Тарзан (Сборник рассказов) - Берроуз Эдгар Райс - Страница 597

Он решил использовать вновь приобретенную силу для практических целей.

По его подсчетам, Пан-ат-лин либо уже находится в безопасности, либо же погибла.

В любом случае, он уже ничем не может помочь ей, тогда как неподалеку от Кор-ул-грифа расположен А-лур, Город Света, куда он и стремился.

Хранили или нет его стены тайну его исчезнувшей жены, он не знал, но если она была жива, то находится среди хо-донов, поскольку черные волосатые люди затерянного племени не брали пленных.

Итак, он отправится в А-лур. И очень удачно, что он сидит на спине ужасного зверя, которого все боятся в Пал-ул-доне.

Местность, по которой он ехал верхом на грифе, изобиловала красотами тропической природы. Трава была ростом в пояс, сочной и ярко-зеленой. Время от времени заросли становились труднопроходимыми.

Бывали мгновения, когда Тарзан с трудом заставлял повиноваться грифа, оказавшегося довольно своенравным, но всякий раз страх перед шестом, таким маленьким, по сравнению с ним самим, заставлял зверя подчиняться.

Поздно вечером они подошли к ручью, который брал начало в Кор-ул-я. На другом берегу человек-обезьяна заметил значительную группу хо-донов. Те одновременно увидели и его, и огромное животное, на котором он ехал. На мгновение группа застыла в удивлении, смешанном с ужасом, а затем бросилась в лес искать укрытия.

Тарзан видел их считанные секунды, однако успел заметить нескольких ваз-донов, очевидно, взятых в плен во время рейда на селение.

При звуке человеческих голосов гриф злобно зарычал и стал их преследовать, несмотря на то, что путь им преграждала вода. Тарзану при помощи шеста и понуканий с трудом удалось вернуть грифа на прежнюю дорогу, после чего тот стал еще более непокорным и строптивым.

Когда солнце спустилось к верхушкам западных холмов, Тарзан понял, что его замысел попасть в А-лур на спине грифа обречен на провал, ибо упрямство громадины возрастало с каждой минутой — его огромный желудок требовал пищи. Тарзан не знал, держали ли Тор-о-доны грифов ночью на привязи, он надеялся только, что утром сможет разыскать зверя.

Еще один вопрос беспокоил Тарзана: каковы будут их взаимоотношения после того, как он спустится со спины грифа. Превратятся ли они снова в охотника и добычу или страх перед шестом сделает зверя послушным воле человека.

Этого Тарзан не знал, но не мог же он вечно оставаться верхом на грифе, и. он решил действовать, пока еще было светло.

До сих пор он гнал грифа вперед, а потому не задумывался о том, как его остановить. Теперь же, вспомнив свои эксперименты с шестом, он решил, что достаточно будет ударить зверя по носу.

Рядом росло много деревьев, но Тарзан подумал, что если сразу вернется на дерево, то гриф поймет, что существо, которое весь день управляло им, боится его, и в итоге он снова окажется пленником грифа. Поэтому, когда гриф остановился, Тарзан соскочил на землю, ударил зверя легонько шестом по боку, как бы отпуская его, и с безразличным видом пошел в сторону.

Из горла зверя вырвался глухой звук, и гриф, даже не взглянув на Тарзана, вошел в воду реки, где долго стоял, купаясь.

Удостоверившись в том, что гриф не представляет особой опасности, Тарзан стал подумывать о том, чем бы подкрепиться. Он приготовил лук и стрелы и отправился вниз по реке в поисках пиши.

Свою добычу — антилопу — он подстрелил уже через каких-нибудь десять минут. Оторвав от туши ногу, он спрятал ее на дереве, а оставшуюся часть взвалил на спину и понес к тому месту, где оставил грифа.

Огромный зверь выходил из реки. Тарзан издал клич Тор-о-дона. Существо повернуло голову и издало низкий, клокочущий звук, которым оно приветствовало появление хозяина. Тарзан дважды повторил клич прежде, чем животное медленно двинулось к нему.

Когда чудовище приблизилось, он бросил ему тушу антилопы, на которую гриф тотчас же жадно набросился.

«Если что-нибудь и удерживает его возле меня, — подумал Тарзан, вернувшись к дереву, — так это то, что он ждет от меня пищи». Но когда Тарзан закончил свою трапезу и удобно устроился на ночь высоко на дереве в развилке ветвей, он уже мало надеялся на то, что въедет в А-лур на спине своего доисторического пегаса,

Проснувшись рано утром, Тарзан легко спрыгнул на траву и направился к дереву, где доел остатки антилопы.

Закончив завтрак, он издал клич, которым Тор-о-доны подзывают грифов, подождал немного, позвал снова, потом еще и еще, но все впустую. В конце концов он был вынужден прийти к заключению, что накануне виделся с огромным грифом в последний раз.

Тарзан направился к А-луру, рассчитывая на свое знание языка хо-донов, свою недюжинную силу и ум.

В город хо-донов Тарзан вошел с той уверенностью, с какой люди ходят по главной улице Лондона. Первым, обратившим внимание на его странный вид, оказался маленький ребенок, игравший возле дома.

— Нет хвоста! — закричал мальчик и бросил в Тарзана камнем.

В тот же миг ребенок застыл в изумлении. Он увидел, что перед ним вовсе не хо-дон, воин, лишившийся хвоста, а чужак. Мальчишка с визгом убежал в дом.

Тарзан продолжал свой путь, сознавая, что настал решающий для его судьбы час. Долго ждать ему не пришлось. За углом он столкнулся лицом к лицу с воином. Тот от неожиданности опешил и прежде, чем обрел дар речи, к нему обратился Тарзан.

— Я чужеземец, пришел издалека, — произнес он. — Мне нужно поговорить с Ко-таном, вашим королем. Воин отступил назад, положив руку на меч.

— Все чужеземцы, что проходят через ворота А-лура, либо враги, либо рабы, — возразил он.

— Я пришел не как враг и не как раб, — ответил Тарзан. — Я здесь от Яд-бен-ото. Гляди!

Он протянул руки хо-дону, чтобы тот убедился, что они отличаются от его собственных, затем повернулся спиной, показывая, что у него нет хвоста, так как именно на этом и строился план человека-обезьяны.

Тарзан хорошо запомнил ссору между Та-деном и Ом-атом, в которой ваз-дон утверждал, что Яд-бен-ото имеет длинный хвост, а хо-дон едва не полез в драку, доказывая, что никакого хвоста у бога нет.

Глаза воина расширились от ужаса, к которому впрочем тут же примешалось подозрение.

— Яд-бен-ото! — пробормотал он. — Верно, ты не ваз-дон и не хо-дон, как верно и то, что у Яд-бен-ото нет хвоста. Пошли, — добавил он, — отведу тебя к тому, кого называют Ко-таном, ибо дело это непростое, и рядовой воин не вправе в него вмешиваться. За мной!

Не снимая руки с рукоятки ножа и не спуская изумленного взгляда с Тарзана, он повел пришельца по А-луру.

Город раскинулся на большой территории. Одни дома стояли кучно, иные находились на большом расстоянии друг от друга. Воины и женщины, встречавшиеся на пути, проявляли изрядное любопытство, но не пытались угрожать ему, когда узнавали, что незнакомца ведут во дворец.

Наконец они подошли к большому скоплению зданий, фасады которых выходили на обширное голубое озеро и были, судя по всему, сработаны из натурального камня. Вокруг группы домов шла довольно высокая стена, выше всех, которые встретились Тарзану по дороге сюда. Его проводник провел его к воротам, которые охранялись десятком воинов. Те тоже были удивлены.

— Кто ты и что тебе нужно от короля? — спросил он.

— Я друг, — ответил человек-обезьяна. — Прибыл из страны Яд-бен-ото, чтобы повидаться с Ко-таном из страны Пал-ул-дона.

Слова Тарзана произвели сильное впечатление на предводителя и его свиту. Воины стали возбужденно перешептываться.

Рассказав о Тарзане, воин провел его во дворцовый двор, где они пробыли до тех пор, пока один из воинов не вошел во дворец, очевидно, для того, чтобы сообщить новость Ко-тану. Через несколько минут воин вернулся в сопровождении других. Все они с любопытством разглядывали Тарзана. Предводитель группы остановился перед незнакомцем.

— Как ты пришел сюда? — спросил предводитель. — И что ты хочешь от Ко-тана?

Тарзан расправил плечи и с величавым видом произнес:

— Довольно! Разве с посланцем Яд-бен-ото приличествует обращаться, словно с бродячим ваз-доном? Немедленно отведите меня к королю, иначе на вас обрушится гнев Яд-бен-ото!