Энциклопедический словарь (Г-Д) - Брокгауз Ф. А. - Страница 169

Дипломатия

Дипломатия — искусство представительства и сношений между государствами. Слово это употребляется также для означена общего понятия о дипломатических агентах и вообще о представительстве того или другого государства. Той части международного права, которая касается прав и обязанностей дипломатических агентов, дают иногда название дипломатического права. Термин Д. (от греч. слова диплом госуд. акт, договор, хартия: дипломаты XVII — XVIII в. ссылками на подобные документы старались придать своим требованиям характер правомерности и поэтому особенно старательно занимались их изучением) вошел в употребление с ХVIII в., но понятие, им выражаемое, восходит ко временам весьма отдаленным. Искусство достигать намеченной цели в международных сношениях имело своих блестящих представителей уже в древности, когда ведение переговоров обыкновенно поручалось ораторам. Филипп Македонский представляет собою тип дипломата, если только хитрость и лукавство могут дать право на этот титул. Могущественные народы древности были проникнуты духом завоевания; их Д. стремилась к созданию всемирной монархии; в международных отношениях господствовало право сильного. В средние века Д. находилась в руках исключительно высшего духовенства. Великие папы были и великими дипломатами своего времени. Когда на смену феодального государства выступили централизованные и абсолютный монархии, стремившиеся к внешнему могуществу и расширению своих границ, политике захватов стала служить Д. обманов. Повсеместное шпионство и подкупы в интересах монарха составляли главную задачу Д. Ходячими правилами были тогда поговорки: «Qui nescit dissimulare, nescit regnare» и «обман за обман». С конца XV в. успехи нравов и общественного воспитания, достигнутые под влиянием возрождения наук и искусств, внесли в Д. по крайней мере тень добросовестности: но в действительности главными средствами ее оставались по-прежнему обман и тайна. Со времени Вестфальского мира начинается созыв конгрессов для устройства международных отношений. Основою этих отношений в принципе признаются начала права, с которыми на словах сообразуются дипломаты. Дипломатическое искусство достигает высокого развития. Во Франции уже при Генрихе IV отличались Сюлли, де-Морнэ, де-Силери и особенно кардинал д'Осса (умер в 1604). Искусный в ведении переговоров и неразборчивый в выборе средств, кардинал Ришелье своими инструкциями послам много содействовал развитию дипломатического искусства. При Людовике XIII выдаются еще граф де-Бриен, маршал де-Бассомпьер, патер Жозеф и, как посредник, граф д'Эстрадес. Царствованию Людовика XIV предшествует опытная в притворстве дипломатия Мазарини. Дипломатия Людовика XIV нашла искусных исполнителей в лице Сервиена, де-Торси, д'Аво, Барильона. Из английских дипломатов выдаются оба Сесиль (Вильям и Роберт), действовавшие в царствование Елизаветы, затем Генри Воттон (Wotton, 1568 — 1639), характерный представитель Д. того времени, автор изречения: «Legatus est vir bonus peregre missus ad mentiendum reipublicae causa» (посланник есть благонадежный муж) посылаемый в чужие края для сокрытия истины в видах пользы государства). Этому хитрому дипломату можно противопоставить благородного и откровенного Вильяма Тэмпля (1628 — 1700), который придерживался принципа, что в политике надо всегда говорить правду. Великим дипломатом был и Вильгельм III, умевший соединить европейские державы в борьбе против властолюбивых замыслов Людовика XIV. Мальборо одинаково знаменит и как полководец, и как дипломат. Из прочих европейских государств Венецианская республика и Нидерланды оставались, до конца последнего столетия, главными школами дипломатических талантов. Венеция выставила Гаспаро Контарини (умер в 1542), Иоанна Корнаро (умер в 1629), Нани (умер в 1668); Нидерланды — Ольденбарневельда (умер в 1619), ван-Аарсена (умер в 1641), де-Витта (умер в 1672), Гейнзиуса (умер в 1720). Австр. дом имел на своей службе непрерывный ряд даровитых дипломатов. Граф Траутмансдорф прославился на Мюнстерском (Оснабрюкском) мирном конгрессе; позднее граф Кауниц (при Марии Терезии и Иосифе II) высказал замечательное искусство в защите интересов императорского дома. Достойным соперником его, при Фридрихе II и Фридрихе-Вильгельме II, был прусский дипломат Герцберг. Уже до-Петровская Русь выставила даровитого дипломата в лице Афан. Лаврент. Ордина-Нащекина (умер в 1680). Из русских дипломатов назовем кн. В. И. Куракина (1677 — 1727), гр. Андрея Остермана (на русск. службе с 1704 — 1747), гр. Алексея Петр. Бестужева-Рюмина (1693 — 1766), гр. Никиту Ив. Панина (1718 — 83). По отношению к руководящим принципам Д. XVIII в. примыкает к Д. XVII в., но с значительными видоизменениями. Властолюбивые стремления могущественных государств к расширению своих границ Д. стремится согласить с началом европейского равновесия, путем политики разделов (systеme copartageant). Войны времен революции и империи не оставляют много места для Д., которая, однако, именно в это время выдвигает одного из самых крупных представителей своих — Талейрана. Гораздо большую роль она играет в так называемую эпоху конгрессов, когда господствует политика «вмешательства». В это время австрийский дипломат, Меттерних, является иногда решителем судеб Европы. Существенно изменяется характер Д. по мере распространения в Западной Европе представительных учреждений, как потому, что в роли дипломатов начинают выступать, между прочим, государственные люди, приобретшие известность на парламентском поприще (Гизо, например, был одно время послом в Лондоне), так и потому, что кабинетная политика дипломатов встречает то поддержку, то препятствия в гласности парламентских прений. Наиболее даровитый из дипломатов второй половины XIX в., Бисмарк — сильный именно тем, что он не только дипломат — соединяет старые дипломатические приемы (введение противника в заблуждение, как, напр., Наполеона III и до, и во время кампании 1866 г.) с новыми (стремление опереться на национальные чувства и страсти), и этим путем достигает поразительных результатов.

В настоящее время приемы Д. в корне изменились. Дипломату мало помогает теперь одна изворотливость: политические обманы, при широком развитии гласности и знаний, сделались затруднительными. Он должен быть искусным, осторожным и дальновидным наблюдателем; иначе сообщаемые им сведения могут послужить источником необдуманных решений и трудно поправимых ошибок. Ярким примером этому может служит французская Д. времен Наполеона III, несущая на себе, особенно в лице Грамона, большую долю ответственности за катастрофу 1870 — 71 г. Что касается до непосредственного влияния Д. на решение вопроса о войне и мире, то оно в последнее время несравненно меньше, чем прежде. Достаточно вспомнить ту роль, которая принадлежит теперь в этом отношении палатам, кабинету, общественному мнению, прессе. В вопросе о войне и мире всего важнее голос финансистов и военных людей, свидетельствующих о готовности или неготовности государства к открытие военных действий; с их решением сообразуются дипломаты. В профессиональный круг действий Д. входит, по-видимому, все, касающееся союзов, прямой или косвенной поддержки, прямого или косвенного противодействия нейтральных до поры до времени держав: и здесь, однако, многое зависит от военной и финансовой стороны вопроса, от количества и качества сил, которыми располагает государство, от степени важности возникшего спора, от решимости или нерешимости рисковать из-за него войною. Нельзя, впрочем, отрицать, что Д. может в значительной степени содействовать сохранению мира. Изыскивать всевозможные средства к предотвращению войны — такова первая задача Д., и в ряду этих средств все более и более выступает на первый план решение распри международным третейским судом. Современную Д., все чаще прибегающую к международному суду, нельзя уже упрекать в том, что она не предупредила ни одной войны. Помимо сохранения мира, в современной Д. лежат все более и более расширяющиеся задачи по упрочению и развитию экономических и духовных интересов международного общения. Д., в XIX в., принимала деятельное участие в прекращении торговли рабами, в обеспечении свободы плавания по морям и по главным европейским рекам, в охранении частной собственности во время морских войн. Она способствовала заключению Женевской конвенции 1864 г. об уходе за ранеными и сделала попытку, на Брюссельской конференции 1874 г., уменьшить ужасы войны. От современного дипломата требуется солидное образование, основательное знакомство с началами права, в особенности с международным правом и конституционным правом европейских государств, со всемирной историей, политической экономикой и статистикою. В общем личность дипломатического агента все более в более теряет свое значение в наш век жел. дорог, телеграфов и телефонов. Многими высказывается мысль об упразднении послов, посланников и посольств, как инстанции излишней, в виду новых средств ведения переговоров.