Перезагрузка - Плеханов Андрей Вячеславович - Страница 7

Телесуфлер продолжал тупо произносить то, что забито в его память. Пока никаких реплик от Стива. Он что, не видит, что она полностью похерила представленный ему текст? Обалдел, сидит с открытым ртом и не знает, что ему делать? Очень даже вероятно. Впрочем, даже если он консультируется сейчас с Москвой, у нее еще достаточно времени. Никакой выпускающий редактор, даже самый крутой, не посмеет вырубить прямой эфир без приказа вышестоящего начальника. А то и нескольких начальников. Отлично. Вперед!

– Подождите, Милена! – Мужчина в третьем ряду поднял руку – борода, длинные всклокоченные волосы, неплохой черный костюм, белая рубашка и бабочка на шее. Экстравагантный тип. – Можно мне возразить?

– Пожалуйста! – Милена обрадовалась тому, что начинается дискуссия. Она не хотела бы, чтобы сегодняшнее шоу выглядело как чрезвычайное происшествие, чтобы полностью нарушились каноны жанра. Быстрые шаги по сцене, микрофон под нос бородатому. – Говорите, мы слушаем!

– То, что вы сказали, это глупость! Вернее, это не глупость, но это не новое! Все это старое! Об этом писали уже сто раз! – Мужчина нервничал, брызгал слюной. – Вы, конечно, думаете, что открыли Америку, когда говорите, что сети открыты для преступников. Так вот, вы открыли велосипед! Во всем мире давно применяются надежные системы защиты. Любой сигнал, который приходит на ваш персональный компьютер, уже много раз обработан – он прошел через фильтры, разложен на части, проверен на предмет опасных составляющих и собран снова…

– Это касается прежде всего кабельной связи Интернета, – холодно заметила Милена. – А я говорю о Радионете. Кто может дать гарантию, что сигнал, пойманный вашей домашней станцией, не направлен преступником в обход всех центральных серверов, и что он не содержит разрушительные вирусы или еще что похуже?

– Да как же вы не понимаете, что это одно и то же? – заорал бородатый. – Не все ли равно, кабель или радиоволны? Все защитные системы встроены в ваш компьютер. А если они наткнутся на что-либо подозрительное, тут же отправят это для анализа на главный сервер, чтоб он все перепроверил. Это займет долю секунды, вы этой задержки даже не заметите. Извините, Милена… – мужчина извлек из кармана платок, промокнул вспотевший лоб. – Мне не стоило так горячиться. Вопрос действительно простой, только вот начинаешь раздражаться, когда он поднимается уже в тысячный раз.

– Представьтесь, пожалуйста.

– Владимир Фирсов, рекламный агент предприятия "Нижегородские информационные ресурсы".

Ага, вот оно что. Наверное, его сильно достают такими вопросами. Бедняга. Ладно, Владимир, держись. Сунулся в роль оппонента – на тебе и отыграюсь. По полной программе.

– Компьютерные вирусы – это, в сущности, не так страшно, – сказала Милена. – Если даже какой-то из них, несмотря на гарантию, данную нам только что господином Фирсовым, сумеет прорваться в вашу систему и что-нибудь там испортить, к вам немедленно придет мастер и все наладит, причем бесплатно. А вот что вы скажете, уважаемый Владимир, о возможности воздействия через сети на нервную систему человека? О том, что его можно оглушить специальным сигналом? И не просто оглушить, а превратить в бесчувственное тело, лишенное всякой разумной деятельности?

Оживление прокатилось по залу волной рокота. Руки потянулись вверх, кто-то в противоположном секторе даже встал, пытаясь обратить на себя внимание. Обойдется, потерпит. Все равно он не скажет ничего такого, чего не знает Милена. Сегодня будет говорить она. Сегодня ее день.

– Ну, это уже что-то из области фантастики, – промямлил Фирсов. – Где-то писалось о том, что, якобы, уже создано что-то такое психотронное… Но ведь все равно защита это не пропустит, на то она и защита…

– Пять подростков! – Милена подняла вверх руку с растопыренными пальцами. – Пять! Именно такое количество детей подверглось за последний месяц атаке через Интернет, а точнее, через домашние станции вайднет-баттлов. И все эти случаи произошли здесь, в Нижнем Новгороде. Какого-то рода воздействие в считанные секунды погрузило их в глубокую кому. Но вы даже представить себе не можете, что произошло дальше…

"Милена, прекрати немедленно! – завопил голос в наушнике, заглушив суфлера. – Что ты несешь? Прекрати говорить глупости и вернись к правильному сценарию шоу! Иначе у тебя будут большие неприятности!"

Ага. Стив. Прорезался-таки. Прощай, Стив. Ты хороший парень, но… извини.

Милена уцепила пальцами микродинамик, вытащила его из уха и положила в карман.

– А дальше произошло вот что, – продолжила она. – Родителям этих несчастных детей позвонили некие люди, и сообщили, что, во-первых, это они ввели ребенка в кому особым, никому не известным способом, который они называют "кодированием". Во-вторых, они потребовали внести огромный выкуп за то, что раскодируют ребенка. В-третьих, они не требовали соблюдать в этом деле секретности. Они не боятся привлечения к этому делу милиции. Похоже, что они не боятся никого и ничего.

– Это что, дешевая сенсация? – спросил Фирсов, глядя на Милену изрядно выпученными глазами.

– Это сенсация. Только, к сожалению, не дешевая. Она очень дорого обошлась родителям трех детей, которые внесли выкуп. Но еще дороже – тем двум подросткам, за которых выкуп не внесли. Они погибли. Умерли, не приходя в сознание, через пять дней после нападения.

Дверца в стене – боковая, не видная зрителям, приоткрылась. И там появился Стив – разноцветный, покрытый от волнения белыми и красными пятнами. Крестообразный знак, который он яростно изображал руками, был понятен любому телевизионщику. Тушите, мол, свет, сливайте воду. Причем, адресован этот знак был прежде всего оператору. Милена оглянулась через плечо на Гришу. Гриша невозмутимо управлялся со своими камерами, скользящими по всему залу, искал наиболее выгодный ракурс. Снятые его наушники валялись на пульте. Видать, его тоже достали воплями в ухо. Молодец, Гриша. Впрочем, чего ему терять? Так или иначе его выгонят – не сейчас, так через пару недель. За пьянство, несовместимое с американским образом жизни. Но все равно – молодец. Приятно чувствовать поддержку.

Пока Милена оглядывалась, проводила рекогносцировку, в обстановке произошли изменения. Микрофоном завладел дяденька лет сорока пяти, весьма сурового вида, с квадратной челюстью и обветренным лицом. Он не поленился прогуляться – пришел собственными ногами из противоположного сектора.

– Я – сотрудник МВД Нижегородской области, – сказал он. – Должность и звание называть не буду. Фамилию – тоже, ни к чему это. Зовут меня Евгений Петрович. Я хотел бы узнать, на основании каких фактов вы сейчас тут рассказываете все это. Вот, к примеру, я не знаю ничего такого. А если бы такое произошло в самом деле, я бы уже давно это знал. По долгу службы. Прошу уточнить…

– Скоро узнаете, – заверила его Милена. – Я думаю, уже сегодня вечером об этом будет говорить весь город, и не только город – вся страна.

– И не только страна, – ехидно встрял бородатый Фирсов, – но и весь мир! Вся галактика! Вот из-за таких, извиняюсь, журналюг, которые высасывают сенсации из пальца…

Милена нажала на кнопочку и его микрофон замолчал.

– Мне рассказала об этом моя знакомая, – сказала Милена. – Это мама четырнадцатилетнего мальчика. Того самого, которого вывели из комы последним. Это случилось всего лишь десять дней назад. Для него все закончилось благополучно, насколько вообще может быть благополучным исход такой ужасной истории. Он до сих пор заикается и неуверенно двигается, не спит по ночам. Но, слава Богу, он остался жив. А вот мама его находится в страшной тревоге. Само собой, она удалила из дома игровую станцию вайднет-баттла. А потом она попыталась отключить от Радионета домашний компьютер, заставить его работать в автономном режиме. Разумеется, у нее ничего не получилось, и в конце концов она просто выключила его. Тут же к ней пожаловали представители фирмы и настойчиво попытались убедить ее, что компьютер должен работать все время. Она отказалась. Агенты фирмы продолжают осаждать ее, но пока она держится. Кстати, вся ее домашняя техника прекрасно работает без подключения к Интернету. И, самое главное! – Милена снова подняла руку, призывая к терпению телезрителей, гудящих, как рой растревоженных пчел. – Самое важное! Мама этого мальчика никак не может понять, почему о случаях электронного нападения на детей до сих пор так никто и не знает. Она попросила меня выступить в открытом эфире. Я полностью согласна с ней – и нашим детям, и всем нам грозит большая опасность! И опасность эта заключается в чрезмерном контроле нашей жизни сетевыми технологиями! К сожалению, совершенствуются не только системы защиты, но и способы преодоления этой защиты! То, с чем мы столкнулись сейчас – это новый вид преступности, основанный на воздействии на человеческую психику при помощи Интернета! Я думаю, российскому Управлению внутренних дел стоит предать гласности все случаи подобных преступлений и позаботиться об предотвращении подобного в дальнейшем!