Становление Себастьяна (ЛП) - Харвей-Беррик Джейн - Страница 36

— Вау, Каро! Ты только что поймала свою первую волну! Это было изумительно!

Он поцеловал мое соленое лицо и крепко обнял меня, пока вода колыхалась вокруг наших тел.

— Попробуй еще раз!

Мы провели остальной час, резвясь в океане, к концу я умудрилась поймать волну на несколько секунд и даже сделать небольшой поворот.

Себастьян не скучал, не кричал на меня и не показывал никаких признаков нетерпения. Я была слегка в шоке, но в то же время ликовала.

— Итак, тебе понравилось быть серфером? — спросил он, глядя на меня с гордостью.

— Мне понравилось, но я истощена. Это почти так же утомительно, как провести ночь с тобой, — подразнила я его.

Он счастливо рассмеялся, затем вздохнул.

— Я бы хотел сделать это снова, но мы не можем. Не сейчас. — Он нахмурился и прищурился на солнце. — Мне на работу скоро, нам лучше возвращаться.

Мы не планировали эту поездку ради серфинга, поэтому у меня в машине не было полотенца. Вместо этого мы натянули нашу одежду на мокрые соленые тела, и холодные капли падали с волос на мои плечи.

Для меня одеться было проще, так как на мне была юбка, но я наслаждалась своим личным подглядыванием, когда Себастьян стянул свои боксеры, только частично скрытый дверью автомобиля, и схватил свои джинсы. Мне нравилось наблюдать, как перекатываются его мускулы под загорелой кожей, то как его джинсы висят на бедрах и то как две крошечные линии залегают между бровями, когда он пытается на чем-то сосредоточиться.

Он улыбнулся, когда увидел, что я подглядываю за ним и нарочито медленно натянул свою футболку на влажную грудь, так что ткань прилипала к нему.

Я на самом деле хотела снова стянуть ее с него, но ему скоро нужно было на работу, а мне провести несколько часов над моей новой статьей для «Сити Бит».

Я решила написать о том, каково это было для семьи военнослужащих переезжать с Базы на Базу по стране. У меня был опыт в этом, и я знала, что Донна жила, по крайней мере, в трех разных штатах с Йоханом, и дважды была за океаном, а еще у них на горизонте была вероятность пребывания в Германии.

— Время возвращаться в реальный мир, — сказал Себастьян грустно. — Может, я увижу тебя сегодня вечером?

— Я думаю, что лучше не надо, — сказала я честно.

Себастьян выглядел обиженно.

— Сложно вести себя нормально, когда ты там, — объяснила я мягко.

Он медленно кивнул.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду... но тем не менее мне нравится видеть тебя.

Я вздохнула и покачала головой.

— Ну, могу я прийти в твой дом завтра?

— Себастьян, я не думаю, что это хорошая идея. Ты знаешь, какие здесь люди, начнутся разговоры, если они увидят, как ты заходишь или выходишь. Или если кто-нибудь подойдет к двери, потому что увидит мою машину на подъездной дорожке, а я... мы....

Он знал, что я имела в виду, и так же, как и я, знал, какой риск был приемлемым, а какой нет. Мы могли нарушать правила, когда были вдвоем, но это все еще были правила.

— Когда я смогу увидеть тебя? — спросил он, надувшись.

— Я все еще свободна завтра. Может, мы снова сможем заняться серфингом?

— Я хочу заняться с тобой любовью, Каро, — пробормотал он, смотря на мои пальцы, пока нежно их сжимал.

Я сделала глубокий вдох, когда знакомая смесь любви и похоти пронеслась через меня.

— Мы могли бы найти мотель, — сказала я нежно.

Он поднял голову, его глаза широко раскрыты.

— Ты хочешь этого?

— Да, — сказала я. — Я тоже хочу быть с тобой.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, сверкающая улыбка растянулась на его губах.

Он притянул меня в свои объятия и наклонил голову к моей шее. Я вытянула руку и погладила его по волосам, которые уже были почти сухие.

Я высадила его в конце длинной дороги, ведущей в загородный клуб, и наблюдала, как он помахал мне, затем прошел по проспекту и скрылся из виду.

Я ехала домой с открытыми окнами в машине и под палящим солнцем. Быстрый взгляд в зеркало сказал мне, что я выглядела как дикарка, с солеными волосами, свисающими клочьями. Я не знала, как Себастьян не рассмеялся надо мной.

Я быстро приняла душ и сидела в халате, чтобы набросать первые несколько сотен слов для своей статьи, держа ухо в остро, что Дэвид вернется.

Как только я услышала, что его машина подъезжает, я быстро закрыла лэптоп и направилась в спальню, делая вид, как будто я читала. Дэвид думал, что все женщины тратят часы, приводя в порядок волосы и делая макияж — это был один из его любимых стереотипов. Это было полезно, когда я хотела дополнительные полчаса тишины и покоя.

Я скользнула в новое платье, вспоминая опаляющий взгляд Себастьяна, когда он застегивал его. Это был мягкий шифон, сверху бюстье присоединялось к юбке, так просто, что почти строго, но также элегантно и утонченно.

Я нашла свое простое золотое ожерелье, которое мне подарил отец и подходящую к ним пару золотых сережек-колец.

Я как раз поднимала свои волосы, чтобы закрепить их, когда Дэвид вошел в спальню.

Он остановился и осмотрел меня.

— Это оно?

— Мое новое платье? Да.

— Мы собираемся на ужин, Кэролайн, а не на похороны.

Раньше эти слова обидели бы меня, но этим вечером я просто бесстрастно смотрела в зеркало на него.

— Это классическое маленькое черное платье, Дэвид.

— Оно скучное.

— Это все, что мне подошло.

Он нахмурился.

— Ради всего святого, Кэролайн. Я должен контролировать все, что ты делаешь? Ты даже не можешь купить гребаное платье, которое будет уместно к ужину.

Я не ответила. В этом не было смысла. К сожалению, это означало, что вечер начинался на неловкой ноте. Я надеялась, что он сможет спрятать свое раздражение от Форштадтов, я не хотела, чтобы Донна бросала мне еще больше взглядов жалости.

Машина Йохана подъехала с типичной военной точностью. Дэвид был одет в темно-синий костюм с подходящим галстуком. Если бы не его постоянное кислое выражение лица, он был бы хорош.

Йохан вышел из машины, чтобы открыть дверь и моргнул, когда увидел меня.

— Добрый вечер, Кэролайн, Дэвид.

— Здравствуй, Йохан. Привет, Донна.

— Кэролайн, дорогая. Ты выглядишь великолепно, — восторгалась Донна. — Йохан, скажи ведь, она выглядит изумительно?

— Не то слово! — с энтузиазмом согласился Йохан.

Я видела, что Дэвид нахмурился. Это будет долгий вечер.

Дэвид сел с Йоханом впереди, пока мы с Донной болтали сзади. Я расспрашивала об ее опыте переезда по стране, объясняя, что это было для новой статьи.

— Я могу представить тебя нескольким другим женам, — сказала она. — Ну, знаешь, Ширли Петерс, она переезжала даже чаще, чем я.

— Я говорила с ней по телефону, но никогда на самом деле не встречалась с ней, — призналась я.

— Я кое-что придумала, — сказала она. — Ширли тоже член загородного клуба. Почему бы нам не встретиться завтра во второй половине дня? Я поведу.

Ох нет! Не завтра. Я обещала Себастьяну.

— Можем мы договориться на пятницу? У меня есть парочка дел завтра.

— Конечно! Я позвоню Ширли и договорюсь.

Я поняла, что с нетерпением жду этого, и мне любопытно встретить жену Митча. Тот факт, что Дэвид будет разрываться между неодобрением Ширли и желанием поощрить мою дружбу с Донной, добавлял удовольствия. Но как, черт побери, я собираюсь выдержать еще три с половиной месяца с этим мужчиной?

Для начала мы должны выдержать ужин.

Йохан галантно предложил мне свою руку, когда мы поднимались по передним ступенькам, к явному удовольствию Донны и угрюмому раздражению Дэвида.

Метрдотель суетился вокруг нашего стола, выдвигая стулья для нас с Донной, прежде чем представить нам официанта вечера — знакомое лицо улыбалось, глядя на нас.

— Ох, привет, Чес, — сказала Донна любезно. — Какой приятный сюрприз. Как ты?

— Очень хорошо, спасибо, миссис Форштадт. — Затем он повернулся к Йохану. — Здравствуйте, сэр. Привет, Кэролайн! — он улыбнулся мне.

Я улыбнулась в ответ.