Крепость королей. Проклятие - Пётч Оливер - Страница 15

Но потом Агнес вспомнила, что ей довелось пережить прошлым днем. Она подумала о кольце. Может, оно ей тоже только приснилось? Девушка взволнованно коснулась пальца и нащупала кольцо. Только тогда она закрыла глаза и провалилась в глубокий сон, в этот раз уже без сновидений.

Поэтому она не слышала скрежет лопат и удары молотков, которые доносились из стороны леса и проникали в ее открытое окно.

Люди в лесу взялись за дело.

Примерно в тридцати милях, в епископском городе Шпейер, секретарь Йоханнес Майнхарт до поздней ночи корпел над актами в городской канцелярии.

Оставалось лишь переместить в архив несколько закрытых судебных процессов, а почерк у помощника оказался до того ужасным, что половину протокола Майнхарту пришлось переписывать заново. Секретарь тихо вздохнул, а перо все царапало по тонкому пергаменту. Молодой и честолюбивый, он усердно взбирался по карьерной лестнице. Поговаривали, что в скором времени Высший суд Германии снова переедет в Шпейер. А у того, кто метил на высокую должность, сверхурочная работа должна войти в привычку. Кроме того, Майнхарт не скрывал, что ему даже нравилось задерживаться здесь после наступления темноты. В это время, кроме него, в канцелярии никого не оставалось: только он, куча старых пергаментов да свеча бодро разгоняет тьму. Дома его ждали лишь сварливая жена и пятеро плаксивых детей. Шелест бумаги был куда приятнее.

Майнхарт как раз склонился над особенно сложным участком документа, как тихий шум прервал его работу. Он выпрямился и прислушался. Звук повторился: скрип и треск, как если бы ветер распахнул окно в соседней комнате.

Вот только ветра-то нет…

Секретарь почувствовал, как волосы на загривке встали дыбом. В соседнем особняке Ретчер всего пару дней назад объявились призраки: служанка патриция Ландауэра услыхала на верхнем этаже какой-то стук, но, поднявшись в комнату, ничего не обнаружила. Что, если привидения явились теперь в городскую канцелярию?

– Кто там? – просипел Майнхарт, и голос его прошелестел не громче бумаги.

Он поднялся и собрался уже проверить, все ли в порядке, как дверь в его кабинет распахнулась, да так резко, что со стола сдуло все пергаменты. При виде незваного гостя Майнхарт сдавленно пискнул.

Ему, вне всякого сомнения, явился дьявол.

Секретаря бросило в пот. Не могло у человека быть такой черной кожи! В дрожащих отсветах она лоснилась, как полированное эбеновое дерево, и глаза белели на ее фоне. В остальном же облик у вошедшего был вполне человеческий. Одет он был в штаны и камзол, а поверх него – дорогой, подбитый мехом плащ, который стоил, наверное, дороже, чем весь гардероб Майнхарта. Кроме того, гость не хромал, и серой от него не воняло. Майнхарт боязливо отступил на шаг. Пусть этот чернокожий незнакомец и не дьявол, но он явно не так прост. И в городской канцелярии в такое время делать ему нечего.

– Что… что вы хотели? – выдавил Майнхарт хоть и с трудом, но сдержанно.

Незнакомец отвесил ему легкий поклон.

– Простите за позднее вторжение, господин секретарь, – проговорил он с необычным акцентом, но при этом вычурно, как благородный вельможа. – Не смог прибыть раньше, дорога из Цвайбрюкена заняла много времени. У меня к вам письмо от герцога.

Плавным движением он извлек из-под плаща запечатанный конверт и протянул его Майнхарту. Секретарь сломал печать и прочитал письмо. После чего поднял на гостя растерянный взгляд:

– Предоставить вам доступ ко всем актам?

– Уверен, городской совет не откажет герцогу в столь ничтожной просьбе. К тому же мне и нужно-то несколько совершенно определенных документов.

Странный незнакомец поправил плащ таким образом, что Майнхарт заметил под ним изогнутую саблю; обычно такие носили язычники-мусульмане. Откуда, черт возьми, взялся этот человек?

– В сущности, мне нужна лишь информация об одном месте, – пояснил гость. – В Васгау есть старая крепость под названием Трифельс. Вы что-нибудь знаете о тех местах?

Майнхарт нахмурился. Этот старинный лен давно уж никого не интересовал. Поговаривали, что от крепости остались одни развалины, а наместником ее был запойный оборванец. Так с чего бы незнакомцу понадобились сведения о ней?

– Ну, когда-то Трифельс был чем-то вроде центра Германии, – неуверенно начал Майнхарт. – Громадный замок, окруженный целым рядом вспомогательных крепостей. Там короновались некоторые из императоров. Там часто бывал кайзер Барбаросса, и именно оттуда его сын, Генрих, выступил в поход против норманнов. Но те дни давно в прошлом. – Секретарь позволил себе осторожно улыбнуться. – Хотя некоторые и поговаривают, что старый Барбаросса до сих пор спит где-то в недрах крепости и проснется, когда над империей нависнет опасность.

– В самом деле? Это… очень интересно.

Незнакомец на мгновение задумался, а затем продолжил:

– Мне нужна любая информация об этой крепости. О ней самой, о ее славном прошлом, о местности вокруг. Деревни, города – все, что удастся найти… Прямо сейчас.

Майнхарт покачал головой в изумлении:

– Но это невозможно! Документы рассортированы не лучшим образом. Кроме того, уже поздно, и моя возлюбленная супруга…

– Вы забыли приказ герцога? – Чернокожий гость почти вплотную шагнул к Майнхарту, так что ноздри защекотал сладковатый, экзотический аромат вроде ладана. – Сомневаюсь, что городской совет будет в восторге, если узнает, что какой-то секретарь ослушался приказа имперского князя. Шпейер могуществен, но настолько ли?

Майнхарт кивнул, словно одурманенный сладким ароматом.

– Я… посмотрю, что там можно сделать.

– Сделайте, и побыстрее. Или мне для начала известить герцога?

Незнакомец устроился в кресле за письменным столом и нетерпеливым жестом отослал Майнхарта.

Напуганный до смерти, секретарь скрылся в соседнем архиве и принялся судорожно обыскивать полки. Так ему хотя бы не пришлось находиться рядом с этим странным чернокожим, который явился если и не из ада, то уж точно из страны, очень близкой к преисподней.

Прошло без малого три часа, пока Майнхарт не отыскал все, что более-менее касалось Трифельса и его окрестностей. Сведений оказалось гораздо больше, чем он мог ожидать. В прежние времена эта крепость и вправду играла в империи далеко не последнюю роль. Майнхарту попались заметки о так называемых сокровищах норманнов, с которыми император Генрих VI вернулся в Трифельс из похода против Сицилии. Кроме того, имелся список Имперских инсигний – священных атрибутов императорской власти, хранившихся когда-то в крепости. Некоторое время Майнхарт провел за изучением актов, посвященных кельнскому епископу Бруно фон Зайну, которого пленником держали в Трифельсе. Епископ был сторонником Вельфов, которые наряду с Гогенштауфенами составляли одну из могущественнейших правящих династий Германии. В борьбе за корону Вельфы и Штауфены противостояли друг другу в течение долгих поколений. И Трифельс всякий раз оказывался предметом споров между двумя родами.

Приободренный и довольный собой, Майнхарт вернулся в кабинет с кипой документов под мышкой. Незнакомец по-прежнему восседал там, как черный истукан. Он прикрыл глаза, но, заслышав секретаря, резко их открыл:

– Ну? Есть успехи?

Майнхарт радостно закивал:

– Эта крепость много интереснее, чем я предполагал. Даже жалко, что нынешний наместник так ее запустил. Если верить печатям, то влиятельнейшие из правящих династий с давних времен лелеяли это место. Салическая династия, потом Штауфены, Вельфы, Габсбурги… У меня вот только вопрос…

– Оставьте при себе ваши вопросы, мне от вас нужны только сведения. Благодарю за старания.

Незнакомец выхватил у растерянного секретаря документы и направился к выходу.

– Но это ценные документы! – воскликнул ему вслед Майнхарт. – Вы не можете просто взять их и уйти. Дайте мне хотя бы расписку!

Незнакомец обернулся, и губы его растянулись в ослепительной улыбке.

– Полагаю, в этом нет необходимости, – ответил он. – Или вы уже позабыли о приказе герцога? Я действую исключительно в его интересах.