Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 755

А что касается еврея, то он протянул руку с динаром и дал его Халифа-рыбаку, говоря: "Возьми это себе, о Халифа, и трать на твою семью". И когда Халифа увидал динар у себя в руке, он воскликнул: "Слава властителю власти!", точно он никогда в жизни не видал ни кусочка Золота, и взял динар и прошел немного. Но потом он вспомнил наставление обезьяны и вернулся и бросил еврею динар и воскликнул: "Возьми твое золото и отдай людям их рыбу! Разве люди для тебя посмешище?" И еврей, услышав его слова, подумал, что он с ним шутит, и дал ему два динара сверх первого динара, но Халиф сказал: "Подавай рыбу, без шуток! Разве ты не Знаешь, что я продаю рыбу за такую пену?" И еврей протянул руку еще к двум и сказал Халифе: "Возьми эти пять динаров в уплату за рыбу и брось жадничать!" И Халифа взял деньги в руку и ушел с ними, радуясь, и он смотрел на золото, дивясь на него и говоря: "Слава Аллаху! Нет у халифа Багдада того, что есть у меня в сегодняшний день!"

И он шел до тех пор, пока не пришел к началу рынка, и тогда он вспомнил слова обезьяны и наставление, которое она ему дала, и вернулся к еврею и бросил ему золото. "Что с тобой, о Халифа, что тебе нужно? Ты хочешь взять свои динары дирхемами?" - спросил его еврей. И Халифа сказал: "Я не хочу ни дирхемов, ни динаров, я хочу только, чтобы ты отдал мне чужую рыбу". И еврей рассердился и закричал на Халифу и сказал: "О рыбак, ты приносишь мне рыбу, но стоящую и динара, а я тебе даю за нее пять динаров, а ты недоволен! Бесноватый ты, что ли? Скажи мне, за сколько ты ее продаешь?" - "Я не продам ее ни за серебро, ни за золото, я продам ее только за два слова, которые ты мне скажешь", - ответил Халифа. И когда еврей услышал эти слова, глаза его поднялись к темени, у него захватило дыхание, и он заскрежетал зубами и крикнул: "О обрезокмусульман, разве ты хочешь, чтобы я расстался с моей верой ради твоей рыбы и желаешь испортить мою религию и исповедание, в котором я нашел, прежде меня, моих отцов?"

И он кликнул своих слуг, и когда те появились перед ним, сказал им: "Горе вам, вот перед вами этот злосчастный - разбейте ему затылок затрещинами и умножьте его муки побоями!" И слуги набросились на Халифу с побоями и били его до тех пор, пока он не упал возле лавки. И тогда еврей сказал им: "Отпустите его, чтобы он встал". И Халифа вскочил на ноги, словно с ним ничего не было, и еврей сказал ему: "Говори, что ты хочешь в уплату за эту рыбу, и я тебе дам. Но ты не получил от нас сейчас ничего хорошего". - "Не бойся за меня, изза побоев, хозяин, я съедаю столько ударов, как десять ослов", - сказал Халифа. И еврей рассмеялся его словам и воскликнул: "Заклинаю тебя Аллахом, скажи мне, что ты хочешь, и клянусь моей верой - я дам это тебе". - "Не удовлетворит меня, как плата от тебя за эту рыбу, ничто, кроме двух слов", - ответил Халифа. И еврей сказал: "Я полагаю, ты хочешь, чтобы я принял ислам?" - "Клянусь Аллахом, о еврей, - ответил Халифа, - если ты станешь мусульманином, твой ислам не поможет мусульманам и не повредит евреям, а если ты останешься нечестивым, твое нечестие не повредит мусульманам и не поможет евреям. Но вот чего я от тебя требую: встань на ноги и скажи: "Засвидетельствуйте, о люди на рынке, что я променял обезьяну Халифы-рыбака на мою обезьяну и мою долю в жизни на его долю и мое счастье на его счастье". "Если это и есть твое желание, то оно для меня легко", - сказал еврей..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Восемьсот тридцать пятая ночь

Когда же настала восемьсот тридцать пятая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что еврей сказал Халифе-рыбаку: "Если это есть твое желание, то оно для меня легко". И еврей поднялся в тот же час и минуту и встал на ноги и сказал так, как сказал Халифа-рыбак, а потом он обернулся к нему и спросил: "Осталось ли тебе с меня еще что-нибудь?" - "Нет", - отвечал Халиф. И еврей сказал: "С миром!"

И Халифа в тот же час и минуту поднялся, взял свою корзину и сеть и пошел к реке Тигру. И он закинул сеть и потянул ее и нашел ее тяжелой и вытянул ее только после стараний. И, вытянув сеть, он увидел, что она наполнена рыбой всех сортов. И подошла к нему женщина с блюдом и дала ему динар, а Халифа дал ей на него рыбы, и подошел к нему другой слуга и взял у него на динар, и так продолжалось, пока он не продал рыбы на десять динаров, и каждый день он продавал на десять динаров, до конца десяти дней, так что набрал сто динаров золотом.

А у этого рыбака был дом, внутри прохода купцов. И в одну ночь из ночей рыбак лежал у себя в доме и сказал себе: "О Халифа, все люди знают, что ты бедный человек, рыбак, а теперь у тебя оказалось сто золотых динаров. Непременно услышит твою историю повелитель правоверных Харун ар-Рашид от кого-нибудь из людей, и, может быть, ему понадобятся деньги, и он пошлет за тобой и скажет: "Мне нужно некоторое количество денег. И дошло до меня, что у тебя есть сто динаров, одолжи их мне". И я скажу ему: "О повелитель правоверных, я человек бедный, и тот, кто тебе рассказал, что у меня есть сто динаров, налгал на меня. Ни со мной, ни у меня ничего такого нет". И халиф передаст меня вали и скажет ему: "Обнажи его от одежды, и мучай его побоями, и заставь его сознаться: может быть, он признается, что у него есть золото в сундуке". Бот правильное решение, которое освободит меня из этой ловушки: я сейчас встану и буду пытать себя бичом, чтобы закалиться против побоев". И гашиш, которого рыбак наелся, сказал ему: "Встань, обнажись от одежды". И он тотчас же и в ту же минуту встал, обнажился от одежды и взял в руку бывший у него бич. А у него была кожаная подушка, и он стал бить раз по этой подушке и раз по своей коже, и начал кричать: "Ах, ах, клянусь Аллахом, это пустые слова, о господин мой, и они лгут на меня. Я бедный человек, рыбак, и нет у меня ничего из благ мира!"

И люди услышали, как Халифа-рыбак сам себя пытает и ударяет бичом по подушке (а от звука ударов по его телу и по подушке ночью стоял гул). И в числе тех, кто его слышал, были купцы, и они сказали: "Посмотри-ка! Чего этот бедняга кричит, и мы слышим, как на него опускаются удары. Похоже, что на него напали воры, и это они его пытают". И они все пошли на звук ударов и криков и вышли из своих жилищ и пришли к дому Халифы и увидели, что он заперт, и сказали друг другу: "Может быть, воры напали на него, зайдя за комнату; нам следует поэтому войти через крышу".