Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 687

И потом он вынес ему с ритль савика [606] и сказал: "Возьми его с собой и знай, что, когда она увидит савик, она спросит: "Что это такое и что ты будешь с этим делать?" А ты скажи: "Увеличение блага - благо". И поешь его. А когда она вынесет тебе свой савик и скажет: "Поешь этого савика", - сделай вид, что ты ешь его, а сам ешь свой савик и берегись съесть сколько-нибудь ее савика, хотя бы одно зернышко. Если ты съешь его хоть одно зернышко, ее колдовство получит над тобой власть, и она тебя заколдует и скажет тебе: "Выйди из человеческого образа!" И ты перейдешь из твоего образа в оораз, какой она пожелает. А если ты не поешь ее савика, ее колдовство уничтожится, и оно ничем тебе не повредит, и будет она смущена до пределов смущения. Она станет тебе говорить: "Я только с тобой пошутила". И признаваться тебе в любви и дружбе, но все это с ее стороны лицемерие и коварство, а ты тоже прояви к ней любовь и скажи ей: "О госпожа моя и свет моего глаза, поешь этого савика и посмотри, какой он сладкий". И если она съест его хоть одно зернышко, возьми в руку воды, брось ее ей в лицо и скажи: "Выйди из человеческого образа!" И она примет образ, какой ты хочешь. А потом отпусти ее и приходи ко мне, и я тебе что-нибудь придумаю".

И Бедр-Басим простился со стариком и пошел и, придя во дворец, пошел к царице, и та, увидев его, воскликнула: "Семья, приют и простор!" А затем она поднялась и поцеловала Бедр-Басима и сказала: "Ты заставил меня ждать, о господин". - "Я был у моего дяди, - отвечал Бедр-Басим, - и мой дядя накормил меня таким савиком". - "А у нас есть савик лучше этого", сказала царица, и потом она положила его савик на блюдо, а свой савик на другое блюдо и сказала: "Поешь вот этот, он лучше, чем твой савик".

И Бедр-Басим сделал вид, что ест ее савик, и когда царица решила, что он съел его, она набрала воды и обрызгала юношу и сказала: "Выйди из твоего образа, о негодяй, о скверный, и будь в образе мула, одноглазого и скверного видом!" Но Бедр-Басим не изменился. И когда царица увидела, что он все такой же и не изменился, она поднялась и поцеловала его меж глаз и сказала: "О мой любимый, я только пошутила с тобой. Не сердись на меня за это". - "Клянусь Аллахом, о госпожа, - ответил Бедр-Басим, - я не рассердился на тебя нисколько и уверен, что ты меня любишь. Поешь же моего савика". И царица взяла кусочек и съела его, и когда савик утвердился у нее в желудке, она задрожала, а царь Бедр-Басим взял в руку воды и брызнул ею в лицо женщины и сказал: "Выйди из твоего человеческого образа в образ пегого мула!" И не успела царица на себя оглянуться, как уже оказалась в таком виде, и слезы заструились у нее до лицу, и она стала тереться щеками о ноги Бедр-Басима. И юноша встал, чтобы взнуздать ее, но она не принимала узды, и он оставил ее и пошел к старику и осведомил его о том, что случилось. И старик встал и вынес ему уздечку и сказал: "Возьми эту уздечку и взнуздай ею мула".

И Бедр-Басим взял узду и пришел к царице, и, увидав его, она подошла к нему, и он вложил узду ей в рот и сел на мула и выехал из дворца и отправился к старику Абд-Аллаху. И, увидев царицу, Абд-Аллах поднялся и сказал ей: "Да посрамит тебя Аллах великий, о проклятая!" А затем старик сказал Бедр-Басиму: "О дитя мое, не осталось тебе в этом городе пребывания. Садись на этого мула и поезжай на нем в какое хочешь место, но берегись отдать кому-нибудь уздечку".

И царь Бедр-Басим поблагодарил его и поехал и ехал не переставая три дня и подъехал к одному городу. И его встретил старик, прекрасный сединами, и спросил его: "О дитя мое, откуда ты прибыл?" - "Из города этой колдуньи", - отвечал Бедр-Басим. И старик сказал: "Сегодня вечером ты мой гость". И Бедр-Басим согласился и поехал с ним по дороге. И вдруг появилась одна женшина-старуха, и, увидав мула, она заплакала и сказала: "Нет бога, кроме Аллаха! Этот мул похож на околевшего мула моего сына. Он умирает, и мое сердце из-за него расстроено; заклинаю тебя Аллахом, о господин, продай мне твоего мула". - "Клянусь Аллахом, о матушка, я не могу его продать", - ответил Бедр-Басим. И старуха воскликнула: "Заклинаю тебя Аллахом, не отвергай моей просьбы. Мой сын, если я не куплю ему этого мула, умрет несомненно". И затем она распространилась в просьбах, и Бедр-Басим сказал ей: "Я не продам его иначе, как за тысячу динаров". А про себя Бедр-Басим думал: "Откуда этой старухе достать тысячу динаров?" И старуха вынула из-за пояса тысячу динаров, и, увидев это, царь Бедр-Басим сказал: "О матушка, я только пошутил с тобой, я не могу продать тебе этого мула". Старуха посмотрела на него и сказала: "О дитя мое, в этом городе никто не лжет, и всякого, кто солжет в городе, убивают". И царь Бедр-Басим сошел с мула..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Семьсот пятьдесят шестая ночь

Когда же настала семьсот пятьдесят шестая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что царь Бедр-Басим сошел с мула и отдал его старой женщине, а та вынула уздечку изо рта мула и, взяв в руку воды, обрызгала его и сказала: "О дочь моя, перейди из этого образа в тот образ, в котором ты была прежде".

И мул тотчас же превратился и вернулся к своему прежнему образу, и обе женщины бросились друг к другу в объятия, и царь Бедр-Басим понял, что эта старуха - мать царицы, и хотел бежать. И вдруг старуха издала великий свист, и предстал перед ней ифрит, подобный огромной горе. И царь Бедр-Басим испугался и остался стоять, и старуха села ифриту на спину и посадила свою дочь сзади, а царя Бедр-Басима впереди, и ифрит полетел с ними, и прошло не более часа, и они достигли дворца царицы Лаб. И когда царица села на престол царства, она обратилась к царю Бедр-Басиму и сказала ему: "О негодный, я достигла этого места и получила то, что желала, и я покажу тебе, что сделаю с тобой и этим старым торговцем овощами! Сколько я делала ему добра, а он только зло, и ты достиг желаемого только при его посредстве". И потом она взяла воды и обрызгала ею БедрБасима и сказала: "Перейди из того образа, в котором ты пребываешь, в образ птицы гадкого вида, самой гадкой, какая есть среди птиц". И Бедр-Басим сейчас же превратился и сделался птицей гадкого вида. И царица посадила его в клетку и лишила его пищи и питья. Но увидала его одна невольница и пожалела его и стала его кормить и поить без ведома царицы. И в один из дней невольница увидела, что ее госпожа не замечает, и вышла и отправилась к старику торговцу и осведомила его об этом деле и сказала ему: "Царица Лаб намерена погубить твоего племянника". И старик поблагодарил ее и сказал: "Я непременно отниму у нее город и сделаю тебя его царицей вместо нее".