Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 432

А когда они вошли к нему, был с ними Иблис-проклятый, который нашептывал им, и они стали уговаривать Али выйти с ними на рынок. И Иблис подстрекал его согласиться, пока юноша не согласился выйти с ними из дома..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Четыреста двадцать шестая ночь

Когда же настала четыреста двадцать шестая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что дети купцов вошли к купцу Али-египетскому, сыну купца Хасана-ювелира,

Четыреста и стали его уговаривать выйти с ними двадцать шестая да рынок, и он согласился на это, ради ночь дела, угодного Аллаху, - величие и слава ему! - и вышел с ними из дома, и они сказали ему: "Садись на твоего мула и поедем с нами в такой-то сад. Мы там погуляем, и пройдет твоя печаль и размышление".

И юноша сел на мула и взял с собою раба и поехал с ними в сад, в который они направлялись, а когда они оказались в саду, один из них ушел и приготовил обед и принес его в сад, и все поели и стали веселиться и просидели, разговаривая, до конца дня, а потом они сели и уехали, и каждый из них отправился домой. И они проспали ночь, а когда наступило утро, юноши пришли к Али и сказали: "Пойдем с нами!" - "Куда?" - спросил он. И юноши ответили: "В такой-то сад - он лучше и приятнее, чем первый".

И Али сел верхом и поехал с ними в тот сад, в который они направлялись. Когда они оказались в саду, один из них ушел и приготовил обед и принес его в сад и принес вместе с обедом опьяняющего вина. И они поели, а затем подали вино, и юноши сказали Али-египетскому: "Вот это прогоняет печаль и снимает покров с радости". И они уговаривали его до тех пор, пока не взяли над ним верх. И он выпил с ними, и они продолжали беседовать и пить до конца дня, а потом отправились по домам, но только у Али-египетского сделалось от вина головокружение. И он вошел к своей жене, и та спросила: "Что это ты изменился?" И Али ответил: "Мы сегодня веселились и развлекались, и один из наших друзей принес нам воды, и мои товарищи ее выпили, и я выпил с ними, и у меня сделалось такое головокружение". - "О господин, - сказала ему жена, - разве ты забыл завет своего отца? Ведь он запретил тебе общаться с сомнительными людьми". - "Это дети купцов, а не сомнительные люди, это люди удовольствия и веселья", ответил Али. И он продолжал жить со своими друзьями таким образом, и каждый день они ездили в то или другое место, и ели и пили, пока ему не сказали: "Наша очередь кончилась и очередь теперь за тобой". - "Приют и уют, добро пожаловать!" - ответил Али и наутро принес полностью все, чего требовали обстоятельства, из еды и питья - вдвойне столько, сколько приготовляли они, и взял с собой поваров и слуг и кофейщиков, и они отправились на остров ар-Рауду к пиломеру и пробыли там целый месяц за едой, питьем, пением и развлечениями.

Когда же прошел месяц, Али увидел, что он истратил внушительную сумму денег, но Иблис-проклятый обманул его и сказал: "Если бы ты тратил каждый день столько, сколько ты теперь истратил, твоих денег бы не убавилось". И Али не стал думать о деньгах и провел таким образом три года, и жена его давала ему советы и напоминала ему о завете его отца, но юноша не слушал ее, пока не вышли все наличные деньги, какие у него были. И тогда он стал брать драгоценные камни и продавать их и тратил вырученное за них, пока не израсходовал и это. А потом он принялся продавать дома и недвижимость, так что ничего у них не осталось. А когда все было продано, он начал продавать деревни и сады, один за другим, пока и это не ушло, и у него не осталось никакого имущества, кроме дома, в котором он жил. И стал он выламывать мрамор и балки, и кормился на это, пока не сгубил все, и тогда он посмотрел на себя и не нашел ничего, что можно было бы продать. И он продал дом и истратил все деньги.

А после этого пришел к нему тот, кто купил у него дом, и сказал: "Присмотри для себя помещение - мне нужен мой дом". И Али подумал и не нашел у себя ничего, что бы нуждалось в помещении, кроме его жены (а она родила от него сына и дочь), и не осталось у него слуг, кроме него самого и его семьи. И он нанял себе комнату в каком-то дворе и стал в ней жить после величия и изнеженности, и множества слуг и денег. Теперь же не было у него пищи и на один день.

И жена его сказала ему: "От этого я предостерегала тебя и говорила: "Храни завет твоего отца!" Но ты не послушал моих слов. Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого! Откуда будет пища малым детям? Подымайся и обойди твоих друзей, сыновей купцов - может быть, они дадут тебе что-нибудь, чем мы сегодня прокормимся".

И Али поднялся и отправился к своим друзьям, одному за другим, но всякий из тех, к кому он направился, прятал от него свое лицо и заставлял его слушать слова неприятные и болезненные, и никто из них ничего ему не дал.

И Али вернулся к своей жене и сказал ей: "Они мне ничего не дали". Тогда она пошла к соседям, чтобы чегонибудь у них попросить..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Четыреста двадцать седьмая ночь

Когда же настала четыреста двадцать седьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что жена Али-египетского, сына купца Хасана-ювелира, когда ее муж вернулся к ней ни с чем, пошла к соседям, чтобы попросить у них что-нибудь, чем бы им прокормиться в этот день, я отправилась к одной женщине, которую она знала в прежние дни. И когда она вошла к этой женщине и та увидала ее состояние, она поднялась и приняла ее приветливо и заплакала и спросила: "Что с вами случилось?"

И жена Али рассказала ей обо всем, что было с ее мужем, и женщина воскликнула: "Добро пожаловать!

Приют и уют! Все, что тебе нужно, требуй от меня без возмещения!" "Да воздаст тебе Аллах благом!"отвечала жена Али. И потом ее соседка дала ей достаточно для нее и ее семьи, чтобы содержать их целый месяц, и она взяла это и отправилась в свое помещение. И когда ее муж увидал ее, он заплакал и спросил: "Откуда у тебя это?" И она ответила: "От такой-то. Когда я рассказала ей, что с нами произошло, она ничего не упустила и сказала: "Все, что тебе нужно, проси у меня". - "Раз у тебя это есть, - сказал ей муж, - я пойду и отправлюсь в одно место - быть может, Аллах великий поможет нам".