День «Д». 6 июня 1944 г. - Амброз Стивен - Страница 110

Еще в 6.15 генерал Макс Пемзель, начальник штаба 7-й армии Долльманна, доложил генералу Шпейделю в Ла-Рош-Гийон о массированных воздушных бомбардировках и корабельном артобстреле. Через полчаса Пемзель сообщил в штаб-квартиру Рундштедта о высадке морского десанта. В то же время он заверил командование, что 7-я армия справится с ситуацией собственными силами. После таких обещаний генерал Зальмут, командующий 15-й армией, вернулся в свою еще теплую постель. Ушли досыпать Шпейдель и почти весь штаб Роммеля в Ла-Рош-Гийон. Генерал Блументритт из штаба Рундштедта сказал генералу Йодлю в ставке Гитлера в Берхтесгадене, что, похоже, началось крупнейшее вторжение, и попросил выделить бронетанковый резерв, 1-й танковый корпус СС, расквартированный под Парижем. Йодль не стал будить Гитлера и отказался удовлетворить просьбу Блументритта. Генерал Бейерлин, командующий танковой дивизией «Лер», был готов к 6.00 выдвинуться к побережью, но до вечера так и не смог этого сделать, не получив соответствующую санкцию.

Берлинское радио сообщило о высадке в Нормандии в 7.00. Верховный штаб Союзнических экспедиционных сил выпустил первое коммюнике о вторжении в 9.30. До Роммеля новости о нападении дошли только в 10.30, когда он находился у себя дома в Геррлингене. Фельдмаршал сразу же отправился в долгий путь и прибыл в Ла-Рош-Гийон лишь поздно вечером.

Свою лепту во весь этот кавардак внесла операция «Фортитюд». Макс Гастингс совершенно правильно отмечает: «Все ключевые немецкие командующие восприняли новости о высадке в Нормандии как информацию о вероятном, а не реальном вторжении». От Ла-Рош-Гийон было далеко до Кальвадоса и Котантена, еще дальше до Парижа и Па-де-Кале и тем более – до индустриального сердца Германии – Рура. Несмотря на послевоенные утверждения некоторых авторов об обратном, смею заявить, что немцы просто не могли поверить в то, что союзники предпримут масштабную высадку западнее Сены. Они ждали наступления на Па-де-Кале. Вермахт продолжал пребывать в заблуждении еще три месяца, даже тогда, когда союзнические войска уже освободили Париж и вошли в Бельгию.

И эта армия, еще недавно кичившаяся своим профессионализмом и совершенством – от верховного командующего в Берхтесгадене до полевых офицеров во Франции и Нормандии, уступала союзническим силам во всем, кроме, может быть, вооружений, особенно 88-мм орудий и пулеметов.

Практически повсюду в день «Д» проявлялась небоеспособность германских войск, В 8.30, примерно в то же время, когда сержант Саммерс атаковал артиллерийские казармы WXYZ, лейтенант Ричард Уинтерс с 10 солдатами из роты «Е» 506-го полка начал штурм батареи 105-мм орудий у Брекур-Манор. Ее охраняли 50 немцев. Они занимали выгодные огневые позиции, укрывались за живыми изгородями в соединенных между собой траншеях. У них имелись тяжелые пулеметы и минометы. Группа Уинтерса размером с отделение была вооружена одним легким пулеметом, двумя автоматами, двумя пистолетами-пулеметами «Томми» и пятью винтовками. И хотя отряд Уинтерса уступал немцам в численности и атаковал хорошо окопавшегося противника, он выиграл сражение. Американцам помогли тактические приемы, которые они освоили на учениях, расчет, мужество и немного здравого смысла.

Уинтерс и его отряд потеряли четырех человек убитыми и двух ранеными, но уложили насмерть 15 фрицев, еще больше ранили, десятерых взяли в плен и уничтожили четыре 105-мм пушки. Американцы провели операцию молниеносно, продемонстрировав отвагу и дерзость фланговых атак. Это был их первый бой. Сержант Карвуд Липтон вспоминает: «В нас горел какой- то неистовый огонь. Я твердо верил, что меня не убьют: пуля либо отскочит, либо обойдет меня».

После ликвидации батареи оставшиеся в живых немцы продолжали палить из зарослей живой изгороди, окружавшей поместье. Около 12.00 с побережья прибыли два танка «Шерман». Уинтерс взобрался на башню одного из них и сказал командиру экипажа: «Постреляйте вон по тем, тем и тем кустам и по самому дому. В общем, сравняйте с землей все, что над ней возвышается».

Танки с ревом тронулись с места. Для экипажей это тоже была первая возможность применить свои вооружения против врага. На машинах имелся полный комплект боеприпасов для пулеметов калибра 12,7 мм и 7,62 мм и 75-мм пушек.

«Они в клочья разнесли живые изгороди, – рассказывает лейтенант Гарри Уэлш из роты Уинтерса. – Казалось, что танкисты никогда не остановятся».

У Олди 1-й батальон 506-го полка в аналогичном бою также уничтожил немецкую батарею. Потом полк очистил от парашютистов Хейдта Сен-Мари-дю-Мон. После этого открылся путь для продвижения 4-й пехотной дивизии дальше в глубь материка. 101-я воздушно-десантная дивизия выполнила свою главную задачу, хотя нигде в день «Д» в боях не участвовало более взвода из одной и той же роты. Успех стал возможным благодаря инициативе и решимости Тейлора, Кассиди, Уинтерса, Саммерса и многих других офицеров, сержантов и рядовых.

Не столь успешно 101-я дивизия справилась со своей второй задачей – установить контроль над южным флангом, захватив мосты через реку Дув и дорогу на Карантан. Это объясняется разбросом парашютистов. Американцы не смогли сосредоточить достаточные силы для атак. Полковник Джонсон сумел взять шлюз у Ла-Баркетт и создать небольшой плацдарм на южном берегу, но расширить его помешали парашютисты Хейдта, которые прижали десантников к земле шквальным огнем возле Сен-Ком-дю-Мон. Джонсон не мог связаться ни с одним другим подразделением 101-й дивизии.

Капитан Сэм Гиббонс из 501-го полка, также действуя самостоятельно, вел дозорную группу к Сен-Ком-дю-Мон. Он полагал, что деревня уже занята американцами, но продвигался осторожно, поскольку живые изгороди ограничивали видимость. Капитан извлек из сумки две банки пива и угостил им своих спутников. Потом Гиббонс поставил пустые банки посередине дороги «в память о первых глотках «Шлица» во Франции».

Дозор подошел к подножию холма, на вершине которого расположилась деревня Сен-Ком-дю-Мон. Гиббонс услышал, как щелкнул затвор за живой изгородью. Он посмотрел в ту сторону и увидел направленное на него дуло винтовки: «Я побежал к кювету, но тут началась стрельба. Мы попали в засаду. Немец перевел винтовку в автоматический режим и поливал пулями все поле. Раздались очереди из соседних кустов, застучали пулеметы в Сен-Ком-дю-Мон».