Перезагрузка - Плеханов Андрей Вячеславович - Страница 11

– Что, Стив?

– Вот, почитай, – он сунул ей в руки пачку листов.

Буковки прыгали перед глазами Милены, и, кажется, даже двоились. Она не могла не то что понять – поверить в то, что видела. Организуется проект такой-то… Спонсоры проекта такие-то сякие-то… Выделенная общая сумма столько-то миллионов долларов, подробная финансовая смета в приложении номер два… Состав творческой группы – в приложении номер пять с бубликом… Чертовщина какая-то, зачем ей все это?

– Стив, что это такое?

– Вот, – Стив ткнул пальцем в одну из строчек. – Для тебя это – самое главное. А все остальное вытекает из этого.

"Руководитель проекта – Серебрякова Людмила Евгеньевна", – было написано там.

О БОЖЕ!!!

Это она, Милена. Как-то она уже и подзабыла, что на самом деле она Людмила Евгеньевна. Нет, это что-то совсем непонятное.

– Руководитель проекта – это что значит? – спросила она.

– Ты сейчас начнешь всё собирать, – Стив сделал загребывающее движение руками.

– Что – всё?

– Ну… всё – это всё. Обычно делается не так – сначала пишется сценарий, заключаются договоры, назначается бизнес-директор. Но на этот раз проект делается быстро, Глен хочет, чтобы никто не перехватил у нас эту тему. Поэтому сейчас выделена небольшая сумма как аванс…

– Четыре миллиона баксов – небольшая сумма? – Мила вытаращила глаза.

– Небольшая, – заверил Стив. – Только на то, чтобы начать быструю подготовку проекта. И ты за эти деньги отвечаешь. Сейчас ты поедешь в наш банк, тебя там уже ждут. Тебе там скажут, как все правильно оформить. А когда все сделаешь, начинай писать сценарий…

– Нет, подожди! – Милена затрясла головой. – Я не хочу отвечать ни за какие миллионы долларов – не умею, не мое это дело. Я там все напутаю!

– А что же твое дело?

– Кино снимать!

– Успокойся. – Стив улыбнулся. – Пройдет три-четыре дня, и все станет как обычно. Появится директор, он возьмет все финансы на себя. Это все формальности, понимаешь? Но их нужно сделать быстро. Ничего сложного в этом нет. Сейчас ты поедешь в банк…

– Ты в этом что-нибудь соображаешь? – перебила его Мила.

– Соображаю.

– Может, ты это и сделаешь? Ну, Стивчик?

– Если бы я был назначен руководителем проекта – сделал бы, – сказал Стив, некоторая зависть читалась в его голосе. – Но повезло не мне, а тебе, Милена. Тебе очень повезло, а ты этого не понимаешь, глупая девушка. Ты всегда стараешься поставить все с ног на голову. Не будь такой глупой. Поезжай в банк и сделай все, что нужно.

– Ладно, поеду, – вздохнула Милена.

До сценария в этот день Милена так и не добралась. Весь день проездила между банком и телецентром – слава Богу, машину с шофером ей дали. Конечно, сделать все можно было и за полчаса – встретили ее вежливо, с улыбками, угостили кофе, дали какие-то бумаги на подпись. Мила начала читать их. После часа чтения и полусотни вопросов, заданных Миленой банковским служащим, ей намекнули, что ничего особенного здесь нет, что все оформлено в соответствии со стандартом, что репутация у банка непререкаемая, и единственное, что нужно сделать – поставить изящную загогулину, называемую подписью. Милена упорствовала в желании разобраться, и еще через полчаса запуталась в документах насмерть. Она извинилась и поехала в телецентр. Произошло непродолжительное, но громкое препирательство со Стивом, после которого Милена появилась в банковском офисе в сопровождении господина Маккристоферсона. Стив сунул нос в бумажки, потратил на их осмотр пять минут и сказал: "Все в порядке, подписывайте, Людмила Евгеньевна". Последнее сочетание из двух слов окончательно вывело Милену из себя, она с извинительной улыбкой попросила пару минут "перекурить", выволокла бедного Стива в какой-то закуток и набросилась на него как взбесившаяся фурия. Видимо, флегматичного Стива допекло, потому что он снова назвал Милену сволочью и посоветовал ей "идти на хрен". После чего спустился по лестнице и покинул банк. К тому времени, когда Милена кое-как привела себя в порядок в туалете и вернулась в офис, замдиректора банка уже успел позвонить в Москву Глену Кирби и осведомиться, не произошло ли непреднамеренной ошибки, и точно ли господин Кирби желает видеть в качестве руководителя проекта именно госпожу Серебрякову, которая, без сомнения, замечательная ведущая шоу, но, возможно, несколько неопытна в финансовых делах… Кирби сказал: "Только она. Уламывайте ее, как хотите". Поэтому после очередной чашки кофе в кабинете возникла дама пышных форм лет шестидесяти, выглядящая, впрочем, вполне цветуще – известная всем бизнесменам Нижнего Надежда Васильевна. Она приподняла очки, ласково поглядела на встрепанную Милену и произнесла: "Ну, милочка, какие у вас проблемы? Сейчас я вам все объясню".

Через час Милена сдалась. Когда она ставила подписи, собравшиеся вокруг клерки с трудом сдерживались, чтобы не захлопать в ладоши. В воздухе пахло валерьянкой.

"Нет, вы не подумайте, что такая стерва, – оправдывалась потом перед Надеждой Васильевной Милена. – Я просто ничего не соображаю в этом. Мне нужно было разобраться в этом, понимаете?" "Понимаю, милочка, – ласково отвечала Надежда Васильевна. – Конечно, понимаю".

На готовку ужина сил не хватило. Да и не хотелось есть – после черт знает скольких чашек крепкого кофе сердце Милы стучало как испорченный метроном, а во рту поселился металлический привкус, не выводимый никакими ментоловыми пастилками. Она выпила полбутылки пива, повалялась на кровати, попыталась смотреть телевизор, читать книгу… Бесполезно. Все не то.

Мила подошла к компьютеру и вяло ткнула пальцем в клавишу. Компьютер включился. Почту, только посмотреть почту… Потом – принять снотворное и баиньки. Жаль, что водки выпить нельзя – не сочетается она со снотворным. А так бы грамм пятьдесят не помешало… Игорь в такой ситуации тяпнул бы пару стаканов. А потом валялся бы пьяно на своей половине дивана, похрапывал в стенку, дыша перегаром. Славный бухой Игорь.

Писем в официальном ящике уже полтонны, сетевой администратор ругается. Ладно, стираем все разом, нечего там читать. А вот и наш интимный e-mail box. Где тут принц Англии? Он же принц Датский. "To be or not to be" – вот в чем проблема. А также "Что делать?" и "Кто виноват?" Ну, кто виноват, это понятно. Конь в пальто. Ничего в боксе нет, принц нашел себе другую. Свадьба отменяется…

Экран моргнул и озарился синим цветом – настолько ярким, что закололо в глазах. Потом стал ослепительно-белым… Снова синим… Синие и белые вспышки чередовались в неупорядоченном, кажущемся хаотическим ритме. Рука Милены панически дернулась, попыталась щелкнуть клавишей мыши. Не получилось – пальцы не слушались ее. Закрыть глаза, скорее! Веки не опускались – словно спичками их подперли. Вот, значит, как это бывает… Сколько за нее запросят? Те миллионы, что лежат сейчас на новом счету? Миллионы… Пусть они там и останутся, а она останется здесь… Бездумный сладкий туман вползал в голову, растворял в себе мысли и желания. Это хорошо… Это сон… лучше, чем сон…

Она стояла в полумраке теплой душноватой пещеры. Свет, идущий из неровного проема, обрисовывал барельефы, вытесанные в камне стен – могучие воины, диковинные животные, таинственные знаки. Вода тихо журчала, струясь под ногами. Милена сонно потянулась, оглянулась. Позади мрак, впереди свет. Куда идти? Во мраке ничего интересного. Она пойдет вперед – туда, где ее ждут.

Она шла по долине – полупустынной, выжженной ярким солнцем, поросшей кое-где колючим кустарником. Ее обнаженная кожа не чувствовала горячих лучей, босые ноги безболезненно ступали по острым камням и высохшей потрескавшейся глине. На ней не было одежды, но она не стеснялась этого. Тот, кто ждал ее, стоял неподвижно, расставив ноги и сложив руки на груди. Высокие кожаные сапоги, броня, прилегающая к телу и состоящая из бронзовых чешуй, нашитых на рубаху. Железный шлем полностью закрывал лицо.