Энциклопедический словарь (Г-Д) - Брокгауз Ф. А. - Страница 135

А. Т.

Движимость

Движимость — понятие, противополагаемое недвижимости и распадающееся на два: движимые вещи и движимые имущества. Движимыми вещами называются те, которые способны к перемещению с одного места на другое, собственною или постороннею силою, без вреда для их существа, особенностей или естественного назначения. Французский закон называет такие вещи движимыми «по природе», в отличие от движимых вещей «по определению закона», под которыми разумеются так называемые «бестелесные вещи» (res incorporales), обладающие в праве свойствами движимых вещей — права на движимые вещи и обязательства. Последнее, более широкое понятие Д., идущее дальше естественного свойства вещей, совпадает с понятием движимого имущества. Не все фактически движимые вещи и имущества считаются Д.; некоторые из них переходят в разряд недвижимостей или в качестве принадлежностей недвижимых имуществ, или по особому определению закона (напр. по некоторым законодательствам недвижимостями считаются морские суда. В течение истории характер Д. и недвижимости приписывался не всегда одним и тем же вещам: дома, напр., и другие постройки долгое время считались Д., не только благодаря тому, что, будучи строимы из дерева и непрочно связываемы с землею, легко могли быть переносимы с места на место, но и по особому определению закона (напр., дома на чужой земле). Наконец, разными законодательствами объем Д. и недвижимости также определяется различно: по римскому праву, напр., понятие недвижимости (с ее принадлежностями) было гораздо уже, чем по современному. При более точном определении понятия Д. законодательство и юристы прибегают, поэтому, к перечислению движимых имуществ или к указанию исключений из деления, устанавливаемого естественным признаком. Наиболее исчерпывающими в этом отношении являются постановления франц. гражд. кодекса (ст. 527 — 536). Русское право совершенно воздерживается от определения Д., ограничиваясь простым перечислением предметов, признаваемых им за Д. По ст. 401 — 403 т. X ч. 1 к Д. причисляются мореходные и речные суда, книги, рукописи, картины и все предметы, относящиеся к наукам и искусствам, домовые уборы, экипажи, земледельческие орудия, всякого рода инструменты и материалы, лошади, скот, хлеб сжатый и молоченный, всякие припасы, выработанные на заводах, наличные руды, металлы и минералы и все то, что из земли извлечено, наличные капиталы, заемные письма, векселя, закладные и обязательства всякого рода, а также права на золотые прииски на землях казенных и императорских. Ст. 405, разделяя движимые имущества на тленные и нетленные, причисляет к ним ряд других предметов: золото, серебро, каменья, всякую посуду, галантерейные вещи, жемчуг, меховые вещи и съестные припасы. Само собою разумеется, однако, что и с этим добавлением приведенное перечисление движимого имущества остается примерным и подлежит распространению по усмотрению суда.

Деление имуществ на Д. и недвижимые играет важную роль при толковании юридических сделок (напр. завещания, дарения, раздела наследства). Еще большее значение принадлежит ему при установлении самой системы современного имущественного обладания, в которой положение Д. значительно отлично от недвижимости. Сделавшись в средневековой Европе основой социального и экономического положения лица в государстве, недвижимости получили привилегированное положение в праве, выражающееся в большей выработанности их форм и больших заботах государства как о порядке их распределения между обладателями, так и об организации перехода из рук в руки и защиты обладания ими. В противоположность этому, организация обладания Д., способы ее перехода, а также, долгое время, и порядок ее защиты определялись больше усмотрением частных лиц, чем государством. Vilis mobilium possessio — вот поговорка, выражавшая взгляд на юридическое значение Д. Хотя в сознании общества с обладанием Д. соединялись представления о собственности, пользовании, залоге и др. юридических формах обладания, о вещном иске и других способах защиты, тем не менее собственность и другие вещные права на движимость плохо различались: титулом обладания было владение или даже простое держание ; размеры защиты путем вещного иска были ограничены принципом «Hand muss Hand wahren». Способы перехода Д. из рук в руки были свободны от общественного контроля: простое соглашение о передаче или самая передача служили и основанием перехода прав на Д. Меньшую цену придавало Д. право и при определении норм, регулировавших переход ее по наследству, обладание и пользование со стороны супругов и т. д.; тем же объясняется и большая легкость принудительного отчуждения Д., сравнительно с недвижимостью. В дальнейшем процессе развития обнаруживается тенденция к уравнению норм, регулирующих Д., с нормами, касающимися недвижимости. Последнее, однако, не достигнуто в современном праве и до сих пор, несмотря на влияние римского права, не знавшего, в своей развитой форме, неравенства Д. и недвижимости в обороте. Причина этому лежит с одной стороны в том, что Д., в силу требований современного оборота, не может быть подчинена строгим требованиям вещного права, определяющего обладание недвижимостями, а с другой — в том, что полная мобилизация недвижимой собственности вызывает, в силу социальных и экономических соображений, большие протесты. Многие из указанных исторических отличий обладания движимостей остаются, поэтому, и до сих пор в полном применении, как отличительная особенность Д., по крайней мере во французском праве и примыкающей к нему группе законодательств. Сюда относятся: правило «en fait de meubles possession vaut titre» (Code civil, art. 2279), ограничение виндикации, невозможность ипотеки, приобретение путем простого соглашения или договора, и ряд других норм, сближающих вещное право на Д. с обязательственным. В русском праве действуют следующие постановления, отличающие юридическое положение Д. от недвижимости: на осн. ст. 398 т. Х-го, ч. I-й Д. — всегда имущество благоприобретенное; она может быть приобретаема «законными способами, без всяких письменных актов, по одним словесным договорам и соглашениям» (ст. 711); согласно с этим «движимые вещи почитаются собственностью того, кто ими владеет, доколе противное не будет доказано» (ст. 534) — постановление, последняя часть которого значительно ограничивается судебной практикой. О других нормах, отличающих Д. от недвижимости, см. Арест, Взыскание, Дарение, Заклад, Наем, Наследование по закону и др.

Ср. Heusler, «Institutionen des deutsch. Privatrechts» (I, 67, и II, 79 и 113 — 119); Viollet, «Precis de droit civ. franз.» (524 сл.); Laurent «Principes de droit civil» (V, 612 сл.); Unger, «System des osterreich. allgem. Privatrechts» (I, 48); Победоносцев, I, 9.

В. Н.

Дворцы

Дворцы — гражданские здания обширных размеров и художественного исполнения, назначаемые главным образом служит резиденцией владетельных особ и членов их семейств, а также жилищем вельмож и богатых частных лиц. Еще в глубокой древности цари Египта и восточные повелители проявляли свое величие постройкою Д. В Риме императоры воздвигали для своей резиденции Д. на Палатинском холме. Особенно знаменит был Золотой Д. Нерона. Император Диоклетиан построил для себя великолепный Д. у Спалатро, близ Салон. В средние века преобладающее значение приобрели замки. Из этой эпохи сохранились целыми или в виде остатков Д. в Венеции (Д. дожей и др.), Авиньоне (папский Д.), Руане, Бурже. Более многочисленные примеры существуют из эпохи возрождения в Италии, Франции и Германии (гейдельб. Д.). Наибольшим по размерам считается Д. Ватикана, в Риме, затем следовал бывшее Тюльери в Париже. Величиною своею также знамениты: там же Лувр, Зимний Д. в СПб. О русских Д. см. Аничковский Д. и др.

А. Т.

Двудольные

Двудольные (Dicotyledones). — Класс семенных растений, заключающий в ceбе до 80000 видов. Он составляет, следовательно, около 3/4 всего царства растений, а потому представляется преобладающим во всех флорах земного шара. Судя по имеющимся палеонтологическим данным, они и явились на земле позже большинства остальных семенных, следовательно наиболее соответствуют преобладающим в наше время общефизическим условиям. Главный признак Д., на основании которого они получили свое название, состоит в том, что зародыш их снабжен 2 семядолями, сидящими одна против другой. Исключения из этого правила очень редки и зависят от недорастания одной из долей (Cyclamen, Corydalis) или от слабого развития всего зародыша, как то замечается у некоторых чужеядных и получужеядных [Orobanche (заразиха), Pyrola (грушевка) и пр.]. Семядоли по большей части выносятся из почвы во время прорастания семян и скоро зеленеют, реже остаются в почве и не зеленеют, как у гороха. В последнем случае они мясисты. Зародыш этот гораздо чаще, чем у однодольных, не окружен питательною тканью (белком), а лежит прямо под семенною кожурою. Корешок его вытягивается у большинства в виде сильного стержневого корня, остающегося у деревянистых растений на всю жизнь и утолщающегося помощью камбия, подобно стеблю. Древовидных и вообще деревянистых растений здесь несравненно больше, чем между однодольными. Можно принять за общее правило, что в холодных и умеренных странах все деревянистые растения относятся к классу Д. или Голосемянных. Разветвление бывает чрезвычайно богато и разнообразно. Сосудисто-волокнистые пучки Д. открытые и утолщаются помощью камбия, вследствие чего и самый стебель утолщается в противоположность тому, что замечается у типических однодольных (напр. у пальм). Пучки эти располагаются на поперечном разрезе кольцом, тогда как у однодольных они разбросаны по всей поверхности разреза. Листорасположение разнообразно, но чаще всего пятерное, восьмерное и противуположное. Листья во всех отношениях необыкновенно разнообразны — опять в противуположность однодольным; у Д. листовые пластинки в огромном большинстве углонервные, часто сложные или различно надрезанные; у однодольных преобладают параллельно-нервные и криво-нервные, сложных и различно подрезанных чрезвычайно мало, в умеренных и холодных странах нет. Почки у деревянистых Д. одеты нередко чешуями, которые не что иное, как низовые, недоросшие и измененные листья, служащие для предохранения внутренних частей; у однодольных тонких предохранительных чешуй нет. Цветы Д. построены в большинстве случаев по пятерному плану, т. е. имеют по 5 частей в чашечке, в венчике, в андрацее (тычинки, взятые вместе) и в гинецее (пестики, взятые вместе). Это число нередко умножается, но остается все-таки основным, т. е. вместо 5 получается 10, 15 и т. д., в гинецее число это однако же нередко уменьшается. Части различных кружков цветка, у большинства, чередуются; сравнительно редко тычинки приходятся против лепестков. Кроме пятерного, другое число цветочных частей редко, особенно тройное, свойственное однодольным; известны, однако, Д. с четверным (крестоцветные) и даже с семерным числом (Trientalis). Упрощение цветов у Д. совершается, как и в других классах, уменьшением числа частей, которое здесь доходит до последней крайности: у ив, напр., цветок состоит или из одного пестика или 2 тычинок без всякого покрова; но такого множества видов с упрощенными цветами, какое замечается между однодольными, здесь не замечается. Различные авторы делили Д. на различное число классов. В настоящее время выяснились два главных типа этих растений: свободнолепестные и сростнолепестные, прежние однопокровные. Беспокровные считаются упрощенными формами первых, но на деле это еще далеко не достигнуто.