Абсолем - Глейзер Саша - Страница 57

— Соня, что там произошло?

Она вмиг изменилась, скулы напряглись, подбородок дрогнул, а глаза заволокла пелена грусти. Прежде чем она отвернулась, я успел заметить, что она нахмурилась.

— Все произошло так быстро, — не поворачиваясь, тихо проговорила София, — я даже не успела ничего понять. Мы разговаривали с Димой, он показывал мне результаты последнего сканирования сердец Дино.

— Где был сам Дино?

София тяжело сглотнула, она обернулась, теперь в её глазах блестели слёзы.

— Рядом, — прошептала она.

Я видел, с каким трудом дается ей каждое слово, но я должен был знать.

— Продолжай.

— Он сидел за столом и занимался решением логических задач. Ты же знаешь, что в последнее время он демонстрировал в этом потрясающие успехи. Меня даже пугала феноменальная динамика в его умственном развитии. В тот вечер мы перешли с ним на уровень семь плюс.

— Думал, это произойдет не раньше следующего месяца. — Всё-таки нутро учёного было во мне неискоренимо.

— Я тоже, — кивнула София и умолкла.

Она знала, что я жду от нее продолжения рассказа, и, видимо, собиралась с мыслями. Я не торопил. Лишние пару минут ожидания были ничто по сравнению с тем, сколько я ждал, чтобы получить ответы. София не стала долго томить:

— Я не знаю, что именно произошло, возможно, мы с Димой немного повысили голос, обсуждая результаты, возможно, это была неконтролируемая реакция, обусловленная прежними инстинктами. Я не знаю… — Она бессильно пожала плечами. — Мне кажется, он некоторое время наблюдал за нами и в какой-то момент сорвался. Он отшвырнул меня в сторону, я отлетела к стене и сильно ударилась головой. Дальше ничего. Не знаю, сколько времени я провела без сознания. Очнулась в какой-то небольшой комнате. В ней было всё необходимое для жизнедеятельности, но не было ни одного окна. Я не знала, где мы: над землей, под землей, в России, в Европе, на Островах? Что это — гараж, бункер, дом, бытовой сектор? Не было слышно никаких посторонних звуков. Я звала на помощь, но никто не отзывался.

Я смотрел на неё и с трудом понимал, как она все это сумела пережить, находясь в положении. Сколько ж сил было дано природой этой хрупкой девушке… София продолжила:

— Через некоторое время, когда я окончательно выбилась из сил и охрипла, появился он. Дино. Не сказал ни слова, даже не посмотрел на меня. Просто оставил поднос с едой и вышел. В тот раз я не притронулась к еде. Не стала я есть и на следующий день. Я отказывалась от пищи, надеясь, что это спровоцирует его на какие-то действия, но, судя по всему, Дино было всё равно. Я поняла, что если и дальше буду упорствовать, то долго не протяну. Я начала пить воду, когда он уходил. Но мне кажется, он видел это. У меня было ощущение, что он постоянно наблюдал за мной. Однажды, как обычно, он принёс еду, но задержался. Он внимательно рассматривал меня, затем быстро вышел, но через некоторое время вернулся с микроскриннингом. Он молча положил его передо мной и вышел. Я была поражена. Я уже давно поняла, что беременна, но как это понял Дино? Ведь живота ещё даже не было видно. Мне ничего не оставалось. Я провела скриннинг, который, конечно же подтвердил мою беременность — я была на третьем месяце. Я очень боялась реакции абсолема, но ничего не изменилось. Совершенно. Он всё так же приносил мне еду, правда, теперь на подносе часто были свежие фрукты, овощи, творог, орехи, рыба. Он по-прежнему забирал мою одежду, приносил обратно чистую, иногда даже выводил на прогулку, так я поняла, что мы находимся где-то за городом. Дом был в какой-то сельской местности на отшибе, тогда я и поняла, что кричать и звать на помощь бесполезно. Но я больше и не делала попыток сбежать. Я полностью сосредоточилась на своем ребёнке. Теперь я съедала всё, что он приносил, много спала, старалась не думать о том, что меня ждёт. Дино явно заметил перемены в моем поведении. Я почувствовала, что и он постепенно расслабился. Порой он даже не блокировал дверь моей комнаты, впрочем, я и не пыталась её покинуть. Во-первых, я не знала, где мы находимся, как близко люди. Вовторых, и это самое главное, беременность проходила очень тяжело. Я с трудом вставала по утрам, мне все время хотелось лежать, но я пересиливала себя. Однажды, проснувшись, я не увидела привычного завтрака на подносе. Я встала и начала бродить по дому. В то утро мне было особенно плохо, и я придерживалась за стены. Тошнотворный комок всё подкатывал к горлу, и в какой-то момент я не выдержала и сложилась пополам. Меня всю трясло, я не могла понять, холодно мне или жарко, ледяные или горячие капли стекают по спине, я лишь чувствовала ручейки, текущие по хребту, капли пота выступили на висках, над верхней губой, на груди, меня всю трясло. Мне было так плохо, хотелось увидеть хоть кого-то. Я начала звать Дино, но даже он не отзывался. Вытерев рот, я с трудом встала на ноги и пошла дальше. Я решила вернуться в свою комнату и прилечь, но очередной приступ тошноты скрутил меня через несколько шагов. Больше я не поднималась. Я потеряла сознание. Когда я очнулась, уже было темно. Не знаю, каким чудом нашла в себе силы подняться и добрести до двери. То, что я увидела во дворе перед домом, поразило меня. Там стоял флип с маркировкой Большой Московской лаборатории. И он был на ходу! Я тут же взобралась в него и взяла курс на это место.

София замолчала. Я же в тот момент совершенно опешил.

— В ночь, когда погиб сын, из дальнего ангара лаборатории действительно исчез резервный флип. Но это же невозможно, абсолем не был обучен навыкам пилота. — Я пораженно покачал головой и посмотрел на Софию. — Где этот флип сейчас?

Она виновато приподняла плечи, чуть закусив нижнюю губу:

— Я его утопила. Не знаю, что на меня нашло, но я боялась, что он отследит меня по этому флипу. Я посадила его на дно озера, которое находится в паре километров отсюда.

Я до сих пор не знаю, чем руководствовался абсолем, когда похищал Софию, зачем он держал её в том доме, и вообще, что это за дом и почему в итоге отпустил. Я бы дорого заплатил, чтобы получить ответы на эти вопросы, но увы. Впрочем, в тот момент я был счастлив и без ответов. София была жива и сидела передо мной, более того, она носила под сердцем моего внука. О чём ещё можно было мечтать?!

Не сговариваясь, мы как-то обоюдно решили никому ничего не сообщать. Её бы замучили официальными в таких случаях процедурами, хотя в каких таких случаях? Ничего подобного ранее не происходило. Чтобы демон похитил человека, ухаживал за ним, а потом добровольно отпустил… Да Софию бы заморили вопросами, а ей нужен был покой, так как беременность действительно проходила очень тяжело. Её тело было не подготовлено, она ведь не планировала, да и кто сейчас рожает сам для себя? Я не смог приобрести всё необходимое для родов, не вызывая подозрений, поэтому мы готовились сделать это по старинке: тазы с теплой водой, полотенца и обычные антисептики и обезболивающее. Благо этого добра у меня было предостаточно. София не выходила из дома, чтобы никому не попасться на глаза. Она не хотела никого видеть. Всё необходимое я ей приносил. Как самая настоящая нянька, я с утра начинал готовить, чтобы каждый день она ела только самое свежее. Когда она отдыхала днем, я драил дом, чтобы не было ни пылинки. Вечерами я развлекал её чтением или старыми настольными играми. Иногда она что-то писала в своём дневнике, иногда писала письма домой, врала в них, конечно, но иного выбора у неё не было. Должен сказать, это было с моего молчаливого одобрения, ведь всё, что могло нарушить наш хрупкий мир, меня пугало. Я боялся, что их у меня отберут: мою девочку и внука. Да, мне пришлось сказать, что София моя племянница. Соседи однажды заметили ее, когда она дышала свежим воздухом на крыльце. И конечно, у людей могли возникнуть вопросы, почему незнакомая беременная женщина живет в моем доме.