Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 714

И тогда персиянин открыл мешок и вынул оттуда жернов и еще вынул немного пшеницы и смолол ее на этом жернове и замесил из нее три лепешки. И он зажег огонь и спек лепешки, а затем он вынул медный барабан и разрисованный жгут и начал бить в барабан, и появились верблюды, и тогда персиянин выбрал из них одного и зарезал его и содрал с него шкуру и, обратившись к Хасану, сказал ему: "Слушай, о дитя мое, о Хасан, что я тебе скажу". - "Хорошо", - ответил Хасан. И персиянин молвил: "Войди в эту шкуру, и я зашью тебя и брошу на землю, и прилетит птица ястреб, и понесет тебя, и взлетит с тобою на вершину горы. Возьми с собой этот нож, и, когда птица перестанет лететь, и ты почувствуешь, что она положила тебя на гору, проткни ножом шкуру и выйди: птица тебя испугается и улетит, а ты нагнись ко мне с вершины горы и крикни мне, и я скажу тебе, что делать".

И он приготовил ему те три лепешки и бурдючок с водой и положил это, вместе с ним, в шкуру и зашил ее.

А потом персиянин удалился, и прилетела птица ястреб и понесла Хасана и взлетела с ним на вершину горы. И она положила Хасана, и когда Хасан понял, что ястреб положил его на гору, он проткнул шкуру и вышел из нее и крикнул магу. И, услышав его слова, маг обрадовался и заплясал от сильной радости и крикнул: "Иди назад и обо всем, что увидишь, осведоми меня". И Хасан пошел и увидел много истлевших костей, возле которых было множество дров, и рассказал персиянину обо всем, что увидел, и персиянин крикнул: "К этому-то мы и стремимся и этого ищем! Набери дров шесть вязанок и сбрось их ко мне. С ними-то мы и делаем алхимию".

И Хасан сбросил ему шесть вязанок, и, увидев, что эти вязанки достигли его, маг крикнул Хасану: "О негодяй, исполнено дело, которое я хотел от тебя! Если хочешь, оставайся на горе или кинься вниз на землю, чтобы погибнуть". И после этого маг ушел, а Хасан воскликнул: "Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого! Этот пес схитрил со мной!" И он сел и принялся оплакивать себя и произнес такие стихи:

"Когда Аллах захочет сделать что-нибудь

С разумным мужем, видящим и слышащим,

Он оглушит его, и сердце ослепит,

И разум вырвет у него, как волосок!

Когда же суд над ним исполнит свой господь,

Вернет он ум ему, чтоб поучался он.

Не спрашивай о том, что было, "Почему?"

Все будет, как судьба твоя и рок велит..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Семьсот восемьдесят четвертая ночь

Когда же настала семьсот восемьдесят четвертая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что когда маг поднял Хасана на гору и Хасан сбросил ему сверху то, что было ему нужно, персиянин выругал его, а потом он оставил его и ушел.

И воскликнул Хасан: "Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого! Этот проклятый пес схитрил со мной".

И он поднялся на ноги и посмотрел направо и налево и пошел по вершине горы, уверенный в душе, что умрет. И он ходил, пока не дошел до другого конца горы. И тогда он увидел возле горы синее море, где бились волны, и море пенилось, и каждая волна была, как большая гора. И Хасан сел и прочитал сколько пришлось из Корана и попросил Аллаха великого облегчить его участь либо смертью, либо освобождением от этих бедствий, а потом он прочитал над собой похоронную молитву и бросился в море. И волны несли его, хранимого Аллахом великим, пока он не вышел из моря невредимый, по могуществу Аллаха великого, и он обрадовался и прославил великого Аллаха и поблагодарил его.

И потом Хасан встал и пошел, ища чего-нибудь поесть, и, когда это было так, он вдруг оказался в том месте, в котором стоял с Бахрамом-магом. И он прошел немного и вдруг увидел большой дворец, высящийся в воздухе, и он вошел туда, и оказалось, что это тот дворец, о котором он спрашивал мага, и Бахрам сказал ему: "В этом дворце мой враг". И Хасан воскликнул: "Клянусь Аллахом, я непременно должен войти в этот дворец. Быть может, облегчение достанется мне там!" И он подошел ко дворцу и увидел, что ворота его открыты, и, войдя в ворота, он увидел в проходе каменную скамью, а на скамье - двух девушек, подобных луне, перед которыми стояла шахматная доска, и они играли. И одна из девушек подняла голову к Хасану и закричала от радости и сказала: "Клянусь Аллахом, это сын Адама, и я думаю, это тот, которого привел в этом году Бахрам-маг".

И когда Хасан услышал ее слова, он бросился перед девушками на землю и заплакал сильным плачем и воскликнул: "О госпожи мои, клянусь Аллахом, я и есть этот бедняк!" И младшая девушка сказала своей старшей сестре: "Засвидетельствуй, о сестрица, что этот человек - мой брат по обету Аллаха и клятве ему, и я умру его смертью, буду жить его жизнью, радоваться его радостью и печалиться его печалью". И она поднялась и обняла Хасана и поцеловала его и, взяв его за руку, вошла с ним во дворец, и ее сестра вошла с нею. И девушка сняла с Хасана его поношенные одежды, принесла одеяние из платьев царей и надела его на юношу, а потом приготовила ему всевозможные кушанья и подала их Хасану и села, вместе со своей сестрой. И они поели с Хасаном и сказали ему: "Расскажи нам твою историю с этим псом и нечестивым колдуном с тех пор, как ты попался ему в руки, и до тех пор, как ты от него освободился, а мы расскажем тебе, что у нас с ним случилось от начала до конца, чтобы ты был от него настороже, когда его увидишь".

И когда Хасан услышал их слова и увидел, что они с ним приветливы, его душа успокоилась, и ум вернулся к нему, и он рассказал девушкам о том, что у него случилось с магом от начала до конца. "А ты спрашивал его об этом дворце?" - спросили девушки. И Хасан ответил: "Да, я его спрашивал, и он сказал мне: "Я не люблю упоминания о нем, так как этот дворец принадлежит шайтанам и дьяволам". И девушки разгневались сильным гневом и сказали: "Разве этот нечестивец считает нас шайтанами и дьяволами?" - "Да", - ответил Хасан. И младшая девушка, сестра Хасана, воскликнула: "Клянусь Аллахом, я убью его наихудшим убиением и лишу его земного ветерка". - "А как ты до него доберешься и убьешь его: он ведь колдун и обманщик?" - спросил Хасан. И девушка ответила: "Он в саду, который называется аль-Машид, и я непременно вскоре его убью". - "Хасан сказал правду, и все, что он говорил про этого пса, - правильно, - сказала ее сестра, - но расскажи ему всю нашу историю, чтобы она осталась у него в уме".