Слепое правосудие - Бернхардт Уильям - Страница 50

Бен услышал робкий стук в дверь.

– Кто там?

– Это я, Кристина. Могу я войти? – Приоткрыв дверь, она всунула голову в кабинет.

– Я готовлюсь к завтрашнему дню.

– Джонс мне сказал, что ты уже здесь несколько часов.

Может быть, тебе следует сделать перерыв? Господи, ты так плохо выглядишь!

– Спасибо за комплимент.

Тебе нужна хорошенькая девчонка, Бен. Кто-то, кому удастся вырвать тебя из этого состояния.

– Согласен с тобой, но полагаю, в данный момент путешествие на Гавайи будет немножко не ко времени.

– Ну, зачем так сложно? Что-нибудь, что напомнило бы тебе, что в этой жизни самое важное. Тебе нужна высокая соблазнительная блондинка, которая бы запечатлела холодный влажный поцелуй на твоих губах...

Его передернуло от отвращения.

– Брррр, ты что, не знаешь, что адвокаты никогда не целуются в губы? Это может развеять их имидж.

Бен оторвал взгляд от своих заметок:

– Боюсь, я не больно здорово подготовился к завтрашнему заседанию.

– Ты что-нибудь придумаешь, я тебя знаю...

– Стараюсь быть реалистом, Кристина. Наши шансы невелики.

– Глупости. Все могло быть и хуже.

– Теперь ты мне это говоришь. Почему все продолжают мне это повторять?

– Потому что это правда. Ты вытащишь что-нибудь из своей шляпы.

– Я не фокусник, Кристина. Я даже не очень хороший адвокат.

– Не согласна.

– Чувствую себя, словно пытаюсь стать Белой Королевой.

Ну, знаешь, как в книге "Через прозрачное стекло". Каждый день она верила в шесть невозможных вещей. До завтрака.

– Мне кажется, ты сегодня в суде продемонстрировал великолепное мастерство. Бен, я тебе уже сказала, что хотела бы обсудить с тобой стратегию. Я хочу, чтобы ты вызвал меня для дачи свидетельских показаний.

– Совершенно невозможно.

– Почему?

– Пятая поправка к закону существует недаром. Я не хочу, чтобы тебе пришлось через это пройти.

– О, Бен, какой смысл ограждать меня от перекрестного допроса, если, как ни крути, в итоге меня ждет пожизненное заключение или что-то похуже.

– Большинство адвокатов, занимающихся уголовными делами, никогда не дают своим подзащитным возможности давать показания. Это редко помогает и всегда вредит.

– Но у нас нет другого выхода! – У Кристины дрожал голос. – Послушай, Бен, я же опытный работник. Я бывала в конце такого пути и раньше, я знаю, что нам предстоит. Нам нужен безупречный свидетель защиты, а все, что у нас есть, – это я. Воспользуйся мною.

– И не надейся.

– Бен, только на этот раз не старайся все делать сам. Дай мне возможность тебе помочь.

– Кристина, я...

– Бен! Кто здесь клиент?

– Ты, – ответил он, кусая нижнюю губу.

– Кто заказывает музыку?

– Если в этом нет ничего неэтичного, то клиент.

– Прекрасно. Значит, мы договорились. Завтра утром ты меня вызовешь для дачи показаний. Понятно?

Бен кивнул.

Не сиди поздно. Не хочу, чтобы присяжным показалось, что мой адвокат зомби. И еще не забудь накормить свою кошку.

– Я дам ей есть, но это не значит, что она будет лопать.

Кристина ушла. Бен попытался сосредоточиться на своих записях, но ему не давали покоя десятки вопросов: кто подключил его телефон? Тот же человек, что убил Ленни? Тот же, кто за ним следит? Почему сегодня Декарло был в зале суда? В голове крутились тысячи вопросов, не имеющих отношения к процессу. Или все-таки они имели к нему отношение, только он настолько глуп, что не понимает этого? Он пытался выкинуть из головы все, чтобы сосредоточиться на главном. Все сначала! Все отбросить и понять, что же он упустил? Итак, момент истины настанет меньше чем через двенадцать часов!

Глава 39

Зал заседания снова был переполнен. Репортеры сгруппировались в первом ряду. Бен увидел Декарло, садившегося позади Марго Ломбарди. Спад тоже был здесь, наверное, оставался на тот случай, если понадобится обвинению. В том же ряду Бен увидел и Квина Рейнольдса. А он что здесь делает?

А позади сел Клейтон Лангделл. В последнем ряду пристроились Стенфорд и Эбшайр. Эбшайр ему даже подмигнул, сукин сын. Он считает, что дело у него в кармане.

И вполне вероятно, что он прав. Бен оставался в офисе за полночь. А придя домой, не мог заснуть и вновь уселся за свои бумаги. Вскочив утром, он сразу же отправился в суд, на ходу думая о том же: где ключ к разгадке всего происшедшего, что может доказать невиновность Кристины? Все напрасно! Истина ускользала от него.

Пройдя по проходу, Бен присел рядом с Декарло.

– Скажите, это ваши люди следят за мной?

– Ну и вопросы вы задаете! А вы видели, кто именно за вами следит? И следят ли?

– Возможно. Не уверен, но так мне кажется.

– И почему вы считаете, что за этим стою я?

– Вы самый подходящий кандидат. Так что вы скажете?

– Вы поверите мне, если я буду отрицать?

– Вероятно, не поверю.

– Ну, так я отрицаю.

– Вы хозяин своих слов.

В комнату вошел бейлиф, за ним следовал судья Дерик. Бен почувствовал, как его заполняет чувство беспомощности. Процесс шел как по накатанному, а он не мог ничего сделать, чтоб переломить его, предотвратить теперь уже очевидный крах жизни Кристины.

Дерик произнес положенные, вступительные слова, проинструктировал присяжных.

– Итак, все предварительные переговоры закончены, – провозгласил он. – Советник, вы готовы продолжить работу?

Бен встал. Он чувствовал, как у него дрожат колени.

– Да, ваша честь.

– Вызывайте вашего первого свидетеля.

Бен почувствовал, как напряглась Кристина. Он попытался что-то произнести, но из его пересохшего горла не вылетело ни звука.

– Мистер Кинкейд?.. – повторил Дерик.

Бен чувствовал всю неловкость ситуации. Он выставлял себя перед всеми в самом дурацком виде.

– Итак, мистер Кинкейд... – Дерик уже не смотрел на Бена, его взгляд был устремлен в дальний угол зала. Что там?.. – Мистер Кинкейд, мне кажется, что это кто-то из ваших людей.

Они пытаются настроить зал на вашу волну.

Да кто же там? Бен оглянулся и увидел Джонса, который старался привлечь его внимание, подняв руку, да, руку с... темными очками.

– Ваша честь, могу я коротко посоветоваться с коллегой, прежде чем вызову своего первого свидетеля?

– Хорошо. Вы можете строить свои обвинения так, как сочтете необходимым. Советуйтесь. Но не больше пяти минут.

Бен быстрым шагом прошел в задние ряды зала заседаний, обходя репортеров, готовых взять его в кольцо.

– Джонс, в чем дело? Я надеялся перехватить тебя у двери...

– Извините, я припозднился. Поэтому – прямо сюда.

– Итак?..

– Босс, я пробыл там всю ночь. Догадайтесь, почему?

Вместо пяти Бен проговорил целых пятнадцать минут, время, достаточное для того, чтобы убедиться, что все рассказанное ему соответствует действительности. И еще успел забежать в библиотеку и взять нужный ему журнал.

– Мистер Кинкейд, – Дерик картинно поднял глаза, – а мы уж думали, что вы где-то затерялись.

– Извините, ваша честь. – Бен так же нарочито приложил руку к груди. – Как видите, со мной ничего дурного не произошло.

– Уж в этом-то я уверен, – снисходительно бросил Дерик. – Так вы готовы вызвать своего первого свидетеля?

– Да, ваша честь, – спокойно ответил Бен, заметив, как при этом напряглась Кристина. – Защита вызывает Холдена Хатфилда.

Бен искоса взглянул на Кристину, она ответила ему испепеляющим взглядом. И тут поднялся Мольтке:

– Ваша честь, этот свидетель уже давал показания в перекрестном допросе во время заседания следственной комиссии.

Есть ли необходимость заслушивать его вновь?

– Коварный вопрос, – отреагировал Дерик. – Говорите, во время заседания следственной комиссии?

– Именно так, ваша честь, – подтвердил Мольтке. – И вряд ли он сможет сказать что-то новое теперь.

– Но этот человек зарегистрирован в списке свидетелей обвинения, – настаивал Бен. – И нет причин отстранять его от участия в процессе.