Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 846

И царь принял мнение этого везиря и сделал так, как он говорил. Он послал за четырьмя жестокосердым" наложницами и отдал им тех женщин, приказав отвести их к месту убиения и заточить там, и назначил им немного плохой пищи и немного скверного питья. И было дело их таково, что они печалились великой печалью и клялись в том, что из-за них случилось, и горевали великой горестью, и наделил их Аллах, в воздаяние, позором в здешней жизни и уготовал им пытки в последней жизни, и они оставались в том темном месте с зловонным запахом. И каждый день несколько из них умирало, пока они не погибли до последней.

И весть об этом событии разнеслась по всем странам и землям, и вот чем кончилось дело царя, его везирей и подданных.

Хвала Аллаху, который губит народы и оживляет истлевшие кости, и достоин он прославления, и возвеличения, и восхваления во веки веков!

Сказка об Абу-Кире и Абу-Сире

Рассказывают также, что жили в городе Искандарии два человека, и один из них был красильщик по имени Абу-Кир, а другой - цирюльник по имени Абу-Сир. Они были друг другу соседями на рынке, и лавка цирюльника была рядом с лавкой красильщика. А красильщик был плут и лгун, человек очень злой, как будто висок его был высечен из твердой скалы или сделан из порога еврейской молельни. Он не стыдился сделать с людьми позорное дело, и было у него в обычае, когда кто-нибудь давал ему ткань, чтобы выкрасить ее, требовать сначала плату и намекать, что он купит на нее снадобий для окраски. И заказчик давал ему плату вперед, и Абу-Кир брал ее и тратил на еду и питье, а затем он продавал эту ткань, которую взял, после того как уходил ее владелец, и тратил плату за нее на еду, питье и прочее, и он ел лишь прекраснейшие из роскошнейших кушаний и пил лишь самое лучшее из того, что прогоняет ум.

А когда приходил к нему владелец ткани, он говорил: "Завтра приходи ко мне до восхода солнца и найдешь свою вещь выкрашенной". И владелец вещи уходил и говорил про себя: "День от дня близко!" А затем он приходил на другой день, по условию, а Абу-Кир говорил ему: "Приходи завтра! Я вчера не работал, так как у меня были гости и я заботился о том, что им было нужно, пока они не ушли. А завтра, до восхода солнца, приходи и бери твою ткань выкрашенной".

И заказчик уходил и приходил на третий день, и Абу-Кир говорил: "Вчера мне было простительно, потому что моя жена ночью и весь день рожала, а я исполнял все дела, но завтра уж непременно приходи, бери твою вещь выкрашенной".

И заказчик приходил, по условию, и Абу-Кир являлся к нему оттуда, где был, с другой хитростью и клялся ему...".

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Девятьсот тридцать первая ночь

Когда же настала девятьсот тридцать первая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что красильщик, всякий раз как к нему приходил владелец вещи, являлся оттуда, где был, с какой-нибудь хитростью и клялся ему. И он все время обещал и клялся, когда заказчик приходил, пока тот не начинал тревожиться и не говорил: "Сколько раз ты будешь мне говорить "завтра"? Давай мою вещь, я не хочу ее красить".

И Абу-Кир говорил: "Клянусь Аллахом, о брат мой, мне перед тобой стыдно, но я расскажу тебе правду, и Аллах пусть обидит всех, кто обижает людей". - "Расскажи мне, что случилось", - говорил заказчик. И Абу-Кир отвечал: "Твою вещь я выкрасил в краску, которой нет подобной, и развесил ее на веревке, и ее украли, и я не знаю, кто ее украл".

И если владелец вещи был из людей добрых, он говорил: "Аллах возместит мне", а если был из людей злых, то начинал поносить и позорить Абу-Кира, но не получал с него ничего, хотя бы даже пожаловался судье.

И Абу-Кир не переставал делать такие дела, пока молва о нем не распространилась среди людей. И люди стали предостерегать друг друга от Абу-Кира, и о нем складывали поговорки, и все отказались от него. И с ним попадался только тот, кто не знал об его обстоятельствах, и несмотря на это, Абу-Кира непременно каждый день поносили и позорили твари Аллаха великого, и получился по этой причине у него застой в делах.

И он стал приходить в лавку своего соседа, цирюльника Абу-Сира, и сидел внутри ее, напротив красильни, смотря на ее дверь, и если видел, что кто-нибудь, кто не знает об его обстоятельствах, стоит у дверей красильни с вещью, которую хочет покрасить, то выходил из лавки цирюльника и говорил: "Что тебе нужно, о такой-то?" И пришедший говорил: "Возьми выкраси мне эту вещь"! И АбуКир спрашивал: "В какой цвет ты хочешь? (а он, при этих порочных качествах, умел красить во все цвета, но никогда не поступал ни с кем по правде, и несчастье одолевало его), - и затем брал вещь у заказчика и говорил: "Давай плату вперед, а завтра приходи, бери твою вещь".

И заказчик давал ему вознаграждение и уходил; и когда обладатель вещи отправлялся своей дорогой, Абу-Кир брал эту вещь, шел на рынок, продавал ее и покупал на вырученные деньги мясо, зелень, табак, плоды и то, что ему было нужно. А если он видел, что у лавки стоит один из тех, кто давал ему свою вещь для окраски, он появлялся и не показывался ему.

И он провел таким образом несколько лет, и случилось, что в один из дней он взял вещь у человека жестокосердого и продал ее и истратил ее стоимость. И владелец ее стал каждый день к нему приходить, но не находил его в лавке, так как, когда Абу-Кир видел кого-нибудь, чьи вещи у него были, он убегал от него в лавку цирюльника Абу-Сира.

И когда этот жестокосердый человек не нашел АбуКира в его лавке и это его обессилило, он отправился к кади и пришел к Абу-Киру с посланцем от него, и забил гвоздями дверь лавки в присутствии множества мусульман, и запечатал ее, так как не увидел в ней ничего, кроме разбитых корыт, и не нашел там чего-нибудь, что могло бы заменить ему его вещь. Затем посланец от кади взял ключ и сказал соседям: "Передайте ему, пусть принесет вещь этого человека и придет взять ключ от своей лавки". А потом тот человек и посланец ушли своей дорогой.

И Абу-Сир сказал Абу-Киру: "Что с тобой за несчастье? Всякого, кто приносит тебе вещь, ты ее лишаешь, Куда девалась вещь этого жестокосердого человека?" - "О сосед, ее у меня украли", - ответил Абу-Кир. И АбуСир молвил: "Чудеса! Вещи всех, кто тебе их дает, крадет у тебя вор! Разве ты - место сбора всех воров? Но, однако, я думаю, что ты лжешь. Расскажи мне твою историю". - "О сосед, - сказал Абу-Кир, - никто у меня ничего не крал". - "А что же ты делаешь с чужим имуществом?" - спросил Абу-Сир. И Абу-Кир молвил: "Всякую вещь, которую мне дают, я продаю и трачу ее стоимость". - "Дозволено ли это тебе Аллахом?" - сказал АбуСир. И Абу-Кир ответил: "Я делаю это только из бедности, так как мое ремесло неприбыльное, и я бедняк, и у меня ничего нет".