Первый Линзмен-2: Первый Ленсмен - Смит Эдвард Элмер - Страница 21

— Ну что ж, по крайней мере откровенно… Сожалею, друзья, но вы должны согласиться, что ленсмены тут правы. Но в таком случае, мистер Сэммз, как вы считаете, кто пытался убить вас и откуда появился Черный Флот?

— Честно говоря, у меня нет никаких соображений по этому поводу, — задумчиво произнес Сэммз. — Совершенно никаких.

— Вот как? Вы в этом абсолютно уверены? Быть может, вы скрываете какие-то подозрения, пусть даже самые незначительные, по неким дипломатическим причинам?

— Я ничего не скрываю, и мне совсем нетрудно убедить вас в этом при помощи моей Линзы. С ее помощью мысли транслируются прямо из сознания, минуя мышцы, приводящие в действие голосовые связки и язык. Разум же не может лгать — даже при наличии «дипломатических причин».

Ленсмен продемонстрировал это, и репортер подтвердил его слова.

— Да, друзья мои, я вижу, что мистер Сэммз говорит правду! Теперь я испытал на себе действие Линзы, и у меня нет слов, чтобы достойно выразить свои впечатления! Это величайшее искусство! Теперь, мистер Сэммз, еще один вопрос, последний. Для чего на самом деле служат все эти Линзы? Чего вы — ленсмены. Галактический Патруль — на самом деле добиваетесь? И почему кто-то предпринимает столь решительные попытки избавиться от вас? Если это возможно, ответьте мне при помощи вашей Линзы — и одновременно говорите; друзья мои, это будет величайшая сенсация — вы получите секретную информацию, о которой совершенно точно будет известно, что это — правда!

— Ну что ж, я могу ответить именно таким образом, как вы желаете. Наша основная цель — это… — и Сэммз дословно процитировал те положения, которые Ментор так прочно внедрил в его сознание. — Вы знаете, сколь мало счастья и истинного благополучия можно наблюдать в любом из обитаемых миров — мы же стремимся увеличить и то, и другое. Мы ожидаем достигнуть тех же результатов и для нас самих — как чувства удовлетворенности человека, который выполнил сложную работу и имеет все основания ею гордиться. Что касается вопроса о покушении, то я полагаю, что логическое объяснение может быть, вероятно, таким: существует одна или несколько групп, организаций или рас, сопротивляющихся тому, за что боремся мы, ленсмены; они намерены уничтожить нас — начиная с меня.

— Благодарю, мистер Сэммз. Я уверен, что все мы получили огромное удовлетворение от разговора с вами. Ну а теперь, друзья, перед вами — Второй Ленсмен, Родерик Киннисон, главнокомандующий силами Патруля… вы все его прекрасно знаете… Поближе, пожалуйста, адмирал… вот так, хорошо! Я не думаю, что у вас имеются какие-то подозрения, во всяком случае, более основательные, чем у…

— Имеются — и еще какие! — рявкнул Киннисон так яростно, что миллионы людей в страхе отпрянули от своих экранов. — В каком виде вы желаете с ними ознакомиться — голосом, через Линзу или обоими путями одновременно? — Затем, уже с помощью Линзы, он продолжил:

— Обдумай хорошенько свой ответ, сынок, потому что мои подозрения касаются всех!

— О-о-обоими, п-пожалуйста, мистер Киннисон… — даже ко всему привыкший репортер был потрясен холодным гневом ленсмена, но сумел взять себя в руки, и вряд ли кто-нибудь из зрителей заметил его колебания и нерешительность. — Вы послали через Линзу мысль, мистер Киннисон, что подозреваете всех… Я правильно вас понял?

— Именно так. Всех. Я подозреваю каждое континентальное правительство каждого известного нам мира, включая и Северную Америку на Земле. Я подозреваю все политические партии и организованные меньшинства, подозреваю капиталистов и подозреваю рабочих. Я подозреваю все преступные организации, а также расы, народы и планеты, о которых никто из нас еще не слышал — даже вы, охотник за новостями со всей Вселенной.

— Правильно ли я понимаю вас, мистер Киннисон, что никаких конкретных подозрений вы не имеете?

— Неужели вы думаете, что если б у меня было хотя бы малейшее конкретное подозрение, я стоял бы здесь и молол перед вами языком?

Первый Ленсмен Сэммз размышлял, сидя в своем кабинете; ленсмен Дронвир, ригелианин, находился рядом, помогая ему в этом занятии.

Адмирал Киннисон, с присущей ему энергией, начал претворять в жизнь всестороннюю программу создания, объединения и расширения Галактического Патруля, планируя все новые операции и их разработки.

Вирджилия Сэммз вела светский образ жизни, каждый вечер посещая приемы — она танцевала, флиртовала и прислушивалась к светским беседам. О, с каким искусством Джил занималась этим! Ее казалось бы наивные вопросы и весьма бессодержательные комментарии часто, не возбуждая подозрений у собеседников, приносили ценнейшую информацию.

Конвэй Костиган, спрятав Линзу под широкими напульсниками и не привлекая к себе особого внимания, носился по космическим трассам, тщательно изучая каждый след и отправляя подробные доклады в центр под Холмом.

Джек Киннисон вел корабль, рассчитывал трассы и отмечал их на звездных картах.

Мэйсон Нортрон, его друг и напарник, прильнув к локаторам и радарам, всматривался и вслушивался, настраивал и изменял, снова вслушивался — и переделывал, исправлял, модернизировал.

Дал-Налтел и Набос, с десятками умелых помощников, трудились над монументальной картотекой «кто есть кто» в преступном мире.

Квалифицированные техники вводили триллионы битов информации в самые совершенные и мощные компьютеры, составляя тысячи статистических таблиц.

Доктор Бергенхольм, временно отставив исследования по физики, изучал влияние силовых полей на органическую материю.

Стены квартиры Вирджила Сэммза были покрыты схемами, диаграммами, графиками. Бумаги, магнитные диски и ленты грудами лежали на столе и переполняли ящики на полу.

— Ленсмен Олмстед с Альфа Центавра, сэр, — доложил его секретарь.

— Отлично! Пригласите его.

Вошел высокий мужчина одних лет с Сэммзом. Секунд тридцать кузены разглядывали друг друга, затем, одновременно улыбнувшись, обменялись энергичным рукопожатием. Они были похожи как братья-близнецы, разве что волосы у вновь прибывшего были потемнее, чем у Первого Ленсмена.

— Рад видеть тебя, старина. Бергенхольм уже говорил с тобой?

— Да. Он сказал, что может сделать твои волосы точно такими же — а мой парик уже готов.

— Мы никогда не виделись… — задумчиво произнес Сэммз. — Ты женат? — он пытался учесть все возможные осложнения.

— Вдовец, как и ты. И…

— Минуту, сейчас соберем наших, — Сэммз начал посылать вызов за вызовом. Ленсмены в различных уголках Вселенной выходили на связь с ним и друг с другом.

«Друзья, — начал глава Патруля, — Джордж Олмстед у меня. Я собираюсь действовать.»

«Мне это по-прежнему не нравится, — буркнул Киннисон. — Слишком велика опасность. Ваше дело, Вирджил, — координация и руководство, а не личное участие в рискованных операциях.»

«Ну, если Бергенхольм уверен, что дублирование достаточно точное и внешнее сходство идеально…»

«Я уверен в этом, — глубокий низкий псевдоголос Бергенхольма не оставлял ни тени сомнения в данных обстоятельствах. — Подмену никто не обнаружит.»

«К тому же, никто не знает, что Джордж получил Линзу!»

«Да, — негромко рассмеялся Олмстед. — И никто, кроме нас и твоего секретаря не знает, что я здесь.»

«Хорошо. Я не могу все свое время проводить в кресле, покрываясь плесенью — заявил Сэммз. — Дронвир гораздо лучше, чем я, подходит для анализа поступающих данных; если появится какая-то заслуживающая внимания корреляция, он заметит ее. Мы уже пришли к выводу, что группа Тауна-Моргана, а также весь конгломерат фирм — „Энергия Маккензи“, „Уран Инкорпорейд“ и „Межзвездные Перевозки“ — связаны между собой, и что тионит имеет к ним непосредственное отношение. Однако мы не можем ни на шаг продвинуться дальше. Имеется едва заметная связь между гибелью от тионита и прибытием в Солнечную систему некоторых лайнеров „Перевозок“. Известно, что кое-какие чиновники Таможенной Службы зарабатывают бешеные деньги, позволяя космическим кораблям или посадочным модулям приземляться нелегально. Эти суда явно провозят контрабанду, но она может иметь отношение к тиониту, а может и не иметь. Короче, нам недостает информации; значит, самое время и мне принять участие в получении нужных сведений.»