Обрести крылья(СИ) - Сухова Екатерина Михайловна - Страница 8

- Мне так жаль, детка, что тебе пришлось общаться с этим демоном. Ну теперь все позади и ты в безопасности.

- Как это? Почему он опасен? - севшим голосом спросила я.

- Это длинная и неприятная история. Когда-нибудь ты все узнаешь.

Ну а теперь Мали поможет тебе создать твою комнату.

Когда этот вихрь, Малиника, наконец, убежала, я устало опустилась на диванчик. В висках ломило: "Что же получается, Астьен оказался негодяем, от которого лучше держаться подальше, про родителей так ничего и не узнала и в довершении всего нужно срочно выйти замуж, причем не известно за кого, если не хочешь застрять монашкой в каком-то храме".

Я потерла лоб над переносицей. "Сейчас бы таблеточку аспирина".

И тот час же перед глазами возникла моя "кошечка" Мурка: "Таблетки не понадобятся", - промурлыкала она, и я почувствовала мягкую лапку у себя на лбу. Боль сразу отступила, я облегченно откинулась на подушки.

Пока мы с моей юной тетей "выращивали" и создавали мою комнату, мебель, обустраивали уютные мелочи, я попыталась выяснить, что не так с моим демоном.

С сожалением улыбнувшись, Мали сказала:

- Он в свое время был избранником твоей матери.

- Вот как?

- Говорят, на турнире у него были бы хорошие шансы, но он на него не явился. Мама не может ему простить такого бесчестья и того, что был соперником Синиона (твоего отца).

- Подожди, - перебила я, - Ведь брачный турнир проходит в тьескуле (месте силы) и девушка увидит свою истинную пару. Невозможно ошибиться! Если мама выбрала отца, значит, он и был ее парой.

- Кто знает, - возразила девушка, в это время движением руки создавая квадратный столик по виду из какого-то желтого камня, - Что было бы явись на турнир Астьенбиткааш.

И еще, почему он не сообщил нам о тебе? Мама полагает, что он сразу узнал тебя, ведь ты невероятно похожа на Кристи. Что он хотел от тебя?

Во рту появилось чувство, как буд-то я съела что-то очень горькое, и этот вкус предательства было ничем не смыть. Но я все равно цеплялась за любую возможность как-то оправдать его:

- Почему же злодейством считается борьба за свою единственную избранницу, даже если это ущемляет интересы чьего-то сына? Мало ли по какой причине он не явился на турнир.

- Не все так просто, - Малиника погрустнела и серьезно добавила, - У него дурной дар. Вот у меня дар ритмичности, я танцую, у отца дар к вычислениям, он математик, а у него дар внушения. У демонов это встречается.

Я слышала, что лет триста назад несколько из их братии на спор внушали девушкам чувство ложной гармонии. Потом, правда, на брачный турнир они не являлись. Было несколько скандалов. Говорят, лир Аттак входил в эту кампанию. Некоторые бестолковые личности, - девушка возмущенно поджала губы, - Восхищаются этой историей и завидуют сомнительному дару. Имеет ощипанные крылья и возомнил себя атрактовым драконом, - она презрительно фыркнула.

Я поняла, что кому-то в ее кампании приходится не просто от этого острого язычка.

- Ладно, племяшка, - она хихикнула, - Отдыхай, я побежала.

Она порывисто вскочила, только косы взметнулись...

Вспомнив этот разговор, я подумала: "Так вот что означал этот странный огонь в его глазах - всего лишь внушение. Увидел во мне замену моей матери и решил вспомнить молодость. Вот блин, как обидно. Ну его к демонам этого демона! Придется его забыть и начать сначала".

Вот и пусть для начала будет ванна, решила я и пошла осваивать свое новое джакузи. Сделала себе пену из какого-то шарика, которых Малиника притащила целую корзинку. Розовые предназначались для пены, голубые для мытья волос, красные - гель для душа, белые втирались в кожу как крем и так далее.

Только я погрузилась в блаженные пузырьки как оживилась Мурка: "Лир Астьен просит разрешение для общения".

"Вот, черт, - я запаниковала, - Вот как его прикажете забыть".

"Сделай так, - обратилась я к лимбе, - Чтобы он меня не увидел, а только слышал и я его видеть не хочу".

"Хорошо, хозяйка", - отозвалась моя киска.

- Слушаю, - коротко сказала я.

- Э-э... Стэфа, приветствую, - с некоторым замешательством раздался его голос.

- Ты что-то хотел?

- Можно увидеть тебя? Почему ты скрыла лицо?

- Нельзя, я в ванной.

- Понятно. Стэфа, я поздравляю тебя с обретением семьи.

- Ну, для тебя это не сюрприз, я так понимаю.

- Да, я догадывался из какой ты семьи, но, понимаешь... - он смешался.

- Я все понимаю, Астьен, больше чем ты думаешь.

- Давай встретимся лично, поговорим. Я тебе все объясню. Я хочу увидеть тебя.

Он говорил с такой настойчивостью, что я готова была сейчас же бежать к нему. Но вспомнила о его даре внушения и сжала зубы:

- Нет. У меня началась новая жизнь и к тебе она не имеет никакого отношения. Все, не ищи меня, прощай.

Я прервала связь. С ним я старалась говорить ровно и даже равнодушно, но при этом по щекам ползли слезы. Когда же разговор прекратился, у меня случилась отменная истерика. Я рыдала и билась в ванне целых полчаса. Все события прошедших двух недель выливались из меня форменным потопом: авария, перемещение в фантастический мир, демон этот, семья новая. Мне было обидно, что попав сюда, я так сходу влюбилась в такого же козла, как и мой бывший парень на Земле. Ужасно злилась на него, что он такой красивый и безумно притягательный, на себя, что повелась на это и раскисла теперь.

Потом еще целый час понадобился, чтобы прийти в себя после слез. Не хотелось ненужных вопросов от Цинтии.

Перед ужином я зашла в библиотеку, застав там моего деда.

- Листаир, пожалуйста, расскажи мне что-нибудь о моих родителях. Я ничего о них не знаю. Как я очутилась в том мире?

- Вопросов много. Все подробности ты узнаешь через несколько дней на Большом Совете. Но что-то я могу тебе рассказать и сейчас.

Гибко поднявшись, фейрин по каким-то признакам из совершенно одинаковых на вид шаров-хранителей выбрал один и поманил меня к себе.

- Вот, вложи сюда руку.

Я послушно выполнила просьбу. Рука легко вошла в невесомую сферу, и перед глазами возникло изображение пары. Это был молодой парень, похожий на Цинтию и я. Ну то есть, конечно, не я, а моя мама Кристиника с моим отцом. У меня снова навернулись слезы. Дело грозило новой истерикой. Но я подышала глубоко и постаралась взять себя в руки:

- Как странно увидеть их только вот так. Жаль, что я не узнаю их никогда.

- Почему не узнаешь? - возразил Лист. - Ты посмотришь все их изображения, ты услышишь все наши рассказы о них, ты познакомишься с семьей Кристи, и ты обязательно узнаешь своих родителей.

Я вытерла слезы:

- Какие они были?

- Замечательные. Им не сиделось на месте. Сина всегда влекло неизведанное. Когда они с Кристиникой обрели друг друга, то облетели всю планету. Не было мест, где они не побывали. Но потом собиралась новая экспедиция на поиски обитаемых миров и, конечно, космос позвал их. В первой экспедиции были открыты два новых портала в другие миры. И в следующей они отправились исследовать один из порталов. Вот из той экспедиции они уже не вернулись.

Листаир помолчал.

- Их все любили. И то, что ты вернулась из того мира - это дар Матери Сертаи нам. Понимаешь, во время их перехода портал открывался из космоса. А вернулась ты с поверхности планеты. Я рассчитал, что Сертая определила место нахождения своих детей и открыла портал для тебя. Жаль, конечно, но для остальных было уже поздно.

- Но почему? Почему другие погибли?

- Это непростые вопросы. Я и сам не знаю до конца. Думаю, на Совете мы все узнаем. А сейчас пойдем ужинать. Цинтия с Мали уже ждут нас.

За ужином мы собрались всей семьей в столовой. Это был зал неправильной геометрии. Стены плавно изгибались. И все здесь было такое же изогнутое, витое. Цвета были белые с неожиданными красными украшениями или элементами. Мне понравилось, было и празднично и одновременно уютно.