Ожерелье королевы - Эджертон Тереза - Страница 158

Когда пришла очередь Люка говорить, он спустился по длинной винтовой лестнице вниз и встал на свидетельское место, преисполненный очень дурных предчувствий, но с твердым намерением сделать то, что считал правильным.

Потом он отправился прямо домой, горько разочарованный. Он надеялся, что им достаточно будет лишить короля короны, но толпу в зале суда не так-то просто было умиротворить.

Люк позже описывал процесс Тремер:

— Он ни слова не сказал в свою защиту, но все, кто его знал, говорили в его пользу. Мы пытались напомнить людям, каким он был — как он их всегда любил, как неустанно пекся об их благе, — но люди пострадали и хотели кого-нибудь за это наказать, это не считая сотен невинных толстопятов и олухов, которых они уже изгнали с насиженных мест. Все, чего мы, все, кто остался из друзей Джарреда, смогли добиться, — это помешать суду приговорить Джарреда к тюремному заключению или смерти. Было составлено официальное обвинение в государственной измене. Его не только свергли, они сделали так, будто он вообще никогда не правил. Все его эдикты отменены, его имя будет замазано или вырезано из всех исторических сочинений, а сам он навсегда изгнан из Винтерскара под страхом смерти.

Люк закрыл лицо руками.

— Мне кажется… мне кажется, вот это как раз даже и к лучшему. Он — сломленный человек, и ему лучше вести частную жизнь. Он говорит, они поедут с доктором Перселлом в Оттарсбург, снимут там дом и откроют часовую мастерскую. Да, для самого Джарреда это, может быть, и к лучшему — но это же чертовски несправедливо! Они наказывают его снова и снова, предают его позору и анафеме, хотя он сделал только то, что сделал бы на его месте любой честный и порядочный человек…

Люк задохнулся от возмущения и не мог продолжать. Он поднялся наверх, заперся в спальне, и его несколько часов не было видно.

Люк уже успокоился несколько дней спустя, когда объяснял сложившуюся ситуацию Лиллиане:

— Самое смешное, что я сам, по сути, от этого выигрываю. Официально такого человека, как Джарред — король Винтерскара, никогда не существовало, а что до нашего доброго короля Руперта, который, как теперь получается, невидимый управлял страной все эти годы, — мы с ним не родственники. А это значит, что мы с Тремер — законные супруги с того момента, когда тот священник в Шато-Руж объявил нас мужем и женой. Хотя, — добавил он с кривой усмешкой, — вряд ли кто-то станет обращать особое внимание на этот запрет теперь. Все слишком изменилось. И все-таки я не могу не радоваться, что мой брак теперь узаконен, потому что, кроме всего прочего, моя жена, кажется, всерьез намеревается присоединиться к левеллерам.

Лили выразила свое удивление легкой улыбкой. Они стояли в маленьком саду за домом, который окружали высокие стены. Лили собирала розы, которые она хотела расставить в вазах в столовой и в холле.

— О да, уверяю вас, — продолжал Люк. — Она очень искренне ими заинтересовалась. Она всегда восхищалась Кнефом, а местная паства произвела на нее крайне приятное впечатление! Один из них даже сказал ей, что их бог может простить все, что угодно, — если, конечно, искренне раскаяться. Я не могу вам передать, как ее увлекла мысль, что все ее грехи можно смыть одним чистосердечным раскаянием. И вообще, — добавил он, пожимая плечами, — они ведь и вправду потрясающие люди. Они отнеслись к этому бедствию совершенно спокойно и сделали очень много, чтобы облегчить людям страдания. Так что, похоже, мне придется принять тот факт, что я женат на… исключительно добродетельной женщине и рано или поздно у меня будет выводок на редкость благовоспитанных детей.

Лили не находила себе места. Кашель ее больше не беспокоил, и слабость прошла. Вилл и Блэз тоже хоть и не полностью выздоровели, но жаловались, что уже почти две педели ничего не делают. И единственное, что удерживало их от того, чтобы собрать вещи и немедленно отправиться на поиски Машины Хаоса, — это то, что у них не было ясного представления, откуда начинать поиски. День шел за днем, Лили надеялась, что придет какая-нибудь весть от доктора Вайлдебадена, но новостей не было, и магического озарения на нее тоже не находило.

Как-то раз Лили сидела в крохотной гостиной на третьем этаже, который холостяк-врач предоставил дамам, и вяло пыталась залатать одну из своих нижних юбок, и тут вошла Тремер, крайне взволнованная, в руке она держала небольшой сверток, завернутый в бумагу.

— Ты только посмотри, как таинственно! Принесли посылку, на ней твое имя и никакого обратного адреса.

Лили, естественно, была заинтригована. Отложив свое шитье, она быстро распаковала сверток; в нем оказалась маленькая деревянная богато инкрустированная коробочка из ценных пород дерева — черное дерево, догадалась она, и палисандр. Лили открыла крышку, достала лежавший внутри предмет — легкомысленную безделушку — и обернулась к Тремер с озадаченной улыбкой.

— Кто бы мог послать мне веер-головоломку? Он, конечно, очень милый, но… А, понятно, тут все-таки есть записка. — Она вынула сложенный клочок бумаги со дна коробочки и вслух прочитала: «Госпожа Блэкхарт, это поможет вам найти то, что вы ищете». Как я должна это понимать?

— Надо позвать Люка, — предложила Тремер. Она взяла веер в руки и раскрыла его, чтобы лучше рассмотреть рисунок. — У него просто талант разгадывать зашифрованные послания.

Итак, послали за Люком, и он вскоре явился в компании Блэза и Вилрована. Он несколько минут внимательно рассматривал веер, с одной и с другой стороны. Потом в его глазах сверкнула догадка.

— Все очень просто. С одной стороны тут нарисованы ребусы, на каждой планке по ребусу, и в них зашифрованы названия городов: Тронштадт, Валлерховен, Далмарк и так далее. Сам по себе этот список говорит о многом, если посмотреть на карту, которую вы с Кнефом так тщательно изучали во время нашего путешествия. — Он снова перевернул веер. — А на обратной стороне, как видите, — там, где рисунок не закончен, — на большинстве планок выгравированы старинные знаки. Кажется… я даже уверен — это названия улиц и номера домов. — Он выдержал театральную паузу и продолжил: — Я бы сказал, Лиллиана, что кто-то очень любезно предоставил тебе ключ к поиску всех пропавших Сокровищ.