Ведьма - Волкова Елена - Страница 56

Он не стал делать операцию. Получил страховку за разбитую машину и добровольную компенсацию. Получилось довольно много денег. Из театра его не уволили, но и место оказалось уже занято, оставался только третий состав, и он не согласился. Провел в дом сигнализацию, сложил кое-какие пожитки в большой чемодан на колесиках и купил билет на Рим.

— Зачем?! — вопрошала и не понимала мать.

Он не мог открыть ей истинной причины, но уехать было необходимо. Если бы его спросили тогда, почему именно в Италию, он очень удивился бы: «А куда же еще?..» О Рыжей страшно было даже вспоминать: «Если я встречу ее снова — она меня убьет.» Умирать не хотелось. Он надеялся, что Рыжая не потащится за ним в Италию…

В отель вернулись около трех. Магнус предложил отвести их в аэропорт на машине, но Маргарита отказалась: все-таки они приехали в составе группы, организаторы несут за них определенную ответственность, так что не надо… И вообще не надо затягивать прощание, ни к чему это, и в качестве аргумента пересказала ему грузинскую поговорку: «Прощаться надо так, словно завтра увидимся, а встречаться — будто не виделись сто лет». Она разрешила ему звонить, записала номер его мобильного телефона, поскольку другого у него не было, а на прощание соврала, что самолет у них вечером, и он пообещал заехать утром и привезти распечатки последних снимков. Когда он наконец ушел, она вздохнула с облегчением: «Ну, вот и все, что было… Вернуться домой, закончить «Колдуна», начать «Горбуна». Позвонить Татьяне: что-то она говорила про международного дистрибьютера, то ли я не поняла, то ли не запомнила… Короче, заниматься делом. Накопить денег побольше, — еще побольше? — да, еще побольше, создать себе имя на Родине и за рубежом, и свалить к чертовой матери, в ту же Швецию. А поселиться можно и в другом городе, не обязательно в столице. В большом городе можно прожить жизнь и не встретиться, тем более, что он не хочет возвращаться туда. Разве что поверит в то, что я ему наболтала. О Господи, надо же было так все усложнить…»

Дома Маргарита первым делом отключила телефон, аккуратно вынув до половины вилку из розетки, чтобы никто не заметил. Домашние немного понедоумевали: что это телефон не работает, но за радостной суетой встречи не особенно переживали, решив отложить решение проблемы назавтра. А вечером, когда мама ушла, а дочь заснула, Маргарита достала инструкцию и заблокировала все входящие звонки с номера такого-то: правильно сделали, что сменили старый аппарат на новый со всеми этими современными штуками. Потом, в очередной раз отрезав прошлое от будущего, влезла под горячий душ, чтобы вода, текущая сверху вниз, смыла все негативы и стрессы, а потом устроилась на балконе пополнять дефицит никотина в крови, возникший за последние дни, когда в присутствии Магнуса и Саньки она не курила, и даже почти не вспоминала об этом. Раньше она наслаждалась этим состоянием — «отрезанием прошлого от будущего», теперь же облегчения не испытывалось, наоборот: настроение было ужасным, отвратительным. Она оставалась в глубокой убежденности, что поступила правильно, заблокировав номер, но легче от этого не становилось. Слегка очистившийся от никотина организм не принимал усиленной дозы. В конце концов она плюнула на все и пошла спать, исходя из любимого принципа «утро вечера мудренее», надо загрузить себя работой, и вся эта дурь пройдет.

Наутро прочитала электронную почту, к которой еще не привыкла. Татьяна сообщала о благополучном развитии событий со сбытом «Рыцаря» и подготовки в печать «Замка» и «Призрака». «Ассоль» предлагала сотрудничество на будущее и просила почтить визитом для личной встречи. «Алые Паруса» сообщали об окончании продажи тиража и вопрошали, не возражает ли автор против того, чтобы повторить выпуск для распространения его в других городах, где «Паруса» имеют свои точки и знакомых дистрибьютеров.

— Ну, пошла вода в хату, как говорил мой бывший начальник. Но теперь, господа отечественные книгоиздатели, я в вас не особенно заинтересонана. Сотрудничать с вами я могу согласиться исключительно из любви к родной стране и городу, в котором выросла. И поэтому отныне командовать парадом буду я!

Чтобы Санька со своей подругой Юлей не маялись от избытка свободного времени, задала им работу: выискивать в Интернете любую информацию о бытовой жизни в средневековой Европе — все, что касается знати, простолюдинов, обычаев и привычек, одежды, обуви, кухни и врачевания ран, а сама набрала номер «Ассоль». Секретарша пела медовым голосом, что Магарита Николаевна может зайти в любое удобное для нее время, чтобы получить причитающийся ей гонорар, а также они готовы рассмотреть ее предложение в случае, если имеются новые произведения для печати.

— Я заеду на днях, — сказала Маргарита. — С произведением…

— Кого понесешь им? — вопросила Санька.

— «Колдунов»

— А в Швецию их не пошлешь сначала?

— Нет. Вряд ли там они будут поняты. Специфика не та…

«Алым Парусам» она предложила договориться о встрече с директором издательства «Ассоль» и вместе обсудить накопившиеся вопросы. Вобщем, события развивались лучше не придумать.

— Этак мне скоро понадобится менеджер, мда…

Издательство выплатило деньги. Книготорговцы заказали новый, значительно больший тираж, с которого ей полагались проценты от продаж. Тем временем от шведов пришло сообщение о их готовности купить «на корню» что-нибудь еще в том же духе «благородных приключений и умеренной магии». Этим «чем-нибудь еще» должен был стать покореженный телом, но прекрасный лицом и душой, отважный и благородный воитель, сэр барон Амадеус фрон де Риз — «Горбун».

Когда она принесла в «Ассоль» готовых к печати «Колдунов», директора не было на месте. Секретарша зеверяла, что он прибудет с минуты на минуту и предлагала кофе, но Маргарита послала ей улыбку на тридцать два зуба и выплыла из приемной, едва задержавшись там пару минут. «Никогда, — повторяла она про себя. — Никогда никого не ждать. Отныне пусть ждут меня…»

На солнечной стороне тротуара от августовской жары плавился асфальт и она старалась держаться в тени деревьев. До остановки маршрутки было недалеко, и возле этой остановки виднелся книжный лоток. Она старалась приглядеться издалека, чтобы продавец не успел кинуться с предложениями. «Интересно, они уже выложили хотя бы «Замок» или нет еще?..»

«Замок», «Призрак» и «Рыцарь» лежали в рядок между Толкиеном и детективами. Она уже повернула в сторону остановки как услышала знакомый голос:

— Рита?

Голос принадлежал Ирине Васильевне, с которой не виделись с того самого дня. Маргарита не могла бы сказать, что скучала по ней, это и понятно — дружбы между ними не было, но интересно было бы узнать результаты обследования.

Ирина Васильевна выглядела настолько хорошо, насколько хорошо может выглядеть сорокапятилетняя женщина вообще, даже и не пережившая онкологическую операцию и менопаузу в трицать лет, а недавно отправленная на обследование в онкологический диспансер. Под руку она держала мужчину с внешностью Пирса Броснана. Мужа ее Маргарита видела один раз и запомнила в нем только брови, нос и незначительный рост, и этот тип был явно не он.

— Рита, — зашептала Ирина Васильевна, дотрагиваясь до ее руки. — Ты не представляешь! Анализы ничего не показали! Меня даже начали ругать в этом диспансере, что я там делаю, у них дел невпроворот, я заплакала, а оказалось, что в поликлиннике есть моя однофамилица с подозрением на рак груди, надо же! и медсестра перепутала карточки и направления! Господи, ты не представляешь! Я словно родилась заново!!

— Я же вам говорила!

— Ну, я думала, ты меня просто утешаешь! Ты прямо предсказательница!.. Как живешь?

— Ничего, нормально. Преподаю. Сейчас каникулы…

— Я рада, что у тебя все хорошо. А я в отпуске. Вот решила книжки посмотреть… Ой, извини, знакомься: это Петер. Он из Западной Германии, но хорошо говорит по-русски.