Второе правило волшебника, или Камень Слёз - Гудкайнд Терри - Страница 229

Позади Даркена Рала он увидел алтарь со шкатулками. Из стоящей в середине открытой шкатулки бил в небеса зеленый свет.

Ричард вспомнил, о чем ему говорили Энн, Натан и Уоррен. Если он воспользуется Камнем из эгоистических соображений, из ненависти, он разорвет завесу. Больше всего на свете ему хотелось отправить Даркена Рала во тьму подземного мира, обречь его на вечное наказание за все, что он сотворил. Но тогда осуществится именно то, чему он должен помешать любой ценой.

К тому же он сам во всем виноват. То, что он сделал это неумышленно, дела не меняет. Жизнь не есть справедливость, жизнь есть просто жизнь. Если ты случайно наступишь на змею, она тебя укусит. Намерения не имеют значения.

– Я сам виноват в своем несчастье, – прошептал Ричард. – И сам должен ответить за последствия своих деяний. Я не могу заставить других расплачиваться за то, что сделал я сам, не важно, преднамеренно или непреднамеренно.

Ричард повесил Камень Слез себе на шею. Даркен Рал в тревоге вскочил на ноги.

– Ричард… Ты не понимаешь, что говоришь. Накажи меня. Повесь мне Камень на шею. Осуществи свою месть!

Ричард повернулся спиной к алтарю и протянул руку. Круглая косточка скрина, окруженная голубым сиянием, прыгнула ему в ладонь. Но магия Ричарда защищала его.

Он поднял косточку вверх. Охваченный гневом, охваченный спокойствием, он высвободил свою силу, и сила полыхнула из его сжатого кулака.

Молния, желтая и горячая, ударила в Даркена Рала.

Молния, черная и холодная, ударила в Даркена Рала.

И обе они завертелись в бешеной ярости скрина.

На зал опустилась кромешная тьма, а когда она исчезла, не стало ни молний, ни Даркена Рала. Зажатая в кулаке косточка скрина источала прохладу.

Зеленый свет стал ярче, зал зазвенел. Ричард снял с шеи Камень Слез. Кожаный шнурок оторвался и упал, а Камень почернел в его ладони. Ричард выбросил руку вперед. Камень Слез полетел к зеленому свету, на мгновение завис, закружился в воздухе и упал в шкатулку. Зеленый свет поблек, сделался прозрачным и исчез. Бьющий в небо столп растворился, и в Саду Жизни воцарилась тишина.

Ричард швырнул косточку скрина, и снова с ревом засверкали двойные молнии. Горячий белый свет и ледяная мгла заплясали вокруг него. Когда все кончилось и вновь повисла тишина, на алтаре остались стоять три шкатулки.

Закрытые.

Ричард знал, что их невозможно открыть без Книги. А Книга существует лишь у него в голове. Шкатулки Одена, а значит, и врата навсегда останутся закрытыми.

Послышался металлический щелчок. Ричард почувствовал, как что-то скользнуло по шее и упало на землю.

Он опустил глаза и увидел на полу ошейник, Рада-Хань. Мерзкая штука расстегнулась. Он свободен.

И боли больше не было. Ричард ощупал грудь. Шрам исчез.

Он стоял посреди тишины, так и не осознав до конца, что же произошло. Он так и не понял, как ему удалось все это проделать.

Все кончено.

А для него вообще все кончено.

Сегодня Кэлен умрет.

И тут он сорвался с места и побежал. Ведь день еще не закончился.

Он выскочил из Сада Жизни, и его немедленно окружили пятеро морд-сит. Не обращая на них внимания, Ричард помчался дальше. В верхнем коридоре его поджидал потный и грязный генерал Тримак с солдатами, такими же потрепанными, как их командир. Многие были в крови.

Бряцая оружием и доспехами, все, кого Ричард смог разглядеть в задымленном коридоре, опустились на колени и отсалютовали. Генерал Тримак поднялся и сделал три шага к Ричарду. Кара заступила ему путь.

– Прочь с дороги, женщина!

Кара не шелохнулась.

– Никто не смеет коснуться магистра Рала.

– Я его защищаю точно так же, как…

– Прекратите, вы оба!

Кара расслабилась и шагнула в сторону. Генерал Тримак схватил Ричарда за плечи.

– Вы сделали это, магистр Рал! Прошло много времени, но вы это сделали!

– Сделал что? И о чем вы толкуете, говоря, что прошло много времени?

Брови генерала поползли вверх.

– Вы провели там почти весь день.

– Что?! – Ричард перестал дышать.

– Мы отчаянно сражались несколько часов, но нас теснили. У них было численное превосходство, примерно десять или пятнадцать к одному. А потом вы метнули молнии. Я в жизни ничего подобного не видел! Волшебник Зорандер говорил мне, что на плато, на котором стоит дворец, наложено мощное заклятие, которое защищает и придает силу магистру Ралу. Никогда бы этому не поверил, если бы не видел собственными глазами! Весь дворец полыхал молниями! Они летели изо всех стен! И эти подлые генералы, верные Даркену Ралу, были истреблены молниями все до единого! И их войско тоже уничтожено! Уцелели лишь те, кто сложил оружие и перешел на нашу сторону.

Ричард не знал, что сказать.

– Я очень рад, генерал, но, боюсь, здесь нет моей заслуги. Я все это время был внизу. И я не очень-то понимаю, что, собственно, сделал там, внизу, не говоря уже о том, что вы рассказываете.

– Мы сражаемся сталь против стали. А вы делаете то, что положено делать вам. Вы – магистр Рал, магия против магии. Мы гордимся вами. – Генерал Тримак хлопнул Ричарда по плечу. – Что бы вы ни совершили, вы сделали правильный выбор.

Ричард потер лоб, пытаясь собраться с мыслями.

– Который час?

– Как я уже сказал, вы провели там почти весь день, пока мы тут сражались. Уже почти вечер.

Ричард отстранил генерала.

– Мне нужно идти.

И он побежал. Все последовали за ним. Очень быстро Ричард запутался в переплетениях коридоров. Остановившись, он обернулся к следовавшей за ним по пятам Каре.

– В какую сторону?

– Куда, магистр Рал?

– Туда, куда я прилетел! Кратчайший путь?

– Следуйте за нами, магистр Рал!

Ричард помчался за пятеркой морд-сит. За ним бежала чуть ли не вся дворцовая армия. Топот сапог и грохот доспехов эхом отражались от стен и высоких потолков.

Они мчались мимо колонн, арок, лестниц, площадок для посвящения. Летели по коридорам и лестницам.

Ричард совершенно выдохся, когда час спустя выскочил в двери между гигантскими колоннами на свежий воздух. Сзади толпились солдаты. Он побежал вниз, перепрыгивая через четыре ступеньки.

Скарлет лежала боком на снегу, спинные гребни вздымались в такт тяжелому дыханию.

– Скарлет! Ты жива! – Ричард ласково потрепал чешуйчатую морду. – Я так беспокоился!

– Ричард. Как вижу, ты умудрился уцелеть. Должно быть, все оказалось не так трудно, как ты думал. – Скарлет попробовала изобразить драконью ухмылку, но ей это плохо удалось. – Прости меня, мой друг, но я не смогу лететь. У меня повреждено крыло. Я пыталась, но, боюсь, пока оно не заживет, я привязана к земле.

Ричард стер слезу с морды зверя.

– Я все понимаю, дорогая. Ты доставила меня сюда и таким образом спасла весь мир. Ты героиня, равной которой не знала история. Ты поправишься? Сможешь снова летать?

У драконихи вырвался смешок.

– Я смогу летать. Но не раньше, чем через месяц или около того. Я поправлюсь. Все не так плохо, как кажется.

Ричард обернулся к стоящим позади офицерам.

– Скарлет – мой друг. Она спасла нас всех. Я хочу, чтобы вы обеспечили ее пищей. И всем, что ей потребуется, пока она не выздоровеет. Защищайте ее, как меня.

Кулаки грянули о доспехи.

Ричард схватил генерала за руку:

– Мне нужен конь. Сильный конь. Немедленно. И необходимо знать, как добраться до Эйдиндрила.

Генерал повернулся:

– Сильного коня, немедленно! Ты, принеси карту с дорогой до Эйдиндрила для магистра Рала!

Солдаты помчались выполнять приказ. Ричард обернулся к драконихе:

– Мне так жаль, что ты страдаешь, Скарлет!

Смех заклокотал в горле драконихи.

– Рана не болит. Погляди-ка сюда, на эту сторону.

Голова на длинной шее повернулась следом за юношей. Ричард изумленно уставился на яйцо, уютно лежащее в кольце хвоста.

Огромный желтый глаз уставился на него.

– Я только что родила. От этого в основном и моя слабость. Так что даже совсем неплохо, что я не могу летать.