Вступление в жизнь - Селлингс Артур - Страница 3

- Ты в самом деле так думаешь, Элен?

Но Элен только опустила глаза.

- Ну, а ты, Пол, ты тоже так думаешь?

- Сам не знаю.

- Ты когда-нибудь слышал машины, Пол?

И тут Элен заговорила:

- Я их не слышу, я чувствую. Я чувствую, они пых-пых-пыхтят. - Она вдруг замолчала и опять опустила глаза.

- Но ведь вы оба знаете, что это самые обыкновенные машины, они дают нам воздух, свет и все остальное. И они работают, как и положено хорошим машинам.

- А тогда откуда мы взялись? - спросил Пол. - Должны же мы откуда-нибудь взяться. Оттуда, где есть деревья, кошки и... и другие мальчики и девочки. Его тонкий голосок зазвучал пронзительно; - Зачем вы нас запираете от них?

- Что? - испуганно воскликнула Эм. Как начать рассказывать им правду, если у них такие странные мысли?

- Почему вы не пускаете нас играть с ними, бегать под деревьями? Почему вы всегда запираете большую дверь? - В глазах Пола стояли слезы, но он не расплакался в голос. Вот эти молчаливые слезы и убедили Эм, заставили ее решиться.

- Я расскажу вам, - сказала она. И взглянула на Джея. Он медленно кивнул. Даже он понимал, что на этот раз от разговора не уйти.

Широко раскрытыми глазами дети посмотрели сперва друг на друга, потом на Эм.

- Прежде чем я начну свой рассказ, вы должны пообещать мне, что будете храбрыми. Вы услышите сейчас совсем не то, чего ждете. Каждого из вас произвели на свет отец и мать. Мы с Джеем здесь только для того, чтобы воспитывать вас, заботиться, чтобы вы росли умные и здоровые. Твои родители, Пол, умерли, и твои тоже, Элен. Когда-то тут жили двадцать человек, но теперь все они мертвые.

- Мы понимаем, - сказала Элен. - Это значит - неживые. Как коврик и стул. Но где же они? Пускай они мертвые, но почему их здесь нет?

С некоторым даже облегчением Эм поняла: дети не представляют, что такое смерть. Тогда, может, все будет не так уж трудно? А про смерть она объяснит им позднее, когда они осознают, почему так важно быть живым. А вдруг после того, как она скажет им то, что должна сказать, они решат, что это совсем не важно?

- Потому что мертвым нет места среди живых. Они могут существовать лишь в мыслях живых. Мы с Джеем часто думаем о ваших родителях и о других людях тоже. Ведь правда, Джей?

- Что? А, да, да.

- Потому что они и нас тоже произвели на свет, - продолжала Эм. - Не ваши родители, но другие такие же умные люди. Мы рады, что появились на свет и благодарны им за это. Вот почему мы с радостью заботимся о вас. Вот почему вы должны стараться вырасти такими же умными, как они.

Дети были явно озадачены.

- Значит, мы можем производить на свет людей, таких, как вы? - пропищал Пол.

- Нет, - ответила Эм. - Не таких, как мы, а таких, как ты и Элен.

- Но мы не умеем, - с ужасом вымолвила Элен. - Мы не такие умные.

- Я не думаю, что для этого надо быть умными, - сказала Эм. - Придет время - сумеете. Умными надо быть совсем для другого. - Она встала и пошла к большой двери. - Пойдемте, - позвала она.

Какое-то мгновение они глядели на нее, не веря своим глазам. Потом с радостными криками кинулись за ней.

- Нас выпустят, выпустят!

- А на деревья нам можно залезть, Эм?

- А магазины там есть?

Взявшись за ручку двери, Эм остановилась, поглядела, как они скачут у ее ног.

- Деревьев там нет. И магазинов тоже. Они застыли на месте, с обидой и недоумением подняли на нее глаза.

- Значит, книжки и правда все врут, да? - медленно выговорил Пол.

- Нет, не врут. Но только теперь у нас ничего этого нет. Все это было прежде.

- Значит, это как в сказке? Давным-давно? Все было давным-давно?

- А теперь совсем-совсем ничего нет? - сказала Элен.

- Я ведь вам говорила, что вы услышите не то, чего ждете, - медленно сказала Эм, глядя на Джея. - Вы все равно хотите идти со мной?

Она переводила взгляд с Пола на Элен и обратно. Может быть, они испугаются? Но она недооценила их любопытство, их жажду вырваться наконец на волю - ведь они всю жизнь провели взаперти.

- Да, Эм. Пожалуйста! - ответила Элен.

- Да, - сказал Пол. - Пожалуйста, Эм! Она отпирала дверь, и чувство у нее было такое же, как и в час, когда умерли последние люди. Она чувствовала свое бессилие. С тревогой сознавала она, что, когда имеешь дело с неодушевленными предметами, дважды два всегда четыре, а вот с людьми, даже с малышами... особенно с малышами... тут ответ может быть совсем другой, самый неожиданный.

Она раздвинула наконец двери. И перед ними открылись тускло освещенные переходы.

- Ой! - разочарованно воскликнули дети.

- Идемте, - поспешно сказала Эм. И взяла их за руки. Но тут же заметила, что Джея нет рядом, Джей пятился в глубину комнаты. - А ты разве не идешь?

- Конечно, иду, конечно, - ответил он и неуклюже затопал следом.

- Только чтоб без всяких шалостей, - сказала Эм детям. - Держитесь за мои руки.

Они прошли немного по коридору, и вдруг Элен сказала:

- Я ее чувствую.

- ? я тоже, - сказал Пол.

Легкая дрожь моторов стала ощутимее. Все спустились на несколько ступеней вниз.

- А теперь мне их слышно, - сказала Элен.

- Сейчас вы их увидите, - сказала Эм, поворачивая за угол.

И вот наконец перед ними машины, огромные машины, они урчат и урчат, и на приборных досках мигают огоньки.

- Уу-ух! - выдохнул мальчик. - Смотрите, колесо крутится! Большущее!

- Эта машина дает нам воздух, - объяснила Эм. Пол сделал глубокий вдох и сказал:

- Как чудно пахнет...

- Это озон, - объяснила Эм.

- А что это - озон?

- Я точно не знаю, - сказала Эм, - это какой-то особенный воздух. Про все про это написано в книгах. Как останавливать машины, и как приводить их в действие, и как пускать быстрее. Поглядели бы вы, что делается, когда они работают в полную силу. Сейчас они просто мерно постукивают. А вот когда они по-настоящему разойдутся, это да!

- А почему, Эм? Что они тогда делают? Все идет как надо, подумала Эм. Они поймут, потому что им теперь интересно.

- Пойдемте, - позвала она, - я вам покажу. - Она повела их в рубку. И вдруг на нее снова нахлынули сомнения. Рука, протянутая было к кнопке, замерла. Но пути назад не было, она знала это - и нажала на кнопку.

Дети ахнули и, ошеломленные, боясь упасть, подались назад. Эм положила руки им на плечи.

- Ну, ну, - сказала она, - все в порядке. - Экран, казалось, был над головой, под ногами, с боков, окружал со всех сторон. Они словно вдруг очутились в пульсирующем сердце Вселенной. Но дети ведь не знали, что такое Вселенная, они впервые в жизни увидели звезды, и для них это было как сон прекрасный и величественный.

Долгое молчание первым нарушил Пол. Он прошептал одно лишь слово - звезды, и сказал он это не Элен, не Эм и не Джею, даже не самому себе. Он обращался к ним, к звездам.

- Это алмазы, - сказала Элен. - Как в той сказке. Алмазы, и рубины, и изумруды. Достань мне одну звездочку, Эм, я подержу ее в руках.

- Не могу, - сказала Эм. - Знаешь, как они далеко? - И тут же поняла, что слова ее лишены сейчас для них всякого смысла.

Элен была слишком взбудоражена, она уже думала совсем о другом.

- Смотрите! - воскликнула она. - Смотрите, облако! Большое-большое!

В ничем не замутненных глубинах космоса это и вправду было похоже на облако. Чем еще это могло показаться ребенку, который никогда не видел земных небес? Но Эм ведь была учительница, и она не могла не поправить:

- Это туманность.

Элен не слышала. Она подпрыгивала на одном месте и хлопала в ладоши.

- Мое облако, мое! Я назову его самым распрекрасным именем. А ты, Пол? Хочешь вон ту голубую звездочку, и красненькую тоже?

Но Пол отвернулся от экрана, на лице его было недоумение.

- Ты что, Пол? - спросила Эм.

- Я не понимаю, - ответил он.

- Чего не понимаешь?