки и тарелки тончайшей работы казались произведениями искусства — как и большое блюдо в центре стола, изукрашенное филигранной чеканкой по серебру. Но то, что содержалось в этих великолепных сосудах… В высоких бокалах отливала зеленоватым тошнотворная жидкость с едким запахом, в мисочках плескались живые твари — нечто среднее между пауками и осьминогами, на блюде возлежала красная рыбина — абсолютно сырая и неаппетитная на вид. Рядом с этими «деликатесами» сверкали странные столовые приборы — щупальца, изогнутые под фантастическими углами, с крошечными челюстями на конце, приоткрывавшимися от легкого нажатия на рычажки. Зрелище инопланетных кушаний, обрамленных красными, коричневыми и синими водорослями, производило неизгладимое впечатление.

Клио обозрела стол, судорожно сглотнула и отвернулась. Костиган, у которого нервы были покрепче, с трудом поймав трех паучков-осьминожек, посадил их к себе в тарелку, но затем отодвинул ее с недовольной гримасой.

— Отличное блюдо получится, если их поджарить, — заметил он, обращаясь к вошедшему в каюту Брэдли. Потом он направился к экрану и опять начал гримасничать и жестикулировать, пытаясь объяснить Нерадо, что им надо переговорить. В конце концов, его поняли; и стол исчез, а невианский капитан появился в комнате, оставив у порога трех сильных и хорошо вооруженных стражей. Конвэй изобразил очертания суденышка, в котором их захватили, и начал объяснять, что земляне хотели бы перебраться туда. Некоторое время в воздухе мелькали руки и щупальца и, в конце концов, соглашение было достигнуто. Нерадо не позволил пленникам жить в их кораблике, однако отправил своих подчиненных, чтобы они доставили запас земной пиши и кое-что из оборудования. Вскоре невианская рыба уже шипела на сковороде, а по невианскому кораблю растекались непривычные земные ароматы кофе и свежих бисквитов. При первом же появлении этих запахов Нерадо быстро удалился, собираясь проследить за дальнейшими действиями гостей на экране. Когда завтрак закончился и посуду убрали, Костиган повернулся к Клио.

— Послушай, малышка, тебе надо поспать. Ты уже на пределе — глаза красные, как у жертвы марсианского пикника, и даже половину завтрака ты не съела. Чтобы выдержать все, что нам предстоит, надо хорошо есть и хорошо спать. Так что давай, ложись и спи до полудня.

— О, не беспокойся. Я усну вечером, — слабо сопротивлялась девушка, по-детски потирая кулачками глаза.

— Ты ляжешь немедленно, — мягко, но твердо сказал Костиган, тронутый ее беззащитностью и усталым видом. — Я полагаю, ты не будешь нервничать, когда Брэдли и я рядом с тобой. Мы никуда не денемся — как две наседки около одного цыпленка. Давай, малышка, ложись.

Клио улыбнулась, но послушно легла. Костиган сидел рядом, на краю огромного дивана, держа ее за руку, и пытался поддерживать беседу. Молчание затягивалось, ответы Клио становились все реже и реже, а затем веки с, густыми ресницами прикрыли глаза, и в каюте послушалось ее глубокое ровное дыхание. Конвэй не мог оторвать от нее глаз. Такая юная и такая прекрасная — как он любил ее! Он совсем не был религиозным, но при взгляде на любимую каждая его мысль превращалась в молитву. Если бы только он сумел вытащить ее из этой новой передряги… Если бы был хоть один шанс!

Затем… Трудно сказать, что победило тренированный мозг Конвэя: невероятное напряжение последних дней или прелесть Клио, но через несколько минут и его веки сомкнулись, и он погрузился в сон, удобно устроившись на подушках возле девушки.

Брэдли с улыбкой смотрел на них.

— Клио милая девочка, — вслух подумал он, — а Костиган покрепче любого из известных мне парней. Пожалуй, эти выдержат все… Кстати, — тут он зевнул, — почему бы и мне, старику, не подремать?

Пристроившись у Клио в изголовье, он мгновенно уснул.

Через несколько часов мужчины были разбужены звонким смехом. Клио сидела меж ними, оглядывая своих стражей искрящимися весельем глазами. Она казалась свежей, веселой и ужасно голодной. Костиган был немного смущен, но Брэдли захохотал — столь же заразительно, как и девушка.

— Спасибо, что вы так хорошо меня охраняли, — улыбнулась она. — Я чудесно выспалась, но боюсь, что вечером не смогу заснуть, не держа вас за руки!

— Что вы, деточка, мы не преследовали такие далеко идущие цели! — шутливо запротестовал Брэдли.

— Нет, преследовали! — не Согласился Костиган. Так, перекидываясь шутками, они приготовили еду и, надо сказать, на этот раз Клио отдала ей должное. Отдохнувшие и освеженные, пленники начали составлять планы побега, но тут в комнату вошел Нерадо в сопровождении трех стражей. Он принес с собой небольшую коробочку, которую подключил кабелем к экрану; затем, касаясь щупальцами клавиш, внимательно посмотрел на землян. Из коробочки послышались какие-то звуки, и Костиган наконец понял ее назначение.

— Отлично! Оставь так! — сказал он, взмахнув рукой. — Видишь ли, Клио, они общаются в ином диапазоне звуковых частот, а эта штука — преобразователь или что-то в подобном роде. Ну, кем бы не был этот урод — он определенно не дурак!

Нерадо также слышал землян: его шея дернулась в невианском знаке удовольствия, и хотя ни один из партнеров по контакту не понял слов другого, сама мысль, что слух и способность говорить присущи им обоим, уже была приятной. Этот факт несколько изменил отношения между пленниками и их тюремщиками:, невиане поняли, что странные двуногие обладают развитым интеллектом, а в землянах проснулась надежда на спасение. — Не так уж плохо, что они умеют разговаривать, — подвел итог Костиган:

— Это надо использовать, даже если мы собираемся сбежать отсюда. Может быть, нам даже удастся убедить их вернуть нас домой…

И та, и другая сторона стремилась наладить взаимопонимание Занятия начались с самых элементарных вещей, но эта стадия была пройдена быстро. Земляне учили язык Невии, невиане овладевали трипланетарным (ко всеобщему удивлению, к ним присоединилась Клио), ибо этот логичный язык освоить было легче, чем сумбурный английский.

Через короткое время они уже могли понимать друг друга, общаясь на невероятной смеси слов, жестов и гримас. Когда произошел первый обмен информацией, невиане создали настолько маленькие преобразователи, что их можно было носить как кулоны. Теперь пленникам разрешалось свободно бродить по кораблю; единственной запретной зоной оставался ангар с пиратским суденышком. От людей ничего не скрывали, и когда на экранах корабля Нерадо появился встречный звездолет, пленникам откровенно объяснили его цель.

— Этот транспорт идет к Солнечной системе, чтобы взять груз железа, которого у вас так много, — сказал Нерадо своим невольным гостям.

— Надеюсь, наш новый корабль окажет ему достойную встречу, — прошептал Костиган, когда Нерадо удалился. — Вот тогда они получат кое-что посерьезнее железа, и мало им не будет!