Тайный дневник девушки по вызову. Часть 2. Любовь и профессия - де Жур Бель - Страница 9

– Парень Эрин приезжает из Канады, – сообщила Мира.

– Я слышала, – отзываюсь я. Наверное, любой человек в радиусе мили от нашего офиса может сказать то же самое. – Ой, мне, оказывается, давно пора за работу браться!

Я оставила огрызок сэндвича на столе и ретировалась в комнатку для персонала, чтобы хоть четверть часа почитать в одиночестве.

Пятница, 8 октября

Еду повидаться с родителями, я знаю, они захотят услышать полный отчет о работе, о коллегах – все до последней детали. Жду не дождусь возможности поваляться в постели и не мыть посуду. Н. забрал меня с работы и повез к поезду. Но не за просто так: любезность за любезность.

Машины вокруг нас едва двигались.

– Сколько у тебя времени до поезда? – спросил он.

– Около двадцати минут, – ответила я. – Думаешь, успеем?

– Возможно. – Пробка на Юстон-роуд ползла еще медленнее, если такое в принципе возможно. – Ты как, не прочь попользоваться фонариком?

– Ну, давай.

Он передал мне длинную металлическую штуковину с черной рукояткой. Она была холодной на ощупь и толщиной с мой кулак. Я не могла навскидку сказать, какая ее часть сможет поместиться внутрь, о чем ему и сообщила. Спустила колготки и трусы до лодыжек и уперлась ступнями в приборную доску.

– Скажи мне, если будем проезжать мимо автобусов, – попросила я.

– Не волнуйся, все равно никто никогда по сторонам не смотрит.

– Даже таксисты? – Я сумела наполовину засунуть фонарик, но, поскольку была недостаточно влажной, его продвижение несколько приостановилось.

– Ну, если только велосипедист какой-нибудь, хотя я и в этом сомневаюсь, – проговорил он. – Ага, я как раз почуял твой запах!

Мы тащились мимо Сент-Панкраса[21].

– Придется остановиться, чтобы я могла одеться перед Кингс-Кросс, – сказала я, снова опуская ноги на пол и медленно извлекая фонарик. Его шершавые бока на обратном пути оцарапали мне губы – это будет чувствоваться еще несколько часов, я знала. – Хочешь, чтобы я его вытерла, или оставить как есть? – спросила я. В это время месяца мои выделения бывают густыми и белыми, они влажно липли к рукоятке.

– Слижи, – предложил он.

– С удовольствием.

– Это-то мне в тебе и нравится.

Я успела на поезд за три минуты до отхода.

Суббота, 9 октября

Дом, как говорится, там, где твое сердце. Однако, к досаде своей, я выяснила, что он определенно не там, где твоя спальня.

Позвольте мне объяснить… Хотя нет, это будет слишком долго. Позвольте мне обобщить: я уехала из дома насовсем довольно давно, но навещаю своих родителей достаточно часто, чтобы они могли ожидать меня по действительно важным поводам, скажем, отпуска, обрезания, последнего тура выборов Большого Брата[22] и т. д. Так что я надеялась по приезде (как обычно) остановиться в своей бывшей спальне.

Увы, я ошиблась! Очень, очень ошиблась. Потому что мою спальню переделывают.

Переделывают – барабанная дробь! – в спальню для гостей.

Хотя сроки окончания работ еще не определены. По лоскуткам обивочных тканей, образцам коврового покрытия и книжечкам из цветастых обоев я вижу, что комната, в которой когда-то стояла моя любимая (с железной рамой!) кровать и висели привычные элегантные голубые занавески, превращается в истинный Розовый Дворец девичества.

И все это делается семь или восемь лет спустя после того, как девочки выпорхнули из гнезда!

Поправьте меня, если я ошибаюсь – и не сомневаюсь, что кто-нибудь таки поправит, – но разве это и так не была спальня? Более того, разве не будет гостям самую чуточку не по себе после ночи, проведенной в месте, чрезвычайно напоминающем храм в честь чайных роз? Особенно учитывая то, что в доме в настоящее время нет ребенка?

Может, это означает, что матушка беременна? Помогите…

Воскресенье, 10 октября

Отличные игры для паба, часть 2. Малоизвестные факты про друзей.

А4, чьи родители тоже живут неподалеку, заехал к нам в гости. Мы сели пить кофе, а по телику, как обычно, не было ничего интересного.

А4 об А2:

– Единственная песня, слова которой он знает целиком, – это «Неу, Big Spender»[23].

– Правда?

– Позвони ему, если сомневаешься.

Я улыбнулась. Здорово: по меньшей мере шесть из десяти очков. Но поскольку я спала почти со всеми своими друзьями, я обычно выигрываю в этой игре.

– Впервые в жизни он мастурбировал в рулон алюминиевой фольги.

– Быть не может!

– Позвони ему, если сомневаешься.

А4 записал мои очки.

– Ты следующая, – объявил он.

– Я? Но ведь я точно выиграла этот раунд?

– Ага, только игра называется «малоизвестные факты». Ты должна была сказать о чем-то, чего я еще не знаю о тебе.

– Да, но это также значит, что ты должен подумать о чем-то, чего я не знаю о себе!

At вдруг ахнул.

– Слушай, с ним все в порядке? – Данная реплика, несомненно, относилась к моему собственному дорогому папаше. – Бог ты мой, что это на нем надето?!

Я вытянула шею, вглядываясь в изгородь, из-за которой выходил вышеозначенный родитель. Его силуэт, темный на фоне вечернего сада, был и вправду несколько странен.

– Э – э-э, брюки-гольф? Зажимы для езды на велике? (Поскольку папуля, как известно, порой носит и то, и другое.)

Но все оказалось хуже, гораздо хуже, чем можно было себе представить. Сначала было потрясенное молчание, потом – сдавленное «ах!» при попытке разглядеть то, что появилось на свет. Aj расхохотался:

– Он засунул брюки в носки\

Хорошо еще, что он милосердно не упомянул ни «летчицкие» пластиковые солнечные очки, ни джемпер с протершимися насквозь рукавами, ни то, наконец, что это были не столько брюки, сколько штаны от спортивного костюма!

А4 радостно потирал ладошки. Я почему-то заподозрила, что этот раунд остался за ним.

Понедельник, 11 октября

[Дэвид Аттенборо[24], шепотом]. Зимой обыкновенную, или садовую, самку – Профессионального Работника можно отличить по ее одноцветному джемперу с V-образным вырезом, черным шерстяным с примесью синтетики брюкам и маленьким сережкам. В этом отношении ее трудно спутать с самкой-Секретарем, чье зимнее оперение включает юбку, телесного цвета колготки в сеточку и висячие сережки. Оба вида время от времени можно увидеть одетыми в плохо сочетающийся с остальной одеждой пиджак. Если осторожно подкрасться, можно расслышать чириканье маленьких стаек, собирающихся вокруг чайника.

– Классная юбочка, – сказала Ясмин, усевшись наискосок от меня. На мне был низ от моего любимого твидового костюма от «Остин Рид»[25], кружевная пошитая на заказ блузка с оборчатым воротом и свободный кашемировый кардиган. Офисный стандарт, как я его себе представляю, или по самой меньшей мере отступление от экипировки девушки по вызову. Я не собираюсь закупаться у «Дороти Перкинс»[26] ради того, чтобы смешаться с толпой!

– Спасибо, – поблагодарила я.

– У моей мамы на диване точь-в-точь такая же обивка.

Вторник, 12 октября

Отвратный день на работе. Визгливые ведьмы за спиной угрожали расплавить мой мозг. Как могла, изворачивалась, изыскивая предлоги, чтобы смыться из кабинета в течение дня: пополнила запасы в комнате для чаепитий, водрузила новые чашки на диспенсер воды, в компьютерном отделе обменяла на идентичную совершенно нормальную клавиатуру.