Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 502

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Пятьсот тридцать третья ночь

Когда же настала пятьсот тридцать третья ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что Булукия, когда аль-Хидр (мир с ним!) доставил его к воротам его дома, открыл глаза и хотел проститься с ним, но не нашел его. И он вошел в свой дом, и когда его мать увидела его, она испустила громкий крик и упала от радости, и ей брызгали на лицо воду, пока она не очнулась, а очнувшись, она обняла своего сына и заплакала сильным плачем, а Булукия то плакал, то смеялся. И к нему пришли его родные и домочадцы и все его товарищи и стали его поздравлять с благополучием. И разнеслась по стране весть об этом, и стали приходить к нему подарки со всех концов, и забили барабаны, и засвистели флейты, и все радовались великой радостью. А после этого Булукия рассказал родным свою историю и поведал им обо всем, что с ним случилось, и о том, как аль-Хидр привел его и доставил к воротам его дома, и все удивились этому и плакали до тех пор, пока им не надоело плакать".

И все это рассказала царица змей Хасибу Карим-аддину. И Хасиб Карим-ад-дин удивился этому и заплакал сильным плачем, а затем он сказал царице змей: "Я хочу отправиться в мою страну!" И царица змей ответила ему: "Я боюсь, о Хасиб, что, достигнув своей страны, ты нарушишь обет и не исполнишь клятву, которую ты мне дал, и пойдешь в баню". И Хасиб поклялся ей другими верными клятвами, что всю жизнь не будет ходить в баню, и тогда царица змей приказала одной змее и сказала ей: "Выведи Хасиба Карим-ад-дина на лицо земли!" И змея взяла Хасиба и переходила с ним с места на место, пока не вывела его на лицо земли из под крышки заброшенного колодца, а затем он пошел, и шел, пока не дошел до своего города.

И он отправился в свой дом (а было это в конце дня, когда пожелтело солнце) и постучал в ворота, и вышла его мать и открыла ворота и увидела своего сына, который стоял перед нею. И, увидев его, она вскрикнула от сильной радости и бросилась к нему и заплакала, и когда услышала ее плач жена Хасиба, она вошла к ной и увидела своего мужа и приветствовала его и поцеловала ему руки. И они сильно обрадовались друг другу и вошли в дом, и когда они уселись и Хасиб посидел среди своих родных, он спросил о дровосеках, которые рубили с ним дрова и ушли и оставили его в колодце, и мать оказала ему: "Они пришли ко мне и сказали: "Твоего сына съел волк в долине". Они сделались большими купцами и владеют именьями и лавками, мир стал для них просторен, и они каждый день приносят нам еду и питье, и таково их обыкновение до сего времени". - "Завтра пойди к ним, - сказал Хасиб, - и скажи им: "Хасиб Карим-аддин вернулся из путешествия; приходите его встречать я приветствовать его".

И когда наступило утро, его мать пошла по домам дровосеков и оказала им то, что поручил ей сказать ее сын.

И, услышав ее слова, дровосеки изменились в виде и сказали ей: "Слушаем и повинуемся!" И каждый из них дал ей шелковую одежду, вышитую золотом, и они сказали ей: "Отдай их твоему сыну, пусть он их наденет, и скажи ему: "Они завтра к тебе придут". И мать Хасиба сказала им: "Слушаю и повинуюсь!" - и вернулась от них к сыну и осведомила его об этом и отдала ему то, что дали ей дровосеки.

Вот что было с Хасибом Карим-ад-дином и его матерью. Что же касается дровосеков, то они собрали множество купцов и осведомили их о том, что произошло изза них с Хасибом Карим-ад-дином, и спросили их: "Что нам теперь с ним делать?" И купцы ответили им: "Каждому из вас следует отдать ему половину своих денег и невольников", - и все согласились с этим мнением.

И каждый из них взял половину своих денег, и они все пошли к Хасибу и приветствовали его и поцеловали ему руки и отдали ему принесенное и сказали: "Это часть твоей милости, и мы стоим перед тобою!" И Хасиб принял от них деньги и оказал им: "То, что ушло, ушло! Это было суждено Аллахом, а то, что суждено, сильней того, чего боишься!"

"Пойдем с нами, погуляем по городу и сходим в баню", - сказали ему купцы. И Хасиб ответил: "Я дал клятву, что не пойду в баню всю жизнь". "Пойдем с нами к нам домой, мы тебя угостим", - сказали купцы. И Хасиб ответил: "Слушаю и повинуюсь!" А затем он поднялся и пошел с ними к ним домой, и каждый из купцов угощал его один вечер, и они делали это в течение семи вечеров.

И стал Хасиб обладателем денег, имений и лавок, и вокруг него собирались купцы города, и он рассказывал им обо всем, что с ним случилось, и сделался он одним из знатных купцов. И он правел так некоторое время, и в один из дней случилось ему выйти, чтобы пройтись по городу. И вдруг один его товарищ (а он был банщик) увидал его, когда он проходил мимо ворот бани, и глаза встретились с глазами, и банщик приветствовал Хасиба и обнял его и воскликнул: "Сделай мне милость, войди в баню и разотрись, пока я приготовлю тебе угощение". - "Я дал клятву, что не буду ходить в баню всю жизнь", - ответил Хасиб. И банщик стал клясться и воскликнул: "Мои три жены разведены со мной трижды, если ты не войдешь со мной в баню и не помоешься там!"

И Хасиб Карим-ад-дин смутился душою и сказал банщику: "Разве ты хочешь, брат мой, сделать моих детей сиротами, разрушить мой дом и возложить грех на мою шею?" И тогда банщик бросился к ногам Хасиба Каримад-дина и стал их целовать и воскликнул: "Я прибегаю к твоему соседству! Войди ко мне в баню, и грех будет на моей шее". И рабочие в бане и все, кто был там, собрались вокруг Хасиба Карим-ад-дина и стали его упрашивать и сняли с него одежду и ввели его в баню.

И едва только он вошел туда и сел у стены и начал поливать себе голову водой, как пришли к нему двадцать человек и сказали: "Уходи от нас, о человек, ты ответчик перед султаном!" И они послали одного из них к везирю султана, и этот человек отправился к нему и осведомил везиря, и везирь сел на коня вместе с шестьюдесятью мамлюками, и они поехали и приехали в баню и встретились с Хасибом Карим-ад-дином. И везирь приветствовал его и оказал: "Добро пожаловать!" - и дал банщику сто динаров и приказал подвести Хасибу коня, чтобы он на нем ехал. А затем везирь сел на коня вместе с Хасибом, и люди везиря тоже сели, и они взяли Хасиба и ехали с ним, пока не приехали ко дворцу султана. И везирь и его люди спешились, и Хасиб тоже сошел на землю, и он сел во дворце, и ему принесли трапезу, и вое поели, выпили и вымыли руки. И везирь наградил Хасиба двумя почетными одеждами, каждая из которых стоила пять тысяч динаров, и сказал ему: "Знай, что Аллах послал тебя к нам и проявил к нам милость твоим приходом: султан стал близок к смерти от проказы, которая постигла его, и наши книги указывают, что жизнь его в твоих руках".