Быть другим (СИ) - Молодовский Максим Валериевич - Страница 65

  Между войсками уже метров пятьдесят. Постоянный треск молний, гудение огненных струй, летающие камни, магические щупальца, пытающиеся добраться до разума противника, непрерывный поток стрел в обе стороны - япона мама, это просто какая-то фантасмагория, бред сумасшедшего. Давайте сюда еще драконов с розовыми единорогами и можно санитаров вызывать!

  Я мотнул головой, отгоняя глупые мысли. Ничего бредового, обычный бой в мире, где развивают паранормальные способности, а не технику.

  Баллисты сделали последний залп и принялись уходить в тыл через промежутки между коробками тяжей. Следом за ними начинают отступать маги с лучниками. Пламя и молнии затихают. Самые отчаянные стрелки задерживаются, посылают стрелы во врага уже практически в упор и бегом улепётывают в закрывающиеся промежутки, ибо вторые взвода пехотных рот уже начали смешаться вбок и вперед, чтобы запечатать прорехи и образовать монолитную линию.

  А сзади уже подходят подразделения второй линии первого эшелона, чтобы упереться им в спину и образовать мощнейшую фалангу глубиной аж десять человек.

  Степняки маневрируют точно так же. Вот только им выучки не хватает. Кое-где промежутки не закрыты, а кое-где подразделения запутываются в маневрах и образую живописную кучу малу.

  - Копье на плечо! - доносится до нас.

  Пехотинец несет два копья - основное, более тяжелое, и швырковое, более легкое, с длинным наконечником. Сейчас сотни людей схватили швырковые копья и отвели руку в замахе.

   - Залп!

  И вся наша фаланга, по всей ее длине, запускает в подходящего врага тысячи металло-деревянных изделий.

  Степняки, подходя, тоже кидают копья, но не организованно, не согласованно, то тут, то там. В общем эффект совсем не тот. Наш же дружный залп вносит смятение в первые ряды степняков. Кто-то погибает, у кого-то копье застревает в щите, и оттого, что его не удается извлечь или обрубить, несчастным приходится или ломать строй или бросать щит.

  Задние ряды, которым метать копья через головы своих собратьев не слишком удобно, передают копья передним, и наши успевают сделать еще несколько залпов. После этого фаланга уплотняется, готовясь к лобовому столкновению.

  Раздрай в строю противника увеличивается. Их недостроенная фаланга местами вообще останавливается. В соприкосновение с нашими войсками они входят не сразу по всей длине, а отдельными участками, где-то организованно, где-то просто толпой, что приносит им дополнительные потери. Но, со временем и отстающие добираются до нашей пехоты, два длиннющих построения смыкаются.

  Характерные звуки рукопашного боя заполоняют округу. Магия отходит на второй план. Теперь только обычная человеческая сила, ярость и напор. Молнией или огнем сюда уже не ударишь - своих заденешь. Закинуть камешек на сторону противника тоже проблематично - вражеские маги активно мешают, булыжник может и на головы своих упасть. Ворожение идет вовсю, но пока без особых успехов для обеих сторон.

  Огонь психокинетической артиллерии переносится на ряды второго эшелона противника. Опять начинается смертельный волейбол, и иногда камни все-таки падают на сомкнувшиеся в клинче войска.

  Вот один каменюка почти долетел до строя степняков, но неожиданно замер, рванул обратно. Остановился над сражающимися и начал дергаться туда-сюда, как будто не решаясь в какую сторону ему полететь. А потом вдруг стал падать. Я скривился, представляя, как он упадет на головы нашим воинам, но кто-то успел его подхватить и отправить на сторону соперника. Ух!

  К сожалению не всегда вот так вовремя успевают.

  Долгое время картина не меняется - фаланги бодаются на месте, не в силах ощутимо потеснить противника, маги играют в камешки. Потом стало заметно, что степняки теснят нас на левом фланге, а мы немного подвинули их в центре и справа.

  Я вижу, как гаснут ауры гибнущих, но, происходит это не так часто, как можно было бы ожидать, глядя на толпу таких размеров. И ничего странного в этом нет - так часто бывает, что пока войска лоб в лоб тычутся, погибших не много. Однако стоит одной из сторон не выдержать и побежать, и проигравшие умоются кровью.

  Со временем нашим удается стабилизировать левый фланг, у степняков же в центре и справа дела становятся все хуже. А когда в им на головы недалеко друг от друга упало сразу несколько камней, их центр посыпался. Наши стали уверенно разрывать вражескую фалангу на две части.

  Но это была еще далеко не победа. Видя, что первый эшелон откровенно проигрывает, степные войска второго эшелона двинулись на сближение, чтобы влиться в бой. Кочевники были не против перевести сражение в грандиознейшую свалку.

  У нашего командования таких планов, похоже, не было. Как только тронулись вражеские резервы, загудели сигнальные трубы, и наша фаланга остановилась, перестав избивать отступающего противника. А потом стала поспешно отходить.

  О! Сейчас будет продемонстрирован замечательный прием, который лично я называю "сменой составов" - уставшие войска первого эшелона уйдут в тыл, а на передовую выйдут свежие силы.

  Наша фаланга распалась на отдельные прямоугольники, роты сдвоились, образовав промежутки. Благодаря этим промежуткам подразделения первого и второго эшелона прошли друг мимо друга, поменявшись местами.

  Вот не зря армия всю жизнь маневры отрабатывает! Перестроение было выполнено просто изумительно. Четко, гладко, а главное быстро.

  Вражеская фаланга, разомкнувшись с нашей, топталась некоторое время на месте, но потом их командиры, видимо, тоже решили отвести уставших воинов назад. Противник стала отходить, однако вместо организованного маневра, устремился в тыл типичной "дружною толпой", создав заторы и заблокировав продвижение вперед войскам второго эшелона. Образовалась огромная куча, которую с преогромным удовольствием принялись забрасывать стрелами наши лучники. Причем делали они это практически безнаказанно - вражеские стрелки пробиться на передний край просто не могли, а их стрельба из-за спин столпившихся воинов была не очень эффективна.

  В конце концов, потеряв от нашего огня приличное количество народу, второй эшелон врага вышел-таки вперед и с ходу атаковал наших, так и не закончив перестроение в фалангу. Решительно так атаковал, со страшными криками и воплями. В голове у меня возник образ морских волн, грозно накатывающихся на скалы и разлетающихся мелкими брызгами. У нас тут брызг не было, но наши "скалы" выдержали удар, стояли твердо и нерушимо, не забыв встретить приближавшиеся "волны" дружными копейными залпами.

  Нет, и сейчас степнякам успеха не добиться. Сто пудов второй эшелон повторит судьбу первого. Если, конечно, чего-нибудь экстраординарного не произойдет.

  Что ж, если так пойдет и дальше, то мы тупо перемелим всё вражеское войско. Степные подразделения первого эшелона, потеряв немало народа и де-факто потерпев поражение, сейчас деморализованы. Их боевая эффективность теперь снижена, не смотря на то, что сейчас они отдыхают. А скоро их судьбу повторит второй эшелон. У степняков есть еще полноценный третий - но каков будет их настрой, когда у них на глазах облажались все их предшественники?

  Степнякам нужен какой-нибудь смелый маневр, борьба лоб в лоб не даст им ничего кроме поражения.

  И противник пошел на такой шаг. Половина их резерва стала смещаться влево, явно намереваясь выйти нам во фланг.

  Нам теперь тоже надо вытягивать войска в ту сторону, ибо если степняки выйдут нам в бок, то бой, в конце концов, перерастет во всеобщую свалку. Это еще не отнимает у нас победу, но потери возрастут многократно.

  Понимало это и наше командование. А кого оно могло отправить, чтобы прикрыть фланг, когда второй эшелон сцепился с противником, а первый только что вышел из боя и еще не отдохнул? Правильно, нас. Больше просто некого.

  Загудели трубы, заорали командиры и четыре наших полка скорым шагом потопали на левый край армии. Первый левофланговый эшелон поделили наш полк и Ангвидонский (надо же, мы опять на самом краю слева, как в моем первом бою), Первый и Третий полки встали позади нас.