Линия Огня - Злолотце Алсана - Страница 38

– И вы… И ты пошла на это?! Ты же могла погибнуть!

– Велен, если моя смерть спасет мир, я буду счастлива. Да, я буду цепляться за жизнь изо всех сил, но… Нельзя мыслить так узко, когда говоришь о мире. Хотя тебе не понять, ты ведь человек.

– Да, человек… - он задумался, до боли закусывая губу. - Человек…

– Ты многого не понимаешь, не можешь понять, в этом нет твоей вины, но тебе стоит запомнить, что хранительницы - очень жестокая раса. Тебя обучат, тебе дадут возможность раскрыться, тебе всегда будет, куда вернуться, но есть вещи, с которыми ты должен справиться самостоятельно.

– То есть, в одиночку?

– Да, - ответила Таисс, и голос сорвался.

"И это так же больно, как первая трансформация".

Какое-то время Велен молчал, а потом заявил, на едином выдохе, словно боялся, что девушка его перебьет.

– Я ведь нашел тебя. И всегда найду. Я всегда буду рядом, обещаю.

– Я ненавижу слово "всегда". От него веет смертью…

Разговор закончился. Не оборвался, но подошел к своему логическому завершению. Девушка согрелась и задремала, а маг долго сидел, не шевелясь, и смотрел на огонь. Как же все глупо получается в его жизни, как неловко…

Потом он все-таки аккуратно переложил дриаду на заранее расстеленное одеяло и сам растянулся во весь рост, закинув руки за голову.

Монастырь Рысьего Сердца или, правильнее, Kroh Tashel"la Verta за свою долгую историю повидал всякое. Здесь вершились судьбы отдельных стран и целого мира. Здесь разворачивались настоящие драмы, прятались от родительского гнева несчастные влюбленные, рождались герои, имена которых горели на небесных скрижалях, умирали… Поколения за поколениями проходили здесь адептки-хранительницы: Зоркие, Провидицы, Целительницы, боевые ведьмы. Одно время здесь обучали даже человеческих девушек, правда, недолго. Многие приходили, забывая о своем титуле, расе, положении в обществе. Приходили в храм, находящийся в самом сердце цитадели, приходили, чтобы молить Высоких о милости, защите, ребенке… Приходили любоваться. Даже самые яростные скептики отмечали, что монастырь, его храм, внутренний дворик, пять башен-корпусов, соединенные галереями так, что образовывали пентакль, все это - настоящее произведение искусства.

Главный корпус, к дверям которого подходила единственная широкая дорога, предназначался для Матери-Настоятельницы, мэтресс и Старших сестер, входящих в Большой Совет. Первый этаж занимал огромный холл, стены которого были увешаны портретами выдающихся личностей.

Отряд шел мимо картин, Таисс почти не обращала на них внимания, лишь возле одной слегка замедлила шаг, на мгновение сжав кулаки.

– Это она, - шепотом сказал Лэо идущему рядом магу, кивая на портрет. - Иссилена.

Мать Таисс? Красавица… Велен искоса глянул на девушку, отыскивая схожие черты. Их было много. Вот только глаза у матери оказались гораздо светлее, а волосы навевали мысли о спелых каштанах.

– Как я тебя понимаю… - так же шепотом вынес вердикт маг.

Менестрель хитро прищурился.

– Может быть, может быть… Но Иссилена была Провидицей, а не ведьмой.

Велен ничего не ответил. Разговаривать не хотелось, хотелось просто идти вперед, жмурясь, когда солнечные лучи попадали в глаза, и рассматривать красоту вокруг. Здесь все было наполнено солнцем, оно заглядывало в дюжины высоких стрельчатых окон, пронизывая стены легким, невесомым золотом. Теплое дерево под ногами - не наборный рисунок, цельная плита, изрисованная красноватыми жилками и зеленоватыми разводами. А белоснежный потолок, казалось, находился выше неба.

Дриада, ведущая их, остановилась на верхней площадке лестницы, что-то тихо спросила у Таисс, кивнула, выслушав ответ, и свернула в широкий коридор.

– Сейчас вас представят Матери-Настоятельнице, - пояснил Лэо.

– Вас?

– Ну, меня-то она знает. Или ты думал, что я за свою долгую и интересную жизнь ни разу не наведался сюда? - эльф улыбнулся каким-то своим мыслям. Явно вспоминал предыдущий визит. Неужели девушкам разрешено принимать посетителей и даже оставлять их на ночь? Хотя кто сказал, что должна быть обязательно ночь…

Боги, что за глупые, дурацкие мысли! Думать бы сейчас о судьбе мира о том, как должно поступить в этой ситуации, а он… А он думать ни о чем другом не может, когда перед глазами тонкая спина, просвечивающаяся сквозь белый шелк. Пусть пребывают в свете те, кто ввел среди магов моду на белые рубашки. Или пусть будут прокляты? Ведь упади сейчас сверху какое-нибудь из небес, хоть седьмое, в купе со всеми упокоенными сущностями великих личностей, он бы все равно думал только о том, как…

Велен споткнулся и чуть не снес шедшего впереди ласкайла. Ло-эль возмущенно шикнул, вспоминая демонов. Перед ними была дверь кабинета Матери-Настоятельницы. Маг усмехнулся про себя, вспомнив, как сам через несколько лет после окончания курса у друидов стоял перед дверью Первого Дира и не мог справиться с противно трясущимися коленками. Тот, кто учился в монастыре навсегда остается адептом, вряд ли Таисс сейчас абсолютно спокойна.

И все-таки она почти не задержала шаг, поворачивая дверную ручку. Нужно отдать девушке должное: не боится только дурак, и только трус не пытается бороться со страхом.

Велен с интересом огляделся. Мать-Настоятельница, сидящая через стол от них, не сильно отличалась от Мудрейших, но все же, все же… В первую очередь - глаза. Во вторую - манеры. Дриада была боевой ведьмой от кончиков ресниц до последней мышцы, это сквозило в движениях пальцев, в повороте головы, в том, как быстро Настоятельница оценила потенциальную Силу вошедших. Мага слегка передернуло: она была очень достойной противницей, и Велен не хотел бы столкнуться с ней когда-нибудь.

Интересно, как Настоятельница относилась к своим подопечным? Как любящая мама или жесткая мачеха? Вряд ли второе, но все же, все же…

– Да хранят вас Высокие!

Ох, ну и голосок! Таким только врагов и очаровывать! Никакой опасности, ни капли, ни вдоха! Даже Таисс говорила не так мягко, а уж когда начинала злиться…

– Высокие хранят Ардару, - ответила Таисс. Видимо, некий ритуал, распространенный в узком кругу. В Академии тоже есть подобный. - Высокие и Великая Рысь, а я коготь ее, острый и верный.

– Ты дома, милая, - Настоятельница улыбнулась. - Что привело тебя?

– Вопросы, - Таисс улыбнулась в ответ.

– Ты никогда не изменишься! Лучше бы ты приехала с ответами!

– Это было бы неинтересно. Я хочу представить вам моих друзей. Они с утра в седле и очень хотят есть, а к моим вопросам не имеют почти никакого отношения. Было бы кощунством держать их здесь.

Настоятельница кивнула, поднимаясь со своего места, и обходя стол. Таисс сделала шаг в сторону.

– Онарион…

Велен не слышал, что ведьма говорила дальше. Он случайно поднял взгляд и увидел: Настоятельница смотрит на него и только на него, словно ей нет никакого дела до того, что в этой комнате находится еще кто-то. Дриада смотрела так, как будто знала его прошлое, настоящее и будущее и ни в первом, ни во втором, ни в третьем не было ничего хорошего. Нет, ничего особенно плохого там тоже не было… Там ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ БЫЛО. А он был, стоял посреди кабинета и сжимал в кулаки вспотевшие ладони, жалея, что оружие пришлось сложить на входе. Он не собирался убивать, но рукоять меча в руке всегда действовало лучше любых успокоительных настоек.

– Так значит это ты…

Маг едва не вздрогнул. Вот так вот задумываешься - и пропускаешь все на свете. Настоятельница подошла почти вплотную, и теперь нужно было что-то сказать в ответ, но слова намертво застряли в горле.

– Если честно, я не думала, что ты окажешься таким…

"Сопляком", - подумалось Велену.

– …юным.

О, почти угадал! Впрочем, это было не трудно. Удивление по поводу его неоправданно юного вида высказывал каждый третий.

– Мы поговорим с тобой. Завтра. Я понимаю, это немного не честно, но позволь старой женщине маленькую слабость, хорошо?