Дыши, Энни, дыши (ЛП) - Кеннелли Миранда - Страница 49

– Да, отношения – отличная штука, – говорю я, восстанавливая дыхание.

– Полагаю, это значит, ты наконец пойдешь со мной на настоящее свидание, а? – отвечает он с ленивой улыбкой.

– Хорошо бы.

– Как насчет сегодняшнего вечера?

– Мы с Келси ужинаем в столовой, а затем смотрим тот новый фильм с Брэдом Питтом и Анджелиной Джоли, в котором они киборги, пытающиеся убить друг друга. Это вечер девчонок.

Он улыбается.

– Тогда, может покатаемся на роликах сегодня?

– Мы не будем кататься на роликах, когда твое плечо в таком состоянии.

Он смеется, переплетая свои ноги с моими.

– Просто шучу.

Я медленно вожу кончиками пальцев вверх-вниз по его шраму на руке и зарываюсь лицом в теплую ложбинку у его шеи.

– Ты притормозишь на какое-то время, верно?

– Я не могу двигать рукой. У меня нет иного выбора, кроме как расслабиться.

– Ты имеешь в виду, пока на следующей неделе ты не найдешь какой-нибудь новый сумасшедший трюк, – смеюсь я.

– Я больше не занимаюсь трюками.

Я не в силах контролировать будущее. Все, что я могу делать – это жить.

– Я не хочу, чтобы ты отказывался от того, что любишь, ради меня.

– Это не так, – он качает головой. – Разве ты не понимаешь, что заставляешь меня чувствовать?

– Ты сказал, что любишь меня…

– Я покажу тебе, что чувствую рядом с тобой. Ты прочувствуешь это сама.

– Как?

– Ты доверяешь мне?

***

Мое тело трясется, а нервы гудят. Капли пота стекают по лицу. Такое чувство, будто я на пляже в грозу, и в любую секунду может ударить молния.

– Следующий, – говорит работник, и я шагаю вперед. Мое тело крепко обмотано веревками и заклепками.

Я могу это сделать. Я могу это сделать.

Работник Zip-linе помогает мне подняться на деревянную платформу, прикреплённую к дереву. Смотрю вниз на огромный каньон, полный острых камней и деревьев.

– Я не могу.

– Самым страшным было подняться сюда, – отвечает работник. – Это абсолютно безопасно, правда.

Я верю ему. При всей своей любви к риску, Джереми никогда бы не подверг меня опасности. Я глубоко вздыхаю. Работник пристегивает меня к канату и толкает с платформы.

Погодите. Он столкнул меня с платформы!

Я визжу, крепко держась за свою веревку. Ветер бьет мне в лицо. Я парю над каньоном. Страх сковывает мое тело, а сердце молотит со скоростью света.

– Замедляйся! Замедляйся! – кричит парень, ожидающий на другой платформе. Я надавливаю на нижнюю стропу и останавливаюсь прямо перед стволом дерева.

– Твою мать! – выпаливаю я, когда парень подтягивает меня на платформу.

– Ты хорошо справилась, – с сияющей улыбкой говорит работник, прикрепляя меня к дереву, чтобы я не упала в каньон, который только что пересекла. Я задыхаюсь, когда смотрю вниз. – Мы на высоте более трехсот футов, а трасса, по которой ты только что спускалась длиной триста пятьдесят футов. Это наша самая трудная и интересная трасса.

– Почему вы ставите нас на самый сложный маршрут в первый раз?

– После этого все кажется легче легкого. – Работник бьет своим кулаком по моему.

Я еще трижды спускаюсь по трассе, с каждым разом дрожа все сильнее. Мне нравится это чувство, когда напряжение отпускает меня по возвращении на твердую поверхность. И все же, я не уверена, что смогла бы ежедневно делать это.

После последнего спуска я устало тащусь к улыбающемуся Джереми. Я в полном онемении, ошеломлённая только что пережитым опытом – полностью довериться каким-то веревкам и людям, которых не знаю. Мы молчим, пока Джереми помогает мне снять снаряжение. Здоровой рукой он отстегивает подвеску, позволяя ей упасть на землю. Осторожно, чтобы не задеть его повязку, я обвиваю руками его шею и обнимаю, пока мое сердце не начинает замедляться. Он поглаживает теплыми кругами мою поясницу.

– Ну? – наконец спрашивает он.

– Это было безумие. – Я касаюсь пальцами своей шеи, чтобы почувствовать свой вышедший из-под контроля пульс.

– Почувствовала адреналин? – спрашивает он.

Я киваю. Сейчас я смогла бы поднять машину при необходимости.

– Понимаю, почему ты увлечен этим.

Он отстегивает мой шлем, а затем смотрит на меня искрящимися, озорными глазами. Его губы встречаются с моими, и он скользит здоровой рукой по моей шее.

– Я не знал, что такое настоящий прилив адреналина, пока мы не встретились. В тот день, когда я впервые увидел тебя, все мои тренировки наконец принесли результат – ведь на беговой тропе была ты. Тот всплеск, который ты заставила меня почувствовать, был в три раза сильнее, чем от прыжка с парашютом или с тарзанки… И самый большой прилив адреналина в своей жизни я испытал, когда ты сказала, что любишь меня…

Я поднимаюсь на носочках, зарываюсь руками в его сумасшедшие волосы и накрываю его губы своими. Мой желудок подпрыгивает к горлу.

Когда мы наконец прекращаем целоваться, он прижимает меня.

– Как насчет ланча?

Кончиками пальцев я рисую крошечные круги на его груди.

– Ванесса все еще в Ноксвилле у своего парня… Что, если мы вернемся в мою комнату?

Его брови подскакивают, когда он осознает, что я предлагаю.

– Ты уверена?

Я отвечаю ему поцелуем, от которого у нас обоих перехватывает дыхание.

Время пришло

Один день до Городского Музыкального Марафона

– Джереми сказал тебе? Колтона приняли в братство.

– Здорово! – говорю я Келси. Они с Ванессой везут меня во Франклин на ужин. Мы идем во «Все-Что-Вы-Можете-Есть-Это-Паста» Джои, чтобы я могла поесть углеводов перед завтрашним марафоном.

Келси с Колтоном встречаются уже почти два месяца, и, несмотря на тот инцидент в ванной, когда они были без футболок, они не спешили. Но меня не удивляет, когда она говорит, что они наконец прошли весь путь.

Когда после Zip-line мы с Джереми вернулись на кампус, то рванули к моему общежитию. Мы не могли достаточно быстро добраться туда, так как спотыкались, целуясь всю дорогу от лифта до моей комнаты, стаскивая одежду друг с друга, и едва не затоптали первокурсника. В комнате он споткнулся о туфли Ванессы, потерял равновесие из-за плеча и приземлился на меня.

Очень сладкие и очень несексуальные воспоминания заставляют меня рассмеяться про себя.

– Я тоже переспала с Джереми.

Ванесса подпрыгивает вверх-вниз на своем сиденье. Келси, визжа, сигналит. Мне, вроде как, и самой хочется завизжать. Мне нравится проводить время со своими подругами.

Где-то за пять минут до Франклина я хнычу:

– Я так хочу есть.

– Клянусь, Энни, я поверить не могу в то, сколько ты ешь, – говорит Келси.

Она права. На ланч я сегодня одна съела целую пиццу. Из-за моей тренировочной программы я просыпаюсь голодная и ложусь спать, умирая с голоду, сколько бы не ела.

Когда мы приезжаем к Джои, я выпрыгиваю из машины и бегу к входу, готовясь заказать тортеллини. Мы заходим в двери, звякает колокольчик, и куча народу кричит:

– Сюрприз!

Огромный баннер висит на стене: «УДАЧИ, ЭННИ!»

Лучший друг Кайла, Сет, бросается ко мне и обнимает:

– Надеюсь, ты не против… мы только хотели показать, как восхищаемся тобой.

На глаза наворачиваются слезы, я оглядываюсь на толпу, которую не ожидала здесь увидеть. Мама с Ником здесь, так же как и Джереми. Ванесса, Рори, Келси, Колтон, Джек и Саванна. Тренер Вудс. Стефани, мой менеджер из закусочной, и еще кое-кто из тех, кто там работает. Мой старый директор, доктор Солтер. Кучка парней из команды по легкой атлетике Хандрид Оукс. Мужчины из пожарной части. Даже Лиза с Эндрю, которые широко мне улыбаются.

Родители Кайла – мистер и миссис Крокер. Его маленький брат.

Клянусь, здесь будто весь город. Чтобы поддержать меня. Чтобы помнить о Кайле.

Мое сердце екает, когда они подходят ко мне.

– Мы так гордимся тобой, – говорит миссис Крокер, обнимая меня.