Год багульника. Весенняя луна - Коруна Джен - Страница 17

— Отведите нас к вану — только он может решать вопросы жизни и смерти, — с неожиданной холодностью проговорила она.

Во взглядах сильфов читалась подозрительность и недоверие.

— Фанзай не станет тратить время на двух проходимцев, — сказал главный из них. — В смутные времена лес делится на сильфов и их врагов, и не важно, кто пожаловал под его кроны — эльф, рысь или человек!

Спокойное лицо Моав вспыхнуло гневом при этих словах.

— Ваш народ нарушает союз, заключенный князем Рас-Сильвана и сильфийским ваном после победы над Катханом!

Сильфы встрепенулись, предводитель угрожающе сделал шаг в сторону Моав.

— Да кто ты такая, чтобы рассуждать о делах великих князей, оборванка!

Сигарт ожидал, что Моав оскорбится столь презрительными речами, начнет кричать, но она… Она лишь застыла на месте, словно превратившись в холодную статую. Хэур с опаской взглянул в ее лицо — он не узнавал его! На нем застыло выражение такого царственного, ледяного гнева, какого он не видел у самого князя Сиэлл-Ахэль. Бледные губы медленно разомкнулись…

— Я — Моав Синтарэль, старшая веллара дома Сильвана, Око Богини и хранительница Лунного круга, равная князьям и ванам! — проговорила она. Ее голос звучал, подобно стали, а бледное лицо казалось в это мгновение ликом самой луны.

Сигарт невольно отшатнулся, ослепленный ее величием. Моав тем временем властно подняла над головой сведенные вмести руки, и в воздухе над ней вспыхнул серебряный знак Эллар — ночная птица с распростертыми крыльями. Пораженные сильфы молча преклонили колени.

— Да простит нас избранная дочь богини! Твой приход — это знак судьбы для сильфийского народа, ибо темные времена пришли под сень леса, и все смешалось в вихре борьбы. Почти своим светом наш дом!

Они поднялись, почтительно указывая путь. Моав, не оборачиваясь, в гордом молчании последовала в указанную сторону — ее лицо все еще пылало возмущением. Сигарт несколько мгновений стоял как вкопанный — он не мог поверить своим ушам. Этот маленький Кузнечик — СТАРШАЯ веллара?! Окончательно сбитый с толку, он двинулся за ней.

***

Они шли около часа. По дороге сильфы то и дело поглядывали на хэура — ему казалось, что в выпуклых птичьих глазах проскальзывает явная недоброжелательность. «Канун войны, — с грустью подумал Сигарт, — каждый подозревает каждого…» Несколько раз он, все еще не недоумевающий после новости о старшей велларе, пытался заговорить с Моав но она знаком просила его хранить молчание. Наконец, зеленолицые проводники остановились. Прямо перед ними возвышалась стена из лиан — они сплелись настолько плотно, что увидеть, что за ними, не было никакой возможности.

— Добро пожаловать в Мермин, избранная дочь луны! — вежливо сказал один из них, указывая на зеленую преграду.

Моав саркастично улыбнулась.

— Похоже, у вас нечасто бывают гости — особенно те, кто не передвигается по воздуху.

Сильфы переглянулись в замешательстве — об этом они явно не подумали. Ситуацию разрешила Моав. Она подняла руку, направив выпрямленные пальцы в сторону живой стены; на глазах у пораженного Сигарта лианы зашевелились, точно змеи, и в следующее мгновение в ограде образовался проход. Не глянув ни на кого, эльфа решительно шагнула внутрь.

Хотя тропы не было, она шла уверенно и быстро, Сигарт шел за ней, сзади семенили сильфы. Вскоре группа достигла круглой поляны. Посреди нее стоял большой камень странной формы, похожий не то на свернувшегося медведя, не то на огромный гриб — больше ничего необычного в этом месте Сигарт не заметил. Однако, Моав, похоже, думала иначе. Она остановилась, уперев в бока маленькие кулачки.

— Фанзай сейчас прибудет, высокая гостья, — предупредительно сказал один из сильфов. — Мы же покидаем вас — лес нуждается в постоянном надзоре, нам нельзя надолго покидать свои посты…

Моав милостиво кивнула в их сторону, чем вызвала целую волну счастливых улыбок — похоже, ей и впрямь были здесь рады. Поклонившись еще раз, сильфы исчезли так же неожиданно, как и появились — лишь сухие щелчки прокатились по поляне. Сигарт ошалело смотрел туда, где они стояли еще мгновение назад, и не мог поверить своим глазам. Однако долго ему удивляться не пришлось: прошло не больше минуты, как до его слуха донесся знакомый звук — на этот раз единичный — и возле камня очутился сильф. В отличие от скромно одетых воинов, он был облачен в просторную мантию темно-зеленого цвета, сплошь затканную узорами. Царственная осанка и прямой взгляд указывали на то, что перед путниками — не кто иной, как правитель Мермина.

Завидев эльфу и хэура, он улыбнулся и двинулся к ним.

— Это Фанзай — ван или главный надзиратель леса; он управляет жизнью в Мермине, — встав на цыпочки, спешно объяснила Моав хэуру; это были первые ее слова, обращенные к нему с момента их встречи с сильфами.

Сигарт понимающе кивнул. Тем временем сильф пересек поляну и подошел к ним. Теперь хэур мог рассмотреть его поподробнее. Как у всех сильфов, у него были острые, тонкие черты лица; темные, как маслины, глаза смотрели удивительно живо и внимательно, губы были постоянно слегка изогнуты — казалось, он все время тихо улыбается про себя. Подобно встретившим их воинам, он был худощавым и подвижным, точно ящерица. В то же время от него веяло спокойствием и уверенностью, свойственными законным правителям. В целом, весь вид вана располагал к себе — осмотрев его с ног до головы, Сигарт пришел к выводу, что подвоха можно не опасаться.

Подойдя к Моав, сильф широко улыбнулся. Не только тонкие губы, но и все тонкое лицо Фанзая просияло улыбкой, от углов темных глаз разбежались веселые морщинки.

— Моави, глазам своим не верю! — искренне воскликнул он, обнимая эльфу — ростом он был лишь на полголовы выше нее.— Прости за столь суровый прием — безопасность превыше всего. Но как ты попала в наши края, да еще в таком виде? Встреть я тебя в лесу, в жизни бы не узнал! Ты что, снова прячешься от отца?

Он ласково потрепал ее по спине — было ясно, что они знакомы уже много лет.

— Нет, я виделась с ним на Синюю луну — он шлет тебе поклон. Просто есть некоторые обстоятельства, которые вынуждают меня путешествовать так… — многозначительно ответила Моав.

Сигарту показалось, что она бросила быстрый взгляд в его сторону. Ван Мермина сделал то же самое, но тут же снова обратился к эльфе.

— Ну, на этот вечер их точно можно отложить; вы ведь мои гости — ты и твой друг…

Услышав, что речь идет о нем, хэур с достоинством подошел к говорившим.

— Фанзай, позволь представить тебе моего кейнара, — спокойно произнесла Моав. — Его зовут Сигарт, он — воин Сиэлл-Ахэль.

Как бы хорошо не владел собой ван Мермина, его замешательство не смогло укрыться от хэура. Это удивление, хотя и ожидаемое, больно задело его. Он настолько привык к Моав, что рядом с ней уже почти не чувствовал себя чужим, однако реакция Фанзая тут же напомнила ему, кто он на самом деле. К счастью, неловкая ситуация длилась не больше мгновения — с поистине царской выдержкой Фанзай тут же снова принял вид радушного хозяина.

— Кем бы ни был твой кейнар, он будет нашим другом, ибо дочь князя Рас-Сильвана не может ошибиться в своем выборе, — вежливо проговорил он, чуть заметно склоняя голову в сторону Сигарта. — Сама луна привела тебя под наш кров, и я думаю, это не может быть случайностью. Будь нашим гостем столько, сколько пожелаешь.

Хэур молча поклонился знак благодарности. Фанзай сложил тонкие ладони перед грудью.

— Итак, если приветствия окончены, предлагаю вам проследовать в ваши комнаты, дабы отдохнуть перед банкетом…

Эльфа вскинула брови.

— Банкетом?!

— Ну да, должны же мы отпраздновать прибытие столь высоких гостей!

— Вообще-то мы спешим… — начал было Сигарт, но Фанзай тут же перебил его, замахав руками. На его тонком зеленоватом лице заиграла лукавая улыбка.

— Никаких возражений — или гости, или пленники! Предлагаю вам выбрать первое.

— Боюсь, нам не остается ничего другого, кроме как покориться, — быстро ответила Моав, и тут же рассмеялась своим легким бисерным смехом.