Честный вор (ЛП) - Блик Оливер - Страница 7

Я дремал в своем любимом кресле перед включенным телевизором, когда в половине десятого в дверь постучали. На левом плече мужчины висела голубая сумка с эмблемой "Пан-Ам". Правую руку он держал в кармане пальто. Женщина стояла чуть сзади, слева от него.

- Вы всегда открываете дверь, не спросив, кто к вам пришел, мистер Сент-Айвес?" поинтересовался мужчина.

- Если только я не принимаю душ, - ответил я. - Тогда я вообще не открываю дверь.

- Я - Майлс Уайдстейн, - представился он. - Это Джанет Вистлер. Нас послал мистер Прокейн.

- Заходите, - я отступил в сторону.

Уайдстейн снял сумку и поставил ее на столик для покера.

- Мы бы хотели, чтобы вы пересчитали деньги, Нельзя сказать, что они стояли у меня над душой, но не спускали глаз с моих рук. Среди сотенных банкнот оказалось несколько новых, но я решил не обращать на это внимания.

- Вам нужна расписка?" спросил я, убедившись, что они принесли ровно сто тысяч.

- Если вас это не затруднит, - ответила Джанет. Мне всегда нравились высокие стройные женщины, особенно с большими карими глазами и длинными, ниже плеч, распущенными волосами, Я вставил в пишущую машинку лист чистой бумаги и напечатал: "Получено от Майлса Уайдстейна и Джанет Вистлер сто тысяч долларов". Затем фамилию и дату, вытащил лист, расписался и отдал его Уайдстейну.

Тот внимательно прочел написанное, кивнул и передал лист Джанет. Я решил, что ему двадцать четыре года, а ей - двадцать три.

- Мистер Прокейн просил узнать, не потребуется ли вам наша помощь, сказал Уайдстейн.

- Как я понимаю, вы - те самые ученики, о которых он упоминал в разговоре со мной. Уайдстейн улыбнулся.

- Он настаивал на том, чтобы мы спросили вас об этом, - добавила Джанет, передавая расписку Уайдстейну. Тот сложил ее вчетверо и сунул в левый карман пальто.

- Передайте ему мою благодарность за столь любезное предложение, но справлюсь один.

Уайдстейн оглядел груду денег, лежащих на покерном столике.

- Ваша доля - десять процентов, не так ли?

- Да.

- Если у вас откроется вакансия, имейте меня в виду.

- Вы недовольны своим местом? Он покачал головой.

- Конечно, доволен. Но ваше занятие выглядит весьма привлекательным. Никакого риска и высокий заработок.

- Если вы будете прилежно учиться у Прокейна, возможно, мы еще вернемся к этому разговору.

- Возможно, - повторил Уайдстейн и повернулся к Джанет. - Пошли.

Она улыбнулась мне, и они направились к двери. На пороге Уайдстейн обернулся.

- На вашем месте, мистер Сент-Айвес, я бы вел себя более осторожно, открывая дверь. С другой стороны может оказаться кто угодно.

- Вы имеете в виду воров?

На этот раз они улыбнулись вместе.

- Совершенно верно. Именно воров.

Глава 7

В три часа дня мы собрались в кабинете Прокейна. Сам он сидел за столом, Джанет Вистлер, в темно-зеленом брючном костюме, в кресле перед ним, мы с Майлсом Уайдстейном расположились у камина.

Телефон зазвонил в половине пятого. Прокейн снял трубку, послушал и передал мне.

- Сент-Айвео? - произнес приглушенный мужской голос.

- Да. - Как я сказал Прокейну сегодня утром, условия остаются прежними, меняются только время и место.

- Где и когда?

- Завтра, в десять утра...

- Десять утра мне не подходит.

- Почему?

- Как раз в это время два детектива из отдела убийств собираются поговорить со мной о Бобби Бойкинсе и его смерти. Вы знали Бобби, не так ли?

- Хорошо, если понедельник тебя не устраивает, - ответил голос после короткого молчания, - встретимся во вторник, тоже в десять.

- Где?

- Ты знаешь, где находится Вестсайдский аэровокзал?

- На углу Десятой авеню и Сорок Второй улицы.

- Точно. В десять часов ты поднимешься на второй этаж, в мужской туалет. Войдешь в крайнюю левую кабинку, Если она будет занята, подождешь, пока не освободится. Зайди в нее, сядь на стульчик и жди, Деньги принеси в той же сумке с эмблемой "Пан-Ам". Из соседней кабинки тебе под перегородкой просунут другую сумку. Одновременно и точно таким же способом ты передашь свою.

- Не одновременно, - возразил я, - Сначала я должен посмотреть, что в вашей сумке.

- Ладно, можешь посмотреть. А затем отдавай деньги и быстро выметайся из туалета и из аэровокзала. И не вздумай сшиваться поблизости и ждать человека, который выйдет с твоей сумкой. Ты это понял?

- Да.

- Деньги принесешь банкнотами по пятьдесят и двадцать долларов.

- Хорошо.

- И не говори детективам, что ты собираешься делать во вторник утром.

- Вы знали Бобби Бойкинса, не так ли? - вновь спросил я.

Мне ответило молчание, секунд через десять сменившееся короткими гудками. Я положил трубку и передал присутствующим содержание нашего разговора.

- Что он сказал насчет Бойкинса? - спросил Прокейн.

- Ничего.

- Вы думаете, что он убил старика?

- Возможно.

- Но вы не собираетесь говорить об этом полиции?

- Пока мне нечего им сказать, Я даже не знаю, замешан ли Бойкинс в этом деле. Но его тело оказалось в прачечной-автомате, когда я зашел туда в три часа утра.

- Тут должна быть какая-то связь, - заметил Уайдстейн..

- Возможно. Но Бобби Бойкинс - мелкий карманник. Он понятия не имеет, как влезть в чужой дом, не то что вскрыть сейф. А вот среди его знакомых есть неплохие специалисты.

- Вы предполагаете, что он мог быть посредником вора? - спросил Прокейн.

Я покачал головой.

- Я ничего не предполагаю. Но до встречи в аэровокзале я собираюсь кое-что выяснить. Я знаком с людьми, которые знали Бойкинса. Возможно, им что-то известно. Перед смертью Бобби долго били. Он - старик. А в старости отказываются говорить, так как уже знают, что это ни к чему не приведет. Есть только одна причина, по которой Бойкинс мог молчать: он понял, что его убьют, как только он удовлетворит любопытство тех, кто задавал вопросы.

Прокейн перевел взгляд на один из пейзажей, изображавший оленя, стоящего в нерешительности на залитой солнцем опушке. Судя по всему, Прокейн любил рисовать солнечный свет.

- Я вижу, что этот довольно простой обмен становится все более сложным, мистер Сент-Айвес, - сказал он.

- Сложным до предела, - ответил я, - Но убийство никогда ничего не упрощало, хотя большинство из них совершается именно с этой целью.