Здесь водятся драконы (ЛП) - Оуэн Джеймс - Страница 18

— Ничего? — продолжал дракон. — Ни одной постоянно повторяющейся фразы?

— Верно, — подтвердил Джон. — Но постойте… была одна вещь, которую я мог перевести.

Он взял сверток с книгой из сумки, которую Жучок носил на спине, развернул «Географику» и пролистал до карты приблизительно в середине тома.

— Вот, — сказал он, указывая на гравюру, изображающую драконоподобное существо, и подпись под ней. — Очень похоже на надпись на одной старой морской карте, что я однажды видел: «Сюда, здесь водятся драконы».

— Правильно, — подтвердил Самарант, — но с одним отличием.

Друзья сгрудились вокруг Джона и «Географики», но никто не понял, о чем говорит дракон. В конце концов, Джона осенило.

— Эта надпись находится справа от изображения на карте. А на той, что я видел в Британском Музее, надпись слева, к западу — тогда это считалось краем земли. Но эти подписи, — продолжал он, листая карты, — все с восточной стороны.

— Снова правильно, — сказал Самарант, наклоняясь ближе к Джону. — Угадаешь еще — ты выиграл.

Джон изучал карты, перелистывая страницы, пока не увидел.

— Эта надпись есть на каждой! — воскликнул он.

Самарант склонил голову.

— Одна и та же фраза, в той или иной вариации, находится на каждой карте и на всех языках.

— Это образец, — произнес Чарльз. — Джон, ты говорил, что изучал все языки, хоть немного.

— Да, — подтвердил Джон. — Я понимаю, на что ты намекаешь. Я могу использовать общую фразу как образец, чтобы понять грамматику и синтаксис, основанные на разнице между вариациями фразы.

— Если начнешь с конца книги, — предложил Берт, — сможешь разобраться с языками в хронологическом порядке. Начнешь с самых новых.

— Что скажешь, Джон? — спросил Чарльз. — Как думаешь, у тебя получится?

Джон сомневался, но быстро углубился в карты.

— От старо-английского к тевтонскому, итальянскому и… м-м, латинскому, — бормотал он больше для себя, чем для остальных.

Эвин и Джек обменялись скептическими взглядами, но Берт широко улыбался, Жучок тоже. Чарльз протянул Джону карандаш, и, не говоря ни слова, Джон уселся на ковер и принялся делать пометки, полностью поглощенный своей работой.

— Ну что ж, — молвил Самарант. — Похоже, ваш переводчик все это время был с вами.

Пока Джон работал, Жучок и Эвин прибрали посуду, а Берт, Чарльз, Джек и Туммлер обсуждали с Самарантом свои дальнейшие действия.

— В море неспокойно, — сказал Берт. — Оно будет кишмя кишеть троллями, если они уже не там.

— Ароун, — сплюнул Самарант, обдавая ковры фонтаном искр, так что Джек отскочил. — Паршивая овца среди троллей. Его отец — дипломат, а этот готов поджечь яблоню, чтобы запечь себе яблоко. А потом выбросит его, и слугам достанется за то, что не потушили огонь.

— Если бы остался кто-то из правящего дома Паралона, — вздохнул Берт, — тогда бы состоялась коронация, и все вернулись бы к своим делам.

Самарант усмехнулся в своей манере и вскинул бровь.

— Если бы все было так легко, с тобой уже бы покончили. — Берт хотел спросить, что дракон имеет в виду, но Самарант продолжал: — Поиск не бывает слишком прост — по крайней мере, тот, что хоть чего-то стоит. Ты хочешь коронации? — спросил Самарант, роясь в одной из ячеек на стене. — Бери — возможно, тебе удастся найти дурака, который желает сесть на трон и править королевством.

С этими словами дракон бросил Берту какой-то маленький предмет, на который Берт мельком взглянул и тут же перебросил его обратно Самаранту, расширив глаза от удивления.

— Ха! — фыркнул дракон. — Так быстро отказываешься от королевства, а, маленький Странник?

— Что это такое? — спросил Чарльз.

— Кольцо, — ответил Берт. — Кольцо Верховного Короля.

— Верно, — подтвердил Самарант. — Я создал его и передавал каждому королю, занимавшему Серебряный Престол. И я же забрал его назад, когда последний король своими поступками доказал, что больше недостоин носить это кольцо.

— Но это ведь просто кольцо, не так ли? — удивился Джек.

— Кольцо Верховного Короля — некоторые зовут его Кольцом Всевластья — было символом правления, — сказал Берт, — и поговаривали, что именно в кольце скрыт источник власти над Архипелагом.

Казалось, Самарант удивлен.

— Ты так думаешь? На Архипелаге много колец. У эльфов, у гномов. И у людей. Кольцо определяет своего обладателя или наоборот? Мне безразлично, возьмешь ты его или нет, — закончил он, протягивая кольцо на открытой лапе. — Хотя, — добавил зверь, подумав, — оно может отказаться не тем, чего ты — или Зимний Король — ожидаете.

— Да ничего, — вмешался Джек, протягивая руку, чтобы взять кольцо. — Может, мы по дороге раскроем его силу.

— Силу необходимо заслужить, — ответил Самарант. — Она не передается вместе с предметами вроде тронов… или колец, если уж на то пошло. Сила, настоящая сила, кроется в вере в правильные вещи, в готовности отстаивать эту веру, даже если вся вселенная сговорится помешать тебе. Может воцариться хаос; огонь может угаснуть; миры могут восставать и падать. Но правильные вещи остаются неизменными, и они всегда приведут тебя к твоей цели. Не так ли, мастер Джон?

Пока шла беседа, Джон подошел к друзьям. В уголках его рта и — что удивительно — на лбу виднелись следы карандаша, но его глаза сияли, а дюжина обрывков ткани с нацарапанными на них пометками отмечала, как закладки, различные места в «Географике».

— Джон, дружище, что случилось? — забеспокоился Чарльз.

— У меня получилось, — ответил Джон, и голос его дрожал от триумфа и волнения. — Многое еще надо доделать, но Самарант дал мне подсказку, и мне удалось понять большую часть карт.

— Это означает…. — начал Берт.

— Да, — кивнул Джон. — Я нашел остров. Я знаю, как отыскать Картографа Сгинувших Земель.

Прощание с Самарантом было менее напряженным, чем встреча. Огромный дракон показал, как добраться до северной бухты, где, вполне вероятно, дожидался «Индиговый Дракон», вдали от заварушки в Паралоне. Дракон также снабдил их припасами для корабля.

Каждый по очереди поблагодарил Самаранта за помощь и гостеприимство, за исключением Жучка, который аж подпрыгнул, когда дракон ему подмигнул, и Джона, с головой ушедшего в пометки и перевод и даже не заметившего, что они уезжают, пока он не оказался в Любопытной Разновидности. После непродолжительной поездки они снова оказались у выхода из ущелья и направились к бухте. Разумеется, «Индиговый Дракон» ожидал их там, сходни были наготове.

Менее чем через час припасы разгрузили и приготовились плыть к острову Картографа. Туммлер застенчиво подергал Чарльза за полу пиджака.

— Студни? Я… у меня тут есть кой-чего для вас, если вы не против.

Чарльз и Джон склонились к зверьку, и он протянул им довольно большую книгу, пахнущую чернилами и новой кожей.

— Что это, дружок? — спросил Чарльз.

— Я ее сам написал и издал, — ответил Туммлер, комкая в лапах край сюртука. — Поваренная книга.

На обложке был вытеснен заголовок: «Господин Б. Туммлер, эсквайр[62], представляет игзатическую еду и как ее готовить».

— Впечатляет, — искренне сказал Чарльз. — Как продается?

— А, да вы ж знаете, как это бывает, вы ж студень из Оксфорда и все такое, — ответил барсук. — Я ее опубликовал в самый сезон и магазинчик открыл на Ривингтон-лэйн, ну, в торговом квартале. Мне даж значок дали — «Месный автор», но…

— Что-нибудь продал? — осведомился Джек.

— Ни единой, — признался Туммлер. — Но у меня есть перспективы.

— Что ж, думаю, твои усилия достойны восхищения, — сказал Чарльз. — Спасибо, Туммлер.

— Знаете, что? Поскольку я ничего не продал, то у меня этих книг хоть завались, могу каждому дать по штучке, — предложил барсук.

— Нет, нет, одной нам хватит, — сказал Джон. — Ведь у нас уже есть одна очень важная книга, за которой надо приглядывать, забыл? Еще с двумя мы просто не справимся.