Лесные твари - Плеханов Андрей Вячеславович - Страница 8

– А что, по-вашему, человеческие трупы приятнее? Или вы привыкли к ним?

– Я ко всему привык, – прогнусавил эксперт. – Полюбуйтесь-ка на его физиономию. Крокодил по сравнению с ним – беззубый червяк!

Он взялся за замок и решительно вжикнул молнией, располовинив пакет сверху донизу.

И монстры с визгом набросились на Демида со всех сторон.

Белые бестии, мелькающие в темноте, как молнии. Живые зубастые молнии. Слишком быстрые, чтобы рассмотреть как следует строение их узких жилистых тел. Меч взметнулся в воздух – сам, едва не вырвав руку Демида из плеча. Меч тонко вибрировал, пел песню воина, истосковавшегося по крови. Он отсекал головы тварей на лету, он вонзался в их зловонные глотки, он погружался по рукоять в их животы и вспарывал их, выпуская фонтаны дымящейся крови. Он стосковался по крови, этот живой меч, он наслаждался ею, он пил ее. Демид чувствовал, как сила уходит из него, но что он мог сделать? Рукоять Шанцина прикипела к его ладони. Он был в плену – и выбирать приходилось между пленом и смертью…

– Стоять!!! – Антонов едва успел схватить за руки Демида и оттащить от стола. – Ты что, озверел? Что с тобой?

Демид тупо хрипел и вырывался из захвата майора. Он был сильнее майора в десятки раз, он мог убить его одним ударом. Но Демид даже не знал, что его держат. Он рвался туда, к столу, он тянулся скрюченными пальцами к тому месиву, что недавно еще было Королем Крыс.

Майор изловчился, перехватил Демида поперек живота, и свободной рукой содрал с него маску. А потом вцепился в волосы Демида и хрястнул его затылком об стену.

Мутные глаза Демида потемнели и тело его обмякло.

– Ну, Демид Петрович, вы даете!

Резиновое рыло эксперта Антонова задрожало в глазах Демида и постепенно приобрело достаточную отчетливость. Дема помотал головой. Чувствовал он себя преотвратно.

– Ч-черт… – Дема провел рукой по затылку и на пальцах его осталась кровь. – Я что, головой ударился?

– Это я вас приложил, – объяснило рыло. – Извините, что так пришлось. Тут аппаратура всякая, сами понимаете. Материальные ценности. А вы – парень здоровенный…

– Понимаю…

Дема поднялся на ноги. Ничего. Даже не шатало его.

«Что это было?»

ты помнишь

– Что это было?

– С вами? Это вас лучше спросить. Аффект – вот как это называется. Кратковременная сильная эмоция с полной потерей самоконтроля. Я думал, вы сожрать хотите эту падаль! Извините. Часто такое с вами бывает?

– Нет, в первый раз.

было конечно было

– Помните хоть что-нибудь?

– Ничего. Как в яму провалился.

помнишь все ты помнишь схватка на поляне неплохо повеселились тогда

«Deja vue, – вот как это называется. Дежа! Вю!»

– Извините, – сказал Демид. – У меня черепушка не совсем в порядке.

– Знаю, знаю. Полтора года назад – огнестрельное ранение головы, неделя в реанимации. Семь месяцев назад – энцефалит неясного генеза, ретроградная амнезия, полное выпадение памяти. Две недели в реанимации, шесть недель в реабилитационном отделении. Судно, костыли, темные очки, головные боли. Вы меня, конечно, не помните. А ведь я в больницу к вам тогда приходил, интересовался.

– Чем?

– Многое неясно в вашей истории. Вас непосредственно ни в чем не обвиняли, но как-то уж очень много вас было, Демид Петрович Коробов. Везде вы умудрились оставить свои следы. А особенно – в делах о создании тоталитарной религиозной секты «Армия Добра» и убийстве уголовного авторитета Кротова. Но вы как-то удачно умудрились все забыть. Все начисто. В качестве свидетеля вы оказались абсолютно непригодны. Как и ваша… м-м… сожительница. Елена Прохорова. Обидно. Теперь прошло некоторое время. Позвольте поинтересоваться, вы так ничего и не вспомнили?

«Надеюсь, что нет. А если и вспомню, то постараюсь забыть. Я не хочу помнить ничего этого. Ничего».

– Нет. – Дема улыбнулся. – Не помню я никакой «Армии Добра». То есть, конечно, я читал о ней, весьма занятно. Но вот, чтобы лично сталкиваться самому? Такого не припомню.

– Ладно. – Эксперт махнул рукой. – День уже, считайте, пропал. Я вспотел в этом резиновом футляре, хоть выжимай. Раздеваемся, и на сегодня хватит. Без медицинского освидетельствования я вас больше в эту комнату не пущу.

– Нет уж! – Демид решительно направился к столу. – Вы не переживайте за меня, Валерий Федорович. Я в полном порядке! Давайте все-таки займемся нашей зверушкой.

– Ну, как знаете…

Майор, конечно, нарушал все инструкции. Но его грызло нетерпение. Его распирало любопытство. Он хотел разобраться – что же все-таки лежит в этом черном пакете. Он вел себя неправильно, этот эксперт неизвестно по каким вопросам, и этим нравился Демиду. Не любил Дема людей, свято соблюдающих все установленные правила.

«Рискуешь, майор Антонов. Привел сюда, в секретную лабораторию подозрительного типа с криминальным прошлым и неконтролируемым поведением. Тебе бы нужно прихватить с собой парочку молодцов в форме, чтобы они подпирали стенку и мрачно зыркали, не собираюсь ли я учудить чего-нибудь недозволенного. Нужно взять с меня подписку о неразглашении, о невыезде и отказе от всяческих претензий. А лучше – запереть меня на недельку где-нибудь здесь, по соседству с выпотрошенными людьми, обеспечить специальной литературой, аппаратурой и кагором для успешной работы. Но ты не сделал этого, майор. И я поступил бы точно так же».

Дема натянул респиратор и направился к столу. Морда, торчащая из разинутой пасти черного пластика, выглядела весьма недружелюбно. Пуля попала Королю Крыс прямо в лоб и разворотила череп. Но все остальное сохранилось довольно неплохо. Круглые безволосые ушки – в прошлом, наверное, розовые, а теперь покрытые пятнистой трупной синевой. Маленькие глаза желтого цвета с вертикальными зрачками. И огромные квадратные челюсти, зубы из которых торчали во все стороны.

– Невероятно! – Демид полез пятерней в затылок, забыв, что на нем – толстенная перчатка. – Быть такого не может!

– Чего именно?

– Зубов таких быть не может! Вы уверены, что это не мистификация? Может быть, это чучело украли из киностудии?

– Почему это? – майор обиделся. – Чем это вас его зубы не устраивают? Его это зубки. На всех, извиняюсь, останках его жертв следы именно такие. Это уже отработано – экспертиза, методика не нами придумана.

– Вы знаете, что такое зубы? – Дема повернулся к собеседнику. – зубы – это визитная карточка любого вида животных. Любого отряда, класса и так далее. Можно пришить к телу орангутанга хвост муравьеда, крылья орла, голову негра из племени хуту и выдавать все это за летающего мутанта-вампира из нью-йоркской подземки. Но зубы подделать нельзя, они расскажут о себе все.

– И что же говорят вам эти зубы?

– Они говорят: «Дема, открой глаза, чихни и проснись. И больше не пей водки на ночь». Потому что таких зубов в природе существовать не может.

– Гражданин Коробов! – терпение майора, похоже, лопнуло. – Вы хоть понимаете, что все, что вы сейчас тут говорите, записывается? На видеопленку! Потому что является официальным документом, актом экспертизы! Я вас пригласил как известного высококвалифицированного специалиста. Я рекомендовал вас, бегал по начальству и пробивал вашу кандидатуру. Я за вас ручался! А вы тут несете всякую чушь! Какое мне дело, водку вы на ночь пьете, или кефир? Какое мне дело до того, могут существовать такие зубы или нет? Они есть, и ваше дело – вскрыть это животное! Шуточки оставьте на завтра.

– Какие уж там шуточки, – Демид повернулся к камере – он хотел, чтобы все это осталось в записи. Хотя, какой в том прок? Все это будет похоронено в архивах, засунуто в чертовы ящики, завалено тоннами пыльной канцелярской макулатуры. "Как бы украсть это чудо природы, этого Короля Крыс? Он ведь не нужен вам, он нужен мне! Кто-то сделал его, а значит, и я могу сделать такое. Я хочу научиться этому!"