Огненный шторм - Янковский Дмитрий Валентинович - Страница 117

– «Шип-1», готов к старту, – я активировал антигравы и включил радиосвязь. – Построиться клином.

Судя по приборам, все было в порядке. Другие машины уже ждали приказа, покачиваясь на антигравитационных волнах. Я положил руку на рычаг тяги.

– Вперед!

Уши заполнил рев двигателей, и перегрузка вдавила тело в кресло. Мимо машины с бешеной скоростью проносился пейзаж.

Я набрал высоту в десять метров и снизил скорость до 210 км/ч. Радар зловеще замигал.

– Говорит первый. У меня на радаре шесть вражеских антигравитационных мотоциклов. Разойтись и уничтожить их, ребята!

– Говорит третий, – послышался голос Потапова. – Сейчас повеселимся!

Строй машин рассыпался. Кто-то ушел на большую высоту, кто-то прибавил скорость.

– Стрелки, цель – головной мотоцикл.

Скорость на максимум. В зоне видимости показался противник. Я взял левее, и правый лазер взорвался огнем. В считаные секунды мотоцикл разлетелся на части.

– Перехожу в преследование, цели выбирать самостоятельно!

Резким поворотом штурвала я развернул машину и помчался вслед мотоциклам. Обе пушки работали вовсю, и через несколько секунд загорелась еще одна машина противника. Другие экипажи разделались с остальными.

– Ну, как мы их, а? – ворвался в наушники голос Потапова.

– Не расслабляться, это только разминка!

– Говорит Второй, – судя по голосу, Сойкин был спокоен. – У меня девять патрульных машин фобосианцев.

– Вот это уже покруче! – отозвался Потапов. – Беру двоих первых.

Бело-зеленые патрульные машины вынырнули сбоку. Это были серьезные противники. Их пятиствольные скорострельные пушки могли доставить нам массу неприятностей. «Шип» Потапова произвел маневр перед самым носом приближающихся врагов, и одна машина сразу же загорелась.

– Второй, это Четвертый, прекратить огонь! – голос Кирьяковой срывался. – Сойкин, смотри, куда палишь, мать твою!

– Извини, Аня, – боец смутился.

Перед носом моей машины пролетел «Шип» Кирьяковой. От левой турбины валил синий дым. Это было настолько плохо, что поначалу я даже не успел сообразить насколько. Синий дым могла давать только охлаждающая жидкость, находящаяся между внутренним и внешним кожухами антигравов. Дымить жидкость начинала при контакте с воздухом. А если дым выходил через сопла, то повреждение находилось очень близко к раскаленным деталям двигателя. Таким образом, пожароопасный охладитель мог вспыхнуть в любую секунду, а даже небольшие количества этой горящей жидкости могли вызвать смерть при попадании на кожу. Опасность заключалась в том, что продукты ее горения быстро разносились кровью по организму и были очень токсичны.

– Сажай машину, Кирьякова! Сейчас все вспыхнет!

– Да знаю я!

Девушка пошла на снижение, и машина сильно ударилась о землю. Что произошло дальше, мне увидеть не удалось.

Я вдруг заметил две машины, летящие прямо на меня. Мой «Шип» снизился до одного метра, и они проскочили мимо. Одна из них тут же загорелась. Развернув машину, я пошел вдогонку за второй.

– Кирьякова, ты жива?

– Все нормально, – тут же отозвалась девушка. – Мы целы, только машина накрылась.

– Ничего страшного. Приготовьте оружие и спрячьтесь где-нибудь, – я только успел это сказать, как почувствовал, что машина затряслась от попаданий снарядов.

– Слева, командир! – крикнул Семенов.

– Понял! – я ушел с линии огня и предоставил бойцу возможность разделаться с противником.

– Это Второй. У меня на хвосте трое! Не могу оторваться!

– Понял, Второй. Это Первый, иду на помощь! – я вывернул штурвал. – Ребята, прикрыть Сойкина.

Молнии лазерных лучей полетели наперерез машинам противника. Я провел «Шип» прямо перед носом одной из них. Вдруг раздался глухой взрыв.

– Командир, питание левой установки отключилось! – Семенов повернулся ко мне.

– Отстреляй ракеты, а потом попробуй перевести питание обеих установок на один аккумулятор!

Еще одна машина противника задымилась. Я посмотрел на радар: оставалось только два врага, которые гнались за Сойкиным.

– Семенов, ну что с аккумулятором?

– Не выходит, видимо, все контакты перебиты!

– Ладно, установка вышла из строя. Корнелюк, работаем на пару, – я снял предохранительную крышку с гашетки носовой пушки.

Застучало орудие, и первые же снаряды разорвали на части одну из машин, преследовавших Сойкина. Поворот влево, и последний враг оказался в зоне действия установки Корнелюка. Ракета разнесла и эту машину.

– Командир, это Второй. Надо подобрать Кирьякову и ее экипаж.

– Мы не сможем, – я посмотрел на радар и переложил штурвал на новый курс. – На радаре шестнадцать танков и двадцать истребителей!

– Командир, но… – я услышал Маркову.

– И не думай об этом! – прервал ее Потапов. – Русские погибают, но не сдаются! Если не готова умереть – нечего было надевать погоны!

– Потише там, Миша! А то я тебя поучу вежливости! – вмешался Травкин.

– Заткнитесь, джентльмены, после будете пререкаться. В бой – значит в бой!

– Правильно, командир! – Сойкин набрал скорость и вывел машину вперед.

Одна за другой от «Шипа» Сойкина отделились противотанковые ракеты. Через несколько секунд я тоже начал наводить тяжелое вооружение машины на цель.

Щелчок предохранительного тумблера, сообщение на экране монитора: «Ракеты готовы к запуску». Нажатие на кнопку прицеливания. Танк еще не появился в зоне видимости, но прицельный комплекс уже наводил ракету. На стекле возникает квадрат, сбоку от него красная надпись: «Танк «М680», 5692 м». Прицел захватил цель. Через несколько секунд квадрат перекрывает ромб: можно стрелять. Нажимаю кнопку пуска. Чувствуется легкий толчок и слышно, как включается двигатель ракеты. Оставляя едва видимый дымный след, она пронеслась вперед. Надпись стала белой: танк уничтожен.

За треть минуты я отстрелял все ракеты, каждая из которых попала в цель.

– Говорит Первый. Я без ракет. Повторяю: я без ракет. Вступаю в бой с истребителями!

Я набрал скорость и врезался в плотный строй врага. Они пролетели мимо, пытаясь перестроиться. Пропустив их, я развернулся и пристроился в хвост замыкающему. Короткая очередь прошлась по обшивке истребителя, но не причинила ему вреда.

– Корнелюк, попробуй подбить замыкающего. Мое орудие его не берет!

– Понял!

Немного сменив курс, я предоставил стрелку возможность разделаться с противником. Было видно, как молнии лазерных лучей вылетают из установки. Несколько попаданий, и истребитель задымился. Остальные резко ускорили ход.

– Они пытаются оторваться от нас, – я выжал из «Шипа» максимум скорости. – Нам их не догнать. Атакуй ракетами.

Я быстро прикинул количество боеприпасов. Оставалось три машины. У меня работала только одна установка – две ракеты. У остальных по четыре. Всего десять. При том, что осталось девятнадцать истребителей.

Корнелюк оказался метким стрелком, и первая же его ракета разнесла вражескую машину. Вдруг «Шип» дрогнул и резко сбросил скорость.

– Командир, в нас попали! – крикнул Семенов.

Истребитель, зашедший нам в хвост, не рассчитал маневра и пронесся вперед.

– Ничего, я его сейчас подпалю, – Корнелюк развернул установку и выпустил вторую ракету. Машина врага задымилась.

– Отличная работа! – я похвалил стрелка, а сам стал лихорадочно прикидывать, что делать дальше.

Ракет не было. Уничтожить истребители с помощью лазера на такой скорости невозможно. Пушка их не брала.

– Потапов, что у тебя с ракетами?

– Закончились, командир!

– Тогда работаем в паре. Пристраивайся за мной. Я попытаюсь вызвать огонь на себя, чтобы он зашел ко мне в хвост, но перед тобой. Тут ты их и подпаливай!

– Понял! – вслед за его ответом последовал сильный грохот.

– Потапов, что это?

– Командир, видимо, придется отменить задуманное. Мне снесли правую установку, – боец говорил с ощутимым напряжением.

– Почему так тихо говоришь? Ты ранен? – я едва уклонился от очереди истребителя.