Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 466

И меня вывели и сказали: "У царя есть дочь, которую поразило великое нездоровье, и врачи оказались бессильны ее вылечить, и всякого врача, который входил к ней и лечил ее, но его лечение не приносило пользы, царь убивал. Посмотри же, как ты решишь". - "Царь направил меня к ней, сказал я, - введите же меня".

И меня подвели к дверям царевны, и когда я подошел, постучали в них и вдруг слышат, она кричит из комнаты: "Введите ко мне врача, обладателя дивной тайны! - и потом произносит:

Открывайте двери - вот явился врач,

На меня взгляните - тайну знаю я.

О, доколе близкий будет отдался,

И доколе дальний будет близок к нам?

Среди вас в изгнанье находилась я,

Близкого послал мне Правый, чтоб развлечь.

Связаны родством мы в вере нашей с ним;

Вот мы повидались, как влюбленных два.

Он позвал меня для встречи, и тогда

Был далек от нас хулитель и элодей.

Бросьте же хулить, и брань оставьте вы,

Горе вам, не стаду вам я отвечать!

На конечное не стану я смотреть,

Лишь к тому, что будет вечно, я стремлюсь".

И вдруг некий престарелый старец быстро открыл двери и сказал: "Входи!" И я вошел и увидел комнату, убранную всевозможными цветами, и занавес, опущенный в углу, а из-за занавеса были слышны слабые стоны, исходившие из похудевшего тела. И я сел напротив занавеса и хотел произнести приветствие, но вспомнил слова его (да благословит его Аллах и да приветствует!): "Не желайте первые мира евреям или христианам, а если встретили их на дороге, оттесняйте их на путь наиболее узкий", - я удержался. И девушка закричала из-за занавески: "Где приветствие единобожия и преданности Аллаху, о Хаввас?"

И я удивился этому, - говорил Хаввас, - и спросил девушку: "Как ты меня узнала?" И она ответила: "Когда чисты сердца и умы, говорит язык ясно о том, что скрыто в тайных мыслях. Я просила вчера Аллаха послать ко мне друга из числа друзей своих, при помощи которого мае будет освобождение, и раздался возглас из угла моей комнаты: "Не печалься, мы пошлем к тебе Ибрахима аль-Хавваса".

"Что с тобою?" - спросил я девушку. И она сказала: "Уже четыре года как мне блеснула явная истина, и она - мой собеседник и друг, мой близкий и товарищ! И родные бросали на меня взоры и делали обо мне предположения и приписывали мне бесноватость, но все врачи среди них, что входили ко мне, нагоняли на меня тоску, и вое посетители меня смущали". - "А что привело тебя к тому, чего ты достигла?" - опросил я. И девушка сказала: "Явные доказательства и ясные знамения: когда ясна для тебя дорога, ты увидишь и ведомого и водителя".

И когда я разговаривал с девушкой, вдруг пришел тот старец, что был к ней приставлен, и опросил: "Что сделал твой врач?" И девушка сказала: "Он узнал болезнь и угадал лекарство..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Четыреста семьдесят восьмая ночь

Когда же настала четыреста семьдесят восьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что старец, приставленный к девушке, войдя к ней, спросил: "Что сделал твой врач?" И она ответила: "Он узнал болезнь и угадал лекарство". И я увидел, что он рад и доволен, и он проявил ко мне милость и благоволение. Он пошел к царю и рассказал ему обо воем, и царь побуждал его оказывать мне почет, и я посещал девушку в течение семи дней.

И она наконец спросила меня: "О Абу-Исхак, когда же будет переселение в землю ислама?" И я ответил: "Как можно вывести тебя отсюда и кто отважится это сделать?" - "Тот, кто ввел тебя ко мне и направил", - молвила девушка. И я воскликнул: "Прекрасно то, что ты сказала!"

И когда наступил следующий день, мы вышли из ворот крепости, и скрыл нас от глаз тот, чье дело, когда захочет он чего-нибудь, сказать: "Будь!" - и оно бывает. И я не видел никого, кто бы лучше выносил пост и стояние на молитве, чем эта девушка, - говорил Ибн альХаввас. - Она жила в соседстве со священным храмом Аллаха семь лет, а затем окончила она свой срок, и была земля Мекки ей могилой".

Да низведет на нее Аллах милости и да помилует того, кто сказал такие стихи:

Когда привели ко мне врача и увидел он

Следы изобильных слез и хвори томительной,

Покров он с лица мне снял, до видеть од мог под ним

Лишь вздохи, и ни души, ни тела там не было.

И молвил он: "Этого нам вылечить нелегко.

Есть тайны ведь у любви, и их не узнать умом".

Сказали: "Когда никто не знает, чем болен он,

И трудно болезни дать названье посредством слов,

То как же лекарствами окажешь ты действие?"

"Оставьте, - ответил врач, - сужу я не разумом!

Рассказ ОБ ОДНОМ ИЗ ПРОРОКОВ

Рассказывают также, что один из пророков поклонялся Аллаху на высокой горе, под которой бежал ручей. И днем он сидел на вершине горы, так что люди его не видели, и поминал Аллаха великого, смотря на людей, которые приходили к ручью. И когда, в какой-то день, этот пророк сидел и смотрел на ручей, он вдруг увидел всадника, который подъехал на своем коне и спешился и положил на землю мешок, висевший у коня да шее. Он отдохнул и напился воды и потом уехал и оставил мешок (а в мешке были динары).

И вдруг подошел человек к ручью и взял мешок с деньгами и напился и ушел невредимый. И пришел после него дровосек, который нес на спине тяжелую вязанку дров, и сел у ручья, чтобы налиться воды, и вдруг первый всадник подъехал, опечаленный, и спросил дровосека: "Где мешок, который был здесь?" - "Я не знаю, что с ним", - отвечал дровосек, и всадник вынул меч и, ударив дровосека, убил его. Он стал искать у него в одежде, но ничего не нашел и оставил его и уехал своей дорогой.

И тогда этот пророк воскликнул: "О господи, один взял тысячу динаров, а другой убит безвинной И Аллах ниспослал ему откровение: "Будь занят своим благочестием: управление царством не твое дело. Отец этого всадника насильно отнял тысячу динаров из денег тоге человека, и я отдал сыну власть над деньгами его отца. А дровосек убил отца этого всадника, и я дал сыну возможность отомстить". И сказал этот пророк: "Нет бога, кроме тебя! Хвала тебе! Ты знаешь скрытое..."