Новый стандарт - Юрин Денис Юрьевич - Страница 158

– Вот именно, горы, – печально произнес Конт. – А за горами что находилось?

– Я идиот! – неожиданно выкрикнул Дарк и стукнул ладонью по своей голове. – Как же я раньше не догадался?!

– Правильно, бескрайние шемдарнские степи. После удачного штурма Великой Кодвусийской Стены шемдарнская община эльфов еще недолго просуществовала. Шаконьесы постепенно втерлись в доверие к хозяевам и получили некоторые знания, помогавшие им впоследствии выжить. В принципе никаких особых тайн они не узнали. Эльфы не были дураками и точно знали, до какой степени нужно обучать слуг, чтобы они внезапно не превратились в господ. Однако шаконьесы оказались хитрее. Как только образовательная планка была достигнута, они ушли, разбрелись по свету. Довольно большая группа кочевников ушла на запад и осела в диких лесах за горами. Они похищали людей и смешивались с ними, зная, что через несколько поколений их дети, оставшись шаконьесами внутри – по сути своей, внешне ничем не будут отличаться от людей. Наша встреча в лесу произошла, когда шаконьесы уже почти достигли стопроцентного сходства с людьми, но все еще боялись влиться в общество. Тогда я действительно предал Орден, я вез вольногородскому князю планы пограничных крепостей и другую важную информацию, позволившую бы ему надежно укрепить западные границы и заняться делами на востоке, но лесовики всегда были слишком ленивы и чересчур суеверны. Воинство отлеживало на печах бока, думая, что крестьян похищают злые духи леса.

– А потом, когда у следующего поколения детей не стало заметно клыков, шаконьесы двинулись в «люди», – довел до логического завершения краткую историческую справку Дарк.

– Да, но это история только одного племени, как и когда другие племена ассимилировались с людьми, я не знаю. Может быть, раньше, а может быть, позже, – пожал плечами Конт.

– Понятно, теперь осталось только выяснить, что такое «Проект 107».

– Возможно, название означает сто седьмое поколение шаконьесов, которое, по мнению Дора, будет жить уже в ином мире, точно не знаю. Помнишь, мы с тобой говорили о слишком быстром изменении общественных стереотипов и поведенческих норм в последние пятьдесят лет? Это как раз их рук дело, так сказать, первый этап проекта, создающий необходимые рамочные условия, инфраструктуру. Впрочем, ты и сам все поймешь, пошли! – Конт направился к сфере, но резко обернулся и махнул рукой Миранде, прося ее подойти. – Думаю, твоей боевой подруге, Дарк, будет полезно узнать, на что оказались способны вампиры, движимые жаждой наживы.

А способными кровососы оказались на многое. Это стало понятно, когда трое морронов и вампир вошли в комплекс, миновали несколько залов и комнат, разгромленных в ходе последнего штурма, и поднялись на лифте на третий этаж, где и находились главные помещения лаборатории. Идеальная частота, стерильность по высшему разряду и обилие дорогостоящей аппаратуры, которому позавидовал бы даже самый передовой научно-исследовательский центр, мягко говоря, произвели неизгладимое впечатление. Даже под угрозой смерти жители подземного города не осмелились вынести с третьего этажа ни одного стола, ни одной колбы, хотя из остальных помещений все было вынесено подчистую и свалено в баррикаду. Всем известное правило «Нельзя убивать курицу, несущую золотые яйца» отменно работало и здесь. Уберечь во что бы то ни стало основной блок подземного комплекса в целости и сохранности было единственным шансом полесской общины выжить.

Конт довольно хорошо ориентировался внутри сферы, как будто не раз бывал в ней ранее. Наверняка агенту, внедренному в тайное общество шаконьесов, удалось передать ему чертежи и планы. Пройдя по узкому коридору мимо открытых настежь железных дверей, группа поднялась по лестнице и завершила экскурсию в круглой комнате с удобным диваном, тремя креслами, огромным столом-пультом и экраном размером три на семь метров.

– У нас мало времени, – сделал вступление Конт, жестом приглашая спутников сесть. – Это главное смотровое помещение. Здесь обычно собирались ведущие исследователи и контролировали не только сами эксперименты, но и вспомогательные процессы, например, производство реактивов или первичную обработку исходного материала. Переводя на нормальный язык, на этом экране можно было увидеть все, что происходило внутри сферы, на всех ее восьми этажах, четыре из которых подземные, то есть ниже уровня города, – уточнил Конт. – Конечно, вам бы хотелось рассмотреть все вблизи, но чтобы обойти комплекс, понадобилось бы часа четыре. У нас же, по моим подсчетам, не более тридцати минут. Если уцелеем после предстоящего боя, то обещаю лично провести экскурсию по всем темным закуткам, а уж только потом поднять этот подземный инкубатор на воздух. – Конт умел приободрить бойцов.

– Может, мы прямо сейчас заряды заложим, – предложила Диана, – а то вдруг…

– С радостью, но нельзя, – перебил ее Конт. – Дор едет сюда, чтобы забрать последние образцы экспериментов и записи, а уж потом его подручные собираются взорвать комплекс. Высока вероятность, что, как только затикает часовой механизм первого заряда, он прикажет развернуть машины и поедет на аэробазу. С потерей результатов последних трех месяцев работы трудно, но можно смириться.

– А как он узнает? – спросила Диана.

– Тебе что, технологию в подробностях описать?! – Конт начинал злиться, уж слишком любознательной была Гроттке, слишком скрупулезно копалась в мелочах, отвлекая рассказчика от главного.

– Первый этап проекта начался лет семьдесят назад, когда еще не было ни полесской общины, ни этой лаборатории. Цель «Проекта 107» состоит в нахождении более эффективных средств по управлению «человеческим стадом», чем игры политиков и неубедительное бормотание священнослужителей о грехе и неминуемой расплате. Не спорю, долгие годы идеологическое воздействие на массы играло большую роль. Все большие войны велись «во имя…» и «ради…», но шаконьесы прекрасно понимали, что нет такой идеи и такого божества, под чьим знаменем можно было бы объединить все человечество. Слишком велики этнические и классовые различия, слишком разные у людей темпераменты и характеры: одни кидаются в драку, только услышав призыв «Бей!», а другие стоят и часами размышляют, стоит ли чесать кулаки. «Человеческая общность должна быть более унифицированной, народы более похожими друг на друга и, следовательно, понятными…» – пришел к выводу Макситус Дор, отец Огюстина. Он поставил во главу угла новой идеологии не очередное божество, а деньги, очень удачно заменив извечную дилемму «хорошо – плохо; добро – зло» на более приземленный и реально ощутимый эквивалент «выгодно – невыгодно». Банально, просто, удобно…