Тренинг мозга. Действенный метод трансформации сознания - Мещеряков Вячеслав - Страница 4

Могут возразить: у животного и у человека разные потребности. На первый взгляд это так. Но не в этом причина человеческого рабства. На заре развития человечества, как и сейчас в архаических племенах, человек с утра до ночи занимался трудом, направленным, как и у животных, на удовлетворение своих первоочередных жизненных потребностей, прежде всего в пище. И человек с самого начала своего существования тратил на этот процесс больше времени, чем хищники. Он был в меньшей степени, чем они, приспособлен для этого занятия. С развитием приемов и технологий труда времени на добывание еды затрачивалось все меньше. Казалось бы, чего большего желать? Желанная свобода хотя бы от некоторой части труда так близка! Но не тут-то было… Пропорционально увеличению количества свободного времени появлялись все новые и новые потребности. На их удовлетворение приходилось тратить все появившееся свободное время. Причина такого «заколдованного круга», в котором вечно крутится человек, разгадывается довольно быстро. Все дело в особенностях функционирования его мозга.

Психика человека устроена своеобразно: при удовлетворении одной своей потребности, у человека появляется две другие. Именно психика, генерирующая все новые и новые потребности по мере удовлетворения старых, словно страж не дает человеку вырваться из оков рабской зависимости от труда. Она подобна Змею Горынычу из русских сказок, у которого на месте одной отрубленной головы, вырастали две другие.

Чтобы стать свободным, человек должен исполнять свои желания и потребности очень быстро и без затрат физического труда, словно мановением «волшебной палочки». Либо изменить собственную психику с целью уменьшения продуцирования тех же желаний и потребностей. Но какой вариант выбрать и как его реально осуществить? Мы готовы раскрыть читателю секрет парадоксального решения: оба варианта воплотятся одновременно, если человек освоит управление собственным сознанием и научится взаимодействовать с «иным миром».

Древние мудрецы глубоко осмыслили незавидное положение, в котором поневоле оказался человек, и художественно тонко выразили его в сюжете «о наказании». И труд — не единственная кара. Обратимся к последнему предложению приведенного отрывка: чтобы вечно трудиться, Адам был изгнан из рая без права возвращения! Вместо того чтобы отбывать наказание непосредственно в райском саду, Адам был отправлен в вечную ссылку на каторжные работы!

За что же боги так немилосердно наказали первочеловека, а в его лице и все человечество? За какие провинности и преступления?

Авторы мифа о сотворении мира и человека дают четкий и недвусмысленный ответ: за обретение истины. После вкушения плода с дерева знания стал Адам вровень с богами. «Как один из Нас», — сказал Господь. Но это еще не было окончательное превращение Адама в бога. Один шаг оставался ему до приобретения окончательных Божественных свойств — сорвать плод с дерева жизни и отведать его. Чтобы стать бессмертным. Чтобы окончательно Адам не стал богом, Господь и придумал ему кару в виде вечных каторжных работ за пределами рая. И изгнал Адама из сада Едемского, заодно прокляв землю, чтобы она не давала человеку пропитание без затрат труда. И вынужден человек с тех пор возделывать землю и всю жизнь со скорбию и в поте лица своего есть хлеб. А у входа в рай Бог выставил стражу: херувима и обращающийся пламенный меч. И все это только ради того, чтобы не было у Адама ни свободного времени, ни возможности использовать в собственных целях украденные у Бога запретные знания. И чтоб неповадно ему было протягивать руку к плоду бессмертия.

Что же это за знание, про которое змей[2], искушая Еву, сказал, что от него «откроются глаза ваши, и вы будете, как боги».

Авторы мифа обозначают его как «знание добра и зла». Столь общая формулировка дает возможность отождествить это знание со всеобъемлющими нравственно-этическими «знаниями от А до Я» Так обычно и считают как христианские теологи, так и современные ученые — исследователи Библии и христианства. Однако это — поспешные и поверхностные суждения.

В истории человечества известна только одна категория знания, дающая возможность человеку «стать богом». Это истина о существовании «иного мира», способах его постижения и взаимодействия с ним. Это знание о существовании инструмента, с помощью которого любой человек может стать свободным и счастливым. Древние облекли известные им глубочайшие противоречия между потенциальными сверхвозможностями человека, его способностью приобрести божественное могущество над миром и реалиями рабской необходимости собственным трудом удовлетворять жизненные потребности в замечательную притчу о «вкушении запретного плода» с последующим вечным наказанием человечества.

Как относится к рабской зависимости человека от собственного труда христианство? Сказать, что положительно — значит не сказать ничего. Авторы мифа выражают недоумение по поводу несправедливости ситуации, в которой оказался потенциально могущественный человек, и поэтически формулируют ее мифологическую причину в форме «как бы преступления и наказания»[3]. Христиане же толкуют этот миф дословно и однозначно.

Христианские теологи «вкушение запретного плода» мифологическим Адамом называют первородным грехом. Их даже не смущает вопиющее противоречие с целями, объявленными людям Иисусом Христом: «Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком», то есть имели жизнь во всем ее богатстве. Теологи не хотят признавать, что «жизнь в рабской зависимости» и «жизнь во всем ее богатстве» — это далеко не одно и то же.

Оправдание они находят в давнем антигуманном тезисе, который на все лады склоняет представление о «гордыне человека». Одна из форм этого тезиса сформулирована в конце XX столетия одним из известных публицистов, православным священником А. Менем. Первородным грехом он считает духовную тенденцию «поставить себя в центре мироздания и заставить служить себе его силы».

Эта цитата убедительно показывает, к чему может привести искаженное миропонимание: полное раскрытие возможностей человека воспринимается функционерами религиозной организации как чрезвычайно греховное дело.

Справедливости ради нужно сказать, что в христианстве всегда были и существуют сегодня другие мнения. Они выражают мысль о необходимости обожения (с ударением на второй слог) человека, что в корне противоречит представлениям, выразителем которых был цитируемый священник. «Жизнь во всем ее богатстве» может быть доступна человеку как раз в том случае, если он «заставит служить себе силы мироздания», что невозможно сделать без приобретения могущества, подобного Божественному. Это и является обожением человека.

Наверное, суждение о глубокой греховности познания является одной из самых антигуманных идей, заимствованной в иудаизме и противоречащей духу Нового Завета. Вспомним, что сказал Христос уверовавшим в Него иудеям: «И познаете истину, и истина сделает вас свободными».

Только тогда люди освободятся от греха, в том числе первородного, а значит и от наказания за него. То есть от рабской зависимости человека от повседневного изнурительного труда. Только в этом случае человек обеспечит себе полнокровную, свободную и счастливую жизнь. А истина заключается в потенциальном могуществе человека. И этот известный библейский тезис неожиданно для сегодняшних просвещённых умов получает очень глубокое подтверждение и наполняется реальным, конкретным смыслом.

Свободу и счастье — насилием и обманом?

Освобождение человека от смерти после смерти его тела, обеспечение ему или его индивидуальной сущности, например, душе, вечной жизни, проповедуют все без исключения религиозные учения. В этом основатели религий видят свое призвание и предназначение их доктрины. Свободное и счастливое существование человек, по мысли последователей вероучений, приобретает только в «ином мире», то бишь «божественном», после смерти в мире физической природы.