Дети порубежья - Школьникова Вера - Страница 89

Чанг отпил из своей чашки и поморщился, голова все-таки болела. Мэлин с некоторой тревогой глянул на него:

– Как вы себя чувствуете? Я никогда раньше не пробовал лечить.

– Так это ваша работа? Благодарю, в сложившейся ситуации мне важно быть на ногах. Не знал, что Дейкар способны исцелять.

– Я – могу, – коротко ответил Мэлин, давая понять, что не хочет дальше обсуждать эту тему.

– Итак, вернемся к делу. Кто вас надоумил потребовать отцовское наследство? Надеюсь, не магистр Ир?

Мэлин вздохнул – похоже, Чанг не настолько легковерен, как его кузен. Неудивительно, учитывая, чем он занимается. Но там, где не получилось солгать с первого раза, проще сказать правду, чем придумывать новую ложь.

– Вы правы. Мне не нужно герцогство. Я здесь чужой, впрочем, я везде буду чужим.

– Приятное совпадение. Вы мне тоже не нужны в качестве герцога. Уж извините за откровенность, но одного Аэллина среди высших лордов более, чем достаточно. Но что вам тогда нужно?

– Месть. Герцог убил моего брата.

– На дуэли, – уточнил Чанг.

– Это не имеет значения.

– Но я все равно не понимаю, зачем вам титул. Хотите отомстить – убейте. Или вы подвержены романтизму: ты отнял у меня брата, я отниму у тебя все, что тебе дорого? Это порочный круг. Вы таким образом отомстите ему, он, потеряв все, в свою очередь, приложит все усилия, чтобы отомстить вам. В конечном итоге вы все равно его убьете, против мага Дейкар у герцога нет шансов, так зачем тратить время?

– Я не хочу его убивать. Я хочу, чтобы он жил, долго. Я даже оставлю ему это герцогство. Но на своих условиях.

– Все-таки романтик, – подытожил Чанг.

– Послушайте, вы ведь здесь не просто так? Я не знаю, что он натворил, но министр государственного спокойствия не помчится на другой конец империи чтобы подышать морским воздухом.

– В данный момент герцог арестован за государственную измену, содействие бунтовщикам и покушение на мою жизнь.

– И вы не можете доказать ни одно из этих обвинений, не так ли? Иначе не делали бы это в тайне.

– И что вы предлагаете?

– Корвин ведь хороший герцог, народ его любит. Его, правда, почему-то считают сыном моего отца, но слухи ведь не переспоришь. Если его снять, начнутся волнения.

– А если оставить, начнется мятеж. Не знай я лучше, тоже бы поверил, что он сын вашего отца. Вы прекрасно изложили суть проблемы, но если вы не собираетесь занять его место, то в чем заключается ваше решение?

– Я предложу ему сделку. Он сохранит власть за выкуп. Поверьте, заплатив мою плату, он сломается. Вы сможете сделать с ним все, что угодно, он не посмеет возразить.

Чанг выразительно поднял бровь:

– Вы так уверенно рассуждаете, словно пару десятков лет только тем и занимались, что ломали людей. Думаете, это так просто? Что вы знаете о страхе, молодой человек?

Мэлин выпрямился:

– Более, чем достаточно. И о страхе, и о боли. Любому другому я бы показал. Вам предлагаю поверить мне на слово.

И что-то едва уловимое в его голосе заставило Чанга согласиться. Если Мэлин сделает, что обещал, герцога можно оставить на месте. Под тщательным наблюдением, разумеется. Нужно будет приставить к нему советника, а к советнику хорошую охрану. Если же у молодого мага ничего не получится, вернемся к изначальному плану – герцога в изгнание, а на его место кого-нибудь из кузенов, и чтобы титул передал самолично. Мол, не может противиться ветру странствий. Поверить никто не поверит, но бунта не будет.

– Хорошо. Но у вас мало времени.

– Мне хватит одного дня и одной ночи.

Тэйрин сидела на краю кровати и смотрела на спящего Корвина. Говорят, что лицо спящего мужчины выдает все его секреты. То ли девушка не знала, как правильно смотреть, то ли у жениха не было от нее тайн, но лицо молодого герцога выражало только одно – бесконечную усталость. Она вспоминала их ночной разговор… Корвина привели к ней поздно вечером, когда давно уже стемнело, и ветер ломился в закрытые ставни. Он опустился в кресло и долго смотрел в одну точку на стене, потом тихо спросил:

– Тэйрин, ты могла бы оставить все это?

– Конечно, это всего лишь камень. Если нужно продать виллу, то даже и не раздумывай, мы можем вернуться во дворец.

Она не понимала всей серьезности их положения, думала, что проблема в деньгах. Что Корвин потратил слишком много на свою экспедицию, а теперь нужно платить налоги. Солдаты прибыли из столицы за деньгами, а у Корвина нечем откупиться. Будет тяжело расстаться с «Поющим шиповником», она привыкла считать это место домом, но если это поможет жениху, Тэйрин была готова и на большие жертвы.

– Нет, не только. Вообще со всем, с домом, с дворцом, с Квэ-Эро, с империей. Чанг хочет, чтобы я отказался от титула и отправился в изгнание. Вернее, странствовать. Боится бунта, если меня снимут силой.

– Я не понимаю. Ты же ни в чем не виноват! Корабли можно было отправлять, никто не запрещал, а что ты помогал этим бедным людям, так ведь никто не докажет, что они мятежники!

Корвин, не поднимая головы, рассказал ей все: и про бочки с огненным порошком, погруженные на «Сильвану», и про тайный склад. И про взрыв на мельнице:

– А теперь ко всему этому еще добавилось покушение на министра. Как будто я знал, что его туда Аред понесет!

– Корвин, ты не можешь так просто сдаться, это же твоя земля!

– Поэтому я залью ее кровью?

Тэйрин упрямо сжала губы – нельзя же так, по первому слову, Чанг просто запугивает их:

– Пусть будет суд! Они ничего не докажут и опозорятся.

– Тэйрин, ты настоящая дочь своего отца. Он тоже верил в справедливость. Но Старнис не поднял мятеж в Виастро, когда за ним пришли. Не понимаешь? Чанг мне вчера все объяснил. Суда не будет, меня сгноят в тюрьме, тайком. А волнения в Квэ-Эро усмирят. Ему плевать, сколько людей при этом погибнет! Лишь бы царило спокойствие. Как на кладбище! А я не дам сделать из своих земель кладбище!

Девушка вздохнула:

– Если ты считаешь, что так надо, то я с тобой. Корвин, неужели ты сомневаешься, что я всегда буду с тобой? Мы помолвлены, я твоя жена, пускай мы не обошли вокруг алтарей. Я хотела бы, чтобы ты не сдавался так легко, но если это твое решение – я пойду за тобой. Я ведь люблю тебя.

– Я не сдаюсь так просто. Я сам выберу, кому передать титул, выберу достойного. У Эдвара три сына, они выросли у моря, знают наши обычаи, любят эту землю. Я не позволю Чангу отдать Квэ-Эро чужаку. Все будет хорошо, вот увидишь.

В дверь громко постучали, она потрясла спящего Корвина за плечо:

– Просыпайся, они пришли.

Он широко раскрыл глаза, словно и не спал только что, вскочил с кровати. Тэйрин всегда завидовала его умению быстро пробуждаться. Сама она по утрам возвращалась к жизни только умывшись ледяной водой, чем холоднее, тем лучше. Летом служанка приносила ей для умывания воду с ледника, простоявшая ночь в кувшине казалась девушке слишком теплой. Корвин смеясь объяснял, что для того, чтобы обзавестись столь полезной привычкой, нужно годик прослужить на корабле юнгой. Сразу научишься и спать на ходу, и просыпаться в одно мгновенье.

Раздался еще один стук, короткий, нетерпеливый, и дверь толкнули, не дожидаясь ответа. Тэйрин в ужасе отпрянула, выкрикнув:

– Мэлин!

Герцог шагнул вперед, задвинув девушку за спину:

– Что ты здесь делаешь? – Дверь оставалась открытой. В коридоре стояли стражники, значит, он не скрывается.

– Я пришел предложить тебе небольшую сделку. Но лучше обсудить этот вопрос за закрытыми дверями. Не бойся, я не стану брать силой то, что хочу взять по праву.

Мэлин подождал, пока Корвин закрыл дверь, а сам бросил быстрый взгляд на Тэйрин. Та уже справилась с первым испугом и, гневно сжав губы, стояла у стола, глядя в сторону. Он улыбнулся:

– Что же ты, даже не посмотришь на меня, Тэйрин? Я тебе настолько противен?