Становление Себастьяна (ЛП) - Харвей-Беррик Джейн - Страница 52

― Эй, ты обрезал волосы, ― сказала Бренда, вытянув руку, чтобы провести ему по затылку.

Я захотела сломать ее пальцы.

Себастьян отстранился от нее и выглядел раздраженным. Я надеялась, что Бренда поймет намек, но она еще не воспользовалась своим главным оружием.

― Ну, тебе идет, ― сказала она, подтягивая верх от бикини.

Я была готова поклясться, что ее сиськи были как магниты, к которым притягивались все мужские глаза, даже Себастьяна.

― Хотя, мне нравится, когда у тебя длинные волосы, но ты и так знаешь это.

― Я тоже обрезал волосы, ― сказал Чес в смехотворной попытке, чтобы защитить друга от неустанного натиска Бренды.

Она посмотрела на него оскорбительно кратко.

― Мило.

― Ты решила, в какой колледж пойдешь осенью? ― спросил Стефан, пытаясь привлечь ее внимание.

― Меня приняли в Калифорнийский университет в ЛА и Сан-Диего, ― сказала она, ее взгляд не отрывался от Себастьяна.

― Ты должна поехать в ЛА, ― сказал Стефан. ― Там, правда, отличная школа. Какой твой профильный предмет?

Она полностью игнорировала его, и он пнул песок в огонь к большому изумлению своего брата. Бренда подтянула свои колени к груди и задела руку Себастьяна.

― Можем мы поговорить? ― сказала она тихо.

― Я думал, что ты разговариваешь с Джеком, ― сказал он холодно.

Она покраснела.

― Пожалуйста, Себастьян? Наедине.

Внезапная робость в ее глазах заставила меня поднять взгляд. Она уставилась на Себастьяна, складка беспокойства пролегла между ее бровей. Я должна была отдать ей должное: она была хороша. И решительна. Она публично заявила, что у нее все еще есть чувства к нему. В действительности, исходя из недавнего опыта, я бы сказала, что она от него без ума.

Огонь ревности вспыхнул в моем горле и опустился до желудка. Она была красивая, милая, смелая, чрезвычайно решительная и знала, чего хочет. Ох, и они были одного возраста. Она была идеальна для него, она была из тех девушек, с которыми он должен быть.

Было несправедливо удерживать его. Это было неправильно.

Я чувствовала, что мои глаза начали наполняться слезами, я надеялась, что дым от барбекю, будет достоверным оправданием.

Я ждала, что Себастьян скажет ей, что им не о чем говорить.

Но он этого не сделал.

Он поднялся на ноги одним грациозным движением.

― Ладно, ― пробормотал он.

Я не знала, смотрел ли он на меня, потому что мой взгляд все еще был на гребаном торте ― я больше никогда не смогу есть лимонную Поленту.

― Она милая девушка, ― сказала Ширли, когда Бренда ушла с Себастьяном. ― Я была так удивлена, когда они расстались. ― Она посмотрела на Чеса, который избегал взгляда матери. ― Я не знаю, что случилось между ними.

Я злобно воткнула нож в торт.

― Она горячая! ― заявил Стефан.

― Я помню ее, когда она была тощей и носила брекеты, ― сказал Курт. ― Сейчас посмотрите на размер этих титек.

― Курт! ― сказала Донна с предупреждением в голосе.

Митч и Билл рассмеялись.

Я передавала торт, вымученная улыбка была приклеена к моему лицу. Я говорила себе, что это неправильно наблюдать за Себастьяном и Брендой, и я не хотела бы увидеть, что между ними происходит ― и случайно вышло, что когда я села, раздав всем торт, у меня был идеальный обзор на них.

Из того, что я видела, она использовала каждый трюк в своем арсенале. Умная девочка, черт побери!

Она притворилась, что слегка споткнулась, потеряв равновесие, чтобы она могла уцепиться за его руку; она играла с лямкой бикини, чтобы привлечь его взгляд. Затем она перекидывала волосы через плечо и заправляла прядь за ухо. Я отчаянно хотела узнать, о чем они говорят. Себастьян качал головой, а она стояла слишком близко и гладила его руку. Затем казалось, что они спорили. Она умоляла его, раскинув руки, он яростно качал головой, положив руку на бедро. Я не знала, что произошло, но затем она обвила руками его шею, ее щека оказалась на его голой груди, а он обнимал ее, нежно раскачивая, так же как он обнимал меня ночью.

― Я ставлю десять баксов, что мы не увидим Себастьяна до завтрашнего утра, ― сказал Стефан, показывая неприличный жест руками.

― Ты не найдешь желающих на это пари! ― рассмеялся Курт. ― Она уже использует свои силы на всю катушку.

Во взгляде Чеса было отвращение, и он выбросил остатки сэндвича в яму.

― Мальчики! ― сказала Донна с предупреждением в голосе.

Я увидела достаточно. Увидела и услышала достаточно.

― Кэролайн? Ты куда-то собираешься?

Внимание Донны было направлено на меня.

Я сухо улыбнулась, заставляя слова выходить из моего рта.

― Я просто хочу пойти и сделать еще фотографий до наступления темноты ― мне нужно убедиться, что я запечатлела все. ― И убраться к чертям собачьим отсюда.

Я бродила по пляжу, чувствуя оцепенение, даже если предательские слезы катились из глаз. Я щелкала снимки наугад, едва осознавая, что снимаю. В моей голове было только одно изображение ― то, как Себастьян обнимает свою бывшую девушку. Его красивую, сексуальную, молодую бывшую девушку.

Я была зла, черт побери! Казалось, что мое лицемерие не знало границ. Я была зла на Себастьяна, потому что он оставил меня и ушел с Брендой ― шлюхой, которая трахалась с его другом Джеком. Да, я изменяла своему мужу, да, я была ужасной женой. Но я рисковала всем ради Себастьяна ― всем. Жизнью, которую знала, свободой, чтобы не попасть в тюрьму, положением в обществе, ради всего святого.

Я смотрела, как он уходил и улыбался, пока играл в мерзавца. Я задыхалась от ревности и злости, и мне было так больно, больше чем я могла выдержать.

Я обнаружила, что стою на краю океана. Приливная волна начала свое медленное путешествие назад по нагретому солнцем песку. Нежные всплески воды у моих ног были успокаивающими. Я позволила своему разуму воскресить в памяти головокружительные воспоминания последних трех недель ― смехотворно короткий промежуток времени в течение жизни. И тем не менее... тем не менее я никогда не чувствовала себя такой живой ― страх, как и надежда, окрасили эти три недели, но я поняла что не могу продолжать так дальше.

Я возложила на Себастьяна слишком большие надежды ― это было несправедливо. Он был так молод... слишком молод, чтобы взвалить на себя все это, с моей нелепой неуверенностью и эмоциональностью. Если я на самом деле заботилась о нем, я должна сделать так, чтобы ему легко было уйти. Конечно, с виду не казалось, что ему нужно мое благословение ― стоило только увидеть, как Бренда вцепилась в него и как он обнимал ее.

Как мое тело, так и все мое существо изнывало от жажды его прикосновений, но я открыла одну важную вещь в себе ― я могу сделать все, что мы задумали, сама по себе, я была достаточно сильной для этого. Возможно, он дал мне свою силу, я не знала. В одном я была уверена ― я больше не могу быть с Дэвидом. И если Себастьян не хочет меня, нет причин для меня оставаться.

Но это больно. Это очень больно. Я открыла свое сердце для возможности полюбить, и любовь ударила по мне.

Я чувствовала раскол в своей груди ― часть моего сердца была разбита, зная, что, по всей вероятности, я больше не увижу Себастьяна. Я сделала глубокий вдох и уставилась в направлении горизонта: настало время для меня, наконец, повзрослеть.

Я посмотрела на часы. Я надеялась, что Донна была готова уезжать, потому что мне нужно было успеть в «Сити Бит», оставить им пленки. Ох, и забрать форму Дэвида из химчистки. Я дрогнула от мысли встретиться с ним лицом к лицу, вернее, признаться, что я ухожу. Мне нужно было очистить голову, и я думала, как собираюсь сделать это. Только при мысли об этом мне было плохо. Мне нужно быть сильной! Я точно собиралась заставить свой план работать. Каким-то образом.

К тому времени как я вернулась к яме барбекю, Донна и Ширли остались одни, медленно складывая остатки еды ― женская работа. Я поспешила помочь им.

― Ты сделала все фото, которые хотела? ― спросила Донна.