Йога. Искусство коммуникации - Бойко Виктор Сергеевич - Страница 205

Такая точка зрения далеко не нова. Американский нейрохирург К. Прибрам в книге «Языки мозга» («Прогресс», 1975) отмечает в послесловии: «Таким образом учёные приходят к мысли о том, что внешний мир построен по голографическому и структурному принципу, подобно тому, как мы пришли в этой книге к выводу о голографической и структурной организации нервной системы. Следовательно... между мозгом и другими физическими устройствам существует известный изоморфизм».

Концепция «бутстрапа», созданная Джеффри Чу, в своей основе также содержит гипотезу единой структуры мировых взаимосвязей и взаимодействий, каждая точка которой содержит в себе информацию о всех других точках пространства-времени.

Итак, биомасса, именуемая человечеством, охвачена трёхуровневой организацией, в основе которой лежит некий «банк данных времени», хотя сегодня неясно, как взаимодействие с ним отдельных личностей может влиять на судьбу или линию развития цивилизации.

«Взаимодействие мозга с голографически организованной окружающей материей основывается на том, что он имеет возможность обращаться к памяти, ёмкостная система которой находится вне самого мозга. В данном случае мозг выполняет роль интерфейса, соединительной системы вычислительной машины, а сама информация находится где-то в другом месте. Мозг помнит лишь параметры множественных каналов информации, по которым можно обратиться в регистр памяти, лежащей в окружающем пространстве» (Л. Гримак, «Гипноз и преступность», с.228).

Различные теории энергоинформационных взаимодействий, имеющиеся на сегодняшний день, достаточно спорны, в то время как феномен сиддхи в йоге даёт более реальную почву для анализа в силу множественности и частоты своих проявлений.

По-видимому, индивидуальный человеческий мозг является до какой-то степени явлением космического порядка, поскольку на короткое время своего реального существования он становится приёмо-передающим элементом сети. Но вот насчёт его космического масштаба... Есть простой вопрос к теоретикам антропософской «космичности»: на какой объём пространства, соизмеримый хотя бы с нашей солнечной системой, не говоря уже о галактике, распространяется влияние одного человека? Ответ прост: этот объём стремится к нулю. Многочисленные же рассуждения о решающей роли человека в космосе — не более чем дубовое проявление антропоцентризма.

В зависимости от случайной суммы факторов влияние единичной человеческой личности распространяется на сравнимый с её размерностью больший или меньший объём пространства — в пределах условий, где жизнь, в том числе и человеческая, когда-то возникла и развилась. Если бы полевые способы контакта между особями животного мира планеты были реализованы в ходе эволюции, вряд ли она пошла бы статистическим путём естественного отбора. Какой был бы резон тем же волкам подыхать с голоду где-нибудь в снегах Юкона, если б они были в состоянии экстрасенсорно «пеленговать» добычу за сотни километров? Ведь именно эволюционно сложившиеся органы чувств предоставляют животному и человеку информацию о внешнем мире в определённом пространственном масштабе.

Но человек — существо особое. Очевидно, при некоторых обстоятельствах его жизни полевые проявления коммуникации могут стать реальностью, и случается это исключительно благодаря наличию самоосознанности, которой никто больше из животного мира планеты, похоже, не располагает.

Абстрактные рассуждения об всем этом не имеют смысла, пока в контексте йоги разговор не переходит в практическую плоскость, поскольку технически достоверных методов коммуникации с бессознательным, а затем — с Единым наука пока не создала.

Широко известна хрестоматийная история Робинзона Крузо (реальным прототипом которого был английский матрос Александр Селькирк, практически полностью разучившийся говорить и одичавший за два или три года одиночества на необитаемом острове), который сохранил сознание и остался человеком лишь потому, что постоянно воспроизводил реально отсутствующие условия коммуникации с себе подобными, моделируя виртуальное общение с воображаемыми собеседниками. На самом же деле реальный цивилизованный человек, попавший в подобные условия, как правило, впадал в одичание, становясь «несовершенным зверем», либо погибал, утрачивая рассудок даже при одном только значительном уменьшении коммуникации, что известно из опыта узников пожизненного одиночного заключения (например — судьба многих из той когорты борцов с самодержавием, куда входили Николай Морозов и Вера Фигнер).

В «варианте Маугли» у детей, вскормленных животными, на самом деле человеческое сознание не формировалось, поскольку на соответствующем этапе развития и усложнения мозговых структур они не были включены во всеобщее поле вербальной коммуникации.

Юнг отметил, что над цивилизацией довлеет модель восприятия, называемая бодрствующим сознанием, которое, увязнув в действительности, им же и созданной, ведёт себя самоубийственно. Он предлагал каждому достаточно развитому человеку реально восстановить утерянную связь со своей собственной природой в пределах возможности, поскольку интеллектуального осознания единства всего живого (что, например, с прямолинейной тупостью декларирует «Гринпис») недостаточно. Должно быть и мощнейшее внутреннее подкрепление, исходящее из личного переживания такого единства

Если движение «зелёных» может быть для каких-то групп людей умозрительной формой искупления причиняемого природе зла или бегством (пусть даже эффективным) от собственных внутренних проблем, то главной задачей каждой личности является соблюдение экологии собственной психики. Пока не наступит мир и покой внутри человека, разрушительных «выбросов» бессознательной активности, в том числе и по отношению к природе (уже не говоря о своих собратьях), в человеческой массе будет гораздо больше, нежели случайного попадания в ряды «зелёных». Конечно, хотелось бы надеяться, что они представляют собой передовой отряд сбалансированных в психическом плане личностей, действующих с полной осознанностью, но «Это вряд ли...», — как говаривал обычно товарищ Сухов. Много ли вообще в мире уравновешенных личностей? И разве они определяют тенденции его развития?

С точки зрения Г. Бэйтсона: «Разум — это необходимое и неизбежное следствие достижения структурой определённой сложности, возникающее задолго до того, как в организме складывается мозг и центральная нервная система».

Он также подчёркивал: «Ментальные характеристики свойственны не только индивидуальным организмам, но также социальным и экологическим системам, этот разум присущ не только телу, но также проводящим путям и сообщениям вне тела» (Ф. Капра, «Уроки мудрости», с.74).

Если мы суммируем множество проявлений бессознательного в доступных на сегодня пределах объёма информации, картина возникает следующая.

Человеческая материя в своём развитии устремлена неизвестно куда, она просто осуществляет бытие во времени и пространстве. Поле живой материи планеты раздроблено на миллиарды отдельных организмов, обладающих, в случае человека, автономной самоосознанностью. Объединяет человечество речь и созданные в рамках цивилизации дополнительные коммуникационные средства. Огромное количество человеческих единиц порождает во времени и пространстве конечное число разновидностей телесной формы.

То, что называется личным сознанием индивидуума в незапамятные времена и по неясным до конца сегодня причинам обособилось от запечатленной в себе же истории развития и существует в договорной реальности, которая обеспечивается наличием семантического вакуума. Бессознательное функционирует скрыто и автономно, проявляя себя вне воли и каких-либо человеческих пожеланий.

Очевидно, какой-то отдельный, пока не обнаруженный наукой «чип», встроен в структуру бессознательной «части» каждого индивидуального мозга (либо сам мозг при каких-то условиях функционирует как фрагмент, принадлежащий некой целостности) и при определённых условиях может активизироваться, тогда с человеком происходят необъяснимые явления, называемые в различных культурах по-разному, в русской — чудесами, в индийской — сиддхи. Непредсказуемость, неоднозначность и непохожесть этих проявлений на то, что наблюдается в реальности, во все времена вызывала у человека ощущение присутствия в мире чего-то вездесущего, всемогущего и непостижимого, это получило название Бога или Высшего принципа. Если сознание субъекта слишком перегружено желаниями, продуцируемыми «второй природой», то аффекты, прорываясь в него, приобретают разрушительный характер, вызывают дезорганизованное, агрессивное поведение, придавая желаниям бессмысленную и маниакальную направленность, сознание такого типа не способно контактировать с единым, и тем более продуктивно.