День «Д». 6 июня 1944 г. - Амброз Стивен - Страница 163

Германское командование совершило большую ошибку, не приказав войскам отойти и перегруппироваться, когда американские дозорные отряды проникли за передовую линию противника. Конечно, то, что немцы остались на своих оборонительных позициях, создавало для них определенные преимущества. Наблюдательные посты на скалах могли направлять стрельбу артиллерии по берегу и выездам, правда, лишь до тех пор, пока орудия обеспечены снарядами. Пехотинцы в траншеях и ДОСах держали бы под огнем десантников на пляжах. Но цена слишком высока. Оставаясь на прежних позициях, немцы не смогли организовать концентрированные контратаки против отделений, взводов, рот, которые пробирались наверх. А американцы были вооружены лишь минометами, ручными пулеметами и винтовками и не имели артиллерийской поддержки.

«Они могли бы вышвырнуть нас метлой», – заявил один рейнджер. Тем не менее солдаты вермахта предпочли сидеть за бетонными стенами укреплений, откуда они могли убивать американцев, но выиграть сражение – нет. Вот чем обернулись одержимость Гитлера «защитой» каждого дюйма захваченных территорий и навязчивая идея Роммеля остановить союзнические войска еще на берегу.

На плоскогорье немцы также вели чисто оборонительные действия. Отчасти это можно объяснить тем, что живые изгороди предоставляли великолепное укрытие. Но главная причина, по- моему, в том, что они не получали достаточных подкреплений, в то время как американцы вводили в бой эшелон за эшелоном. Предполагалось, что немцы проведут внезапные контратаки численностью солдат до батальона. В день «Д» на «Омахе» они не организовали ни одного контрнаступления хотя бы на ротном уровне. Причин много: войска были расквартированы по маленьким деревушкам Нормандии, и требовалось время для того, чтобы их собрать; основным средством передвижения оставалась лошадь; отсутствовали на своих боевых местах старшие военачальники. Однако главное обстоятельство – отличная работа союзнической авиации. Она мало помогла десантникам на берегу, но много сделала в глубине территории Франции, бомбя мосты, дорожные пересечения, железнодорожные узлы, районы сосредоточения. Бомбардировщики фактически блокировали передвижение немецких войск.

И все же немцы сражались отчаянно, нанося американцам немалые потери. Они по большей части удерживали живые изгороди, не давая десантникам пробиться в глубь материка далее пары километров. Но бои носили несогласованный характер и велись малочисленными, плохо организованными подразделениями. Немцы стремились сдержать противника, но не сбросить его с плоскогорья.

Когда Рааен выходил на связь с ротой «К» 116- го полка, Шнейдер с остальными рейнджерами 5- го батальона пересек прибрежную дорогу, намереваясь обогнуть Вьервиль с юга и направиться к Пуант-дю-О. Передовые отряды встретил пулеметный огонь, несшийся из живых изгородей на южной стороне дороги. Трижды Шнейдер пытался обойти с флангов немецкие позиции, но каждый раз натыкался на новые засады.

«Мы нарвались на дьявольски ожесточенное сопротивление, какое только может быть, – вспоминает рядовой Доналд Нелсон. – Нас буквально прижата к земле, и мы не могли даже пошевелиться».

Появился полковник Шнейдер и спросил, в чем дело.

– Снайперы, – ответил Нелсон.

– И вы не можете их снять?

– Нет, сэр, – сказал Нелсон. – Мы их даже не видим. Шнейдер снял каску, надел ее на палку и поднял вверх.

«В тот же момент, как только каска возникла над кустами, – рассказывает Нелсон, – по ней застучали пули. Так нам удалось обнаружить и отстрелять несколько снайперов».

Нелсон с приятелем решили подползти к живой изгороди: «Мы увидели, как пятеро немцев устанавливают пулемет. Прямо перед нами. Мы лежали тихо и наблюдали. Немцы находились от нас метрах в шести. Они зарядили пулемет. Мой приятель толкнул меня в ногу ботинком. Я ответил ему тем же. Это означало, что пора действовать. Они получили свое по полной программе. Я прикрывал приятеля, пока он ползал, чтобы проверить, мертвы ли наши немцы. Да, они были мертвы».

Пока рейнджеры с юга огибали Вьервиль, через деревню, не встретив никакого сопротивления, прошла рота «С» 116-го полка. К ней примкнула рота «Б» рейнджеров. Объединившись, они двинулись по прибрежной дороге на запад к Пуант-дю-О. В 500 м от Вьервиля их остановили пулеметные очереди, несшиеся из живых изгородей. В течение нескольких часов американцы пытались обойти засады, но каждый раз встречали новые. Все открытое поле простреливалось немцами с расстояния 200–300 м.

Главной проблемой для американцев было выдержать темп наступления. Для атакующих это всегда трудная задача. Особую сложность она представляла для десантников «Омахи», которые только что вышли из огненного ада на берегу и теперь в относительно спокойной обстановке нормандского плоскогорья чувствовали себя победителями, выполнившими важное задание дня. К тому же они были по-настоящему измотаны. И, подобно парашютистам на «Юте», пехотинцы, попадая в деревню, сразу же находили дорогу к винным погребам. Сержант Уильям Люис из 116-го полка вспоминает, что почти всю вторую половину дня «Д» «он никак не мог прийти в себя»: «Во Вьервиле я опорожнил огромный кувшин вина. В общем, мы все тогда здорово напились».

(Жители Вьервиля, конечно же, были напуганы. Пьер и Фернан Пипрель решили бежать на юг. По дороге они увидели каких-то солдат, скрывающихся в живых изгородях. Пьер Пипрель рассказывает: «Трудно было понять, кто они, поскольку мы не знали униформу союзников. Подойдя ближе, я спросил:

– Англичане?

– Нет, американцы, – ответили они. Заметив у них в руках «Лаки страйк», мы поняли, что мы в безопасности. Солдаты отпустили нас».)

Отсутствие радиосвязи, реального взаимодействия между частями, специфический характер местности тоже не способствовали тому, чтобы десантники могли стабильно продвигаться в глубь материка. На берегу находились храбрецы, которые первыми шли на скалы и вели за собой других. В живых изгородях такой смельчак, высунув голову из кустов, тут же будет застрелен.

«Мы чувствовали, что за нами постоянно наблюдают, – вспоминает капрал Гейл Беккью из батальона рейнджеров. – В отдельного человека мог выстрелить снайпер. А любая концентрация солдат вызывала артиллерийский или минометный огонь. Мы контролировали Вьервиль. Но в окрестностях хозяйничали немцы».