Дар(СИ) - Штука Анастасия Викторовна - Страница 33

Зиберина медлила не просто так, она без труда определила по внешним показателям, что яд, попавший в организм мужчины, обладает отсроченным действием. Она выжидала, пока он достигнет своей цели - начнет парализовывать органы дыхания, вызывая удушье. Она уже сталкивалась с этим грубо сработанным, но крайне действенным составом раньше, поэтому прекрасно знала, что данный раньше положенного срока, антидот сделает только хуже, усилив действие. Возможно, ей и удастся спасти в таком случае короля, но он останется прикованным к постели, требуя постоянного присутствия могущественных магов, потому что без их помощи самостоятельно уже никогда не сможет дышать.

-Чего вы ждете? - Сдавленно и хрипло спросил Орнт, с нарастающей паникой глядя на нее. Женщина не стала отвечать на его вопрос, который, похоже, интересовал не только его одного, просто отмахнувшись.

По ступеням торопливо взбежало еще несколько человек, пытающихся приблизиться к лежащему без движения правителю. Смерив оценивающим взглядом одного из них, Зиберина скривила губы в легкой усмешке и холодно произнесла.

-Оставайтесь там, где стоите.

Подоспевшие лекари застыли, недоуменно глядя то на нее, то на придворных, которые тоже смотрели на нее с непониманием.

-Дайте им делать их работу! - Хрипло выкрикнул один из мужчин, пытаясь подойти к ней, чтобы убрать от короля.

Не оглядываясь, Хале взмахнула рукой, посылая в него волну силы, заставившую его неподвижно застыть на месте, прожигая их яростными взглядами.

-Зиберина? - Хотя в приглушенном голосе звучала легкая неуверенность, ведьма ни на мгновение не усомнилась в правильности ее действий.

-Подожди...

-Чего? - Отчаянно и громко выкрикнула королева сквозь душащие ее рыдания. Она вцепилась мертвой хваткой в плечи мужчины, на лице которого начинала проступать мертвенная бледность, встряхивая его, словно хотела привести таким образом в сознание. - Ведь он умирает!

Как бы Зиберине не было тяжело и мучительно больно смотреть на страдания матери, она пока не могла ничего сделать, чтобы прекратить их. Объяснения займут слишком много времени, к тому же, она была уверена, что среди окруживших короля придворных, сейчас нет ни одного человека, способного услышать ее и осознать, что она пытается донести до них.

Она заставила себя сосредоточиться на короле, привычно собирая всю волю в кулак. Постепенно внешний мир вместе с его звуками и красками переставал существовать, позволяя ей отгородиться от него непроницаемой стеной, которая позволяла ей оставаться собранной, внимательной и сосредоточенной. Зиберина подняла безвольную руку мужчины, прижимая кончики пальцев к едва заметно бьющейся венке, чтобы посчитать удары его сердца. Ей повезло, что королева находилась с другой стороны, поэтому не мешала ей, ведь в таком состоянии ее никто не смог бы оторвать от сына.

-Хале, мне нужна вода.

Ведьма щелкнула пальцами, не оборачиваясь и не глядя на засуетившихся людей, направившихся в зал, чтобы принести требуемое. Золотой кубок пролетел над головами стражей, резко вскинувших на него взгляды, и плавно опустился в протянутую руку женщины.

С неожиданно сильным толчком крови, Зиберина стремительным и точным движением пальца крутанула большой алый рубин в перстне, открывая маленькое потайное углубление, заполненное крупными кристаллами серебристо-серого порошка, поблескивающего, словно крупинки льда. Не став рассчитывать дозу, она просто перевернула руку ладонь вверх, высыпая содержимое в прозрачную воду, которая быстро потемнела, превращаясь практически в черную. Отточенными движениями она приподняла голову князя, продевая свободную руку под его затылок, заставив северянина отпустить его. Орнт и его отец с трудом расцепили руки королевы, отрывая судорожно сведенные пальцы, и попросту подняли ее, чтобы унести в сторону и не мешать происходящему. Приоткрыв неплотно сжатые губы, она влила жидкость ему в горло. Вода с противоядием тонкими струйками побежала мимо, сбегая по его шее на пол, но Зиберина не обращала на это внимания, ведь даже одной капли созданного ею века назад антидота хватило бы, чтобы нейтрализовать яд, текущий в крови короля, блокировать все его воздействие на организм и бесследно уничтожить возможные последствия. Дрянь, которой пытались отравить мужчину, была создана каким-то безумным и бездушным человеком или магом, ведь только этим можно было объяснить все те чудовищные свойства, что он оказывал на человеческое тело, превращая его в бесполезную и обременяющую обузу, заставляющую страдать и жаждать скорейшего освобождения от страшной муки.

Мужчина, чью голову она удерживала в немного приподнятом положении, странно дернулся, по его сильному и крепкому телу прошла волна дрожи. Внезапно он надрывно раскашлялся, потому что вода попала ему не в то горло, мешая дышать, заставляя ее поспешно отнять от его губ практически пустой кубок. Внимательный взгляд Зиберины окунулся в потрясенный и ошеломленный - король резко распахнул глаза, с удивлением глядя на нее и пытаясь осознать, что происходит. Он с трудом успокоил кашель, рвущийся из груди и слегка приподнявшись на локтях, огляделся по сторонам.

Столпившиеся вокруг них придворные встретили его пробуждение мертвой тишиной, с не меньшим потрясением смотря на него огромными глазами, чем он - на них. Король цепко выхватил из толпы фигуру матери, которая застыла, прижимая дрожащие руки к лицу, закрывая глаза, словно не могла наблюдать за происходящим. На лицах остальных было написано такое отчаяние, страх, приближающийся к ужасу и откровенная паника, что он не выдержал и сиплым и надрывным голосом спросил.

-Кого хороним?

Так и не дождавшись ни одного вразумительного ответа от безмолвствующих людей, будто впавших в какое-то странное оцепенение, Зиберина хмыкнула и честно сказала.

-Вас, ваше высочество. Хале, примени восстанавливающее заклинание, но крайне осторожно и медленно.

Ведьма зачарованно кивнула, поднимая вверх руки и направляя на удивленно моргнувшего мужчину теплую и физически ощутимую волну силы. Прозрачная дымка скользнула по воздуху, практически звенящему от напряжения, от нее к королю, окутывая его, словно мягким и пушистым покрывалом, согревая и напитывая энергией, восстанавливая те ресурсы, которые организм потратил на яростную борьбу с ядом.

Зиберина бросила на девушку, стоящую на коленях рядом с ней взгляд, позволяя легкой улыбке скользнуть по губам. Ведьма дрожала, будто ее бил озноб, но держалась молодцом, не позволяя себе впасть в истерику. Она видела, как отчаянно, до крови, кусает Хале губы, чтобы сдержать слезы, готовые пролиться в любую секунду. Но суровая школа жизни, пройденная так рано, не позволила ей выказать перед всеми собравшимися людьми свою слабость, хотя Зиберина была более чем уверена, что в этот момент, когда она сама боролась за жизнь князя, девушка готова была разрыдаться от собственного бессилия и понимания того, что она теряет любимого человека.

-Довольно. Ты умница, - она протянула вперед руку, осторожно обхватывая прохладными пальцами тонкое запястье, призывая ведьму остановиться. Вздрогнув от неожиданности, Хале вскинула на нее затуманенный пеленой слез испуганный взгляд, но безропотно подчинилась, понимая, что сейчас будет лучше послушаться.

Король, слегка прищурившись, следил за медленными и немного нервными движениями девушки, которая не только убрала руку, но и поднялась на ноги, с легким поклоном отступая назад, подальше от полностью пришедшего в себя мужчины. Затем перевел вопросительный взгляд на спокойную, сохраняющую непоколебимую уверенность, Зиберину, и нахмурился, все еще не до конца понимая, что же произошло. Но не успел он задать хотя бы один вопрос, как на него налетела королева, падая рядом с сыном на колени и с каким-то надрывным всхлипом заключая его в судорожные объятия, обхватывая ладонями его голову и покрывая быстрыми поцелуями лицо.

Она видела глаза мужчины, когда он поверх головы матери, смерил беглым и оценивающим взглядом придворных, все еще смотрящих на него с бледными и встревоженными лицами, лучше всяких слов говоривших о том, сколь тяжелое событие им пришлось только что пережить. Затем перевел его на плотное кольцо стражников, своими спинами закрывающих своего правителя от остальных. В них на место растерянности и недоумения пришли четкое понимание ситуации и медленно разгорающаяся ярость.